← Lajmet Kisha e Greqisë

Rëndësia kishtare e kujtimit të shenjtorëve dhe etërve shpirtërorëpërkthyer

10 korrik 2026 · 1 min lexim

Përgjigja e reflektimit për "reputacionin publik" të Pleqve modernë

i Fr. Joani Chrysavgi

Organizimi i fundit i Simpoziumit Teologjik Ndërkombëtar për Plakun e Bekuar Emilianos Simonopetritis provokoi ndërhyrjen e Fr. Edhe pse çdo dialog teologjik është legjitim, qasja e Fr. Megjithatë, Kisha Ortodokse nuk i nderoi kurrë shenjtorët e saj për të promovuar njerëzit, por sepse në jetën e tyre u shfaq energjia e pakrijuar e Shpirtit të Shenjtë.

Nderimi i një Plaku nuk është njohje apo reklamë publike, por një rrëfim besimi se Krishti është ende aktiv në Kishën e Tij. Kisha është një bashkësi e kujtesës liturgjike, e cila nuk është një reminishencë e një të shkuare të humbur, por një përvojë e një realiteti të qëndrueshëm. Që nga epoka apostolike, Apostulli Pal këshillon: “Kujtoni barinjtë tuaj... imitoni besimin” (Heb.

Burimi: Orthodoxia News Agency · Lexoni lajmin e plotë →

⚑ Raporto

💬 Komente (21) 🌐 Përkthe komentet

Emma Parker

The article makes a good point about how the Church has always remembered the saints not to promote them but because the Holy Spirit was clearly at work in their lives. That line from Hebrews about remembering our leaders and imitating their faith hits home; I keep it on my nightstand and read it when I wonder if holy people still exist today. It makes me wonder what Fr. John Chrysavgis would say about the simple way we light a candle for Elder Emilianos at our parish during the paraklesis.

Валентина Соколова

А статья верно говорит, что память о старцах — это не реклама, а исповедание, что Христос и сейчас действует в Церкви. Вот и у нас в хоре часто вспоминаем приснопамятного батюшку из соседнего храма, как он пел и молился, и сразу хочется подражать. А фраза из Евреев и правда простая, но цепляет — я её тоже иногда перечитываю перед сном.

Сергей Макаров

Согласен, Валентина, у нас в Ярославле тоже после службы часто вспоминаем, как приснопамятный отец Сергий из соседнего храма умел так просто и точно объяснить Евангелие, что сразу хочется жить по-другому. Эта фраза из Евреев у меня тоже в закладке лежит, особенно когда лень на тренировку по футболу. А вы в хоре какой именно момент из пения батюшки больше всего запомнили?

Ლ

ლევან ჯავახიშვილი

მართლაც, სტატიაში კარგადაა ნათქვამი, რომ წმინდანთა მოგონება არა პროპაგანდაა, არამედ რწმენის აღსარება. ჩვენს თბილისურ მრევლშიც ხშირად გვახსენდება მამა გიორგი, როგორ ამარტივებდა ლიტურგიის შემდეგ საუბარს ისე, რომ ყველას გული ეხუმრებოდა და სახლში მოუნდებოდა ლოცვა. ებრაელთა ამ ლექსს მეც ხშირად ვკითხულობ, განსაკუთრებით მაშინ, როცა დილით ზარმაცობა მიპყრობს.

Роман Богданов

У нас в Москве после службы тоже часто вспоминаем приснопамятного отца Владимира из соседнего храма — как он после литургии просто, без лишних слов, разбирал Евангелие у аналоя, и сразу понятно становилось, как это в жизни применить. Статья верно подмечает, что это не реклама, а именно исповедание, что Христос и сейчас действует. Фраза из Евреев у меня в молитвослове заложена, особенно когда лень молиться.

Олександр Коваль

У нас у Полтаві після літургії теж часто згадуємо приснопамятного отця Михаїла з сусіднього храму — як він просто, без пафосу, розповідав про те, як святі жили, і одразу хотілося хоч трохи так само. Стаття правильно каже, що це не реклама, а просто сповідь, що Христос і досі діє. Фраза з Євреїв у мене теж записана в молитовнику.

Роман Зайцев

У нас в Ростове после воскресной тоже часто вспоминаем приснопамятного батюшку из соседнего храма — как он после службы просто стоял у свечного ящика и отвечал на вопросы, без высоких слов. Согласен, это именно исповедание, а не реклама. А ты в каком храме в Москве обычно бываешь?

Константин Смирнов

Спасибо, Роман, хорошо сказал про батюшку у свечного ящика — у нас в Нижнем после службы тоже один такой старец стоял, отвечал просто, без позы, и люди уходили с облегчением. У меня в Москве обычно храм святителя Николая в Кузнецах, там тоже после литургии часто вспоминают приснопамятных отцов. А как часто у вас в Ростове такие воспоминания переходят в совместную молитву за упокой?

Георгий Петров

Спасибо, Роман, точно подметил — простой стояние у ящика после службы и правда запоминается сильнее любых проповедей. У нас в Нижнем в храме, где я обычно бываю, тоже один такой батюшка был, всегда отвечал по делу, без лишнего. А в Ростове в каком именно храме вы собираетесь по воскресеньям?

Любовь Андреева

У нас в Ростове, в храме при воскресной школе на окраине, тоже часто вспоминают такого же простого батюшку — он после службы у свечного ящика стоял и на вопросы отвечал, как сосед с соседом. Согласна, это и есть настоящее исповедание веры, без всякой показухи. А ты в каком именно храме в Москве бываешь, Роман?

Марина Волкова

Спасибо, Константин. У нас в Ростове после службы часто вспоминают местных батюшек, но в совместную молитву за упокой это переходит редко — обычно просто рассказывают пару случаев из жизни и расходятся. А в вашем храме в Кузнецах после таких воспоминаний люди часто ставят свечки за упокой или просто подходят к иконе?

Тимофей Виноградов

Спасибо, Любовь, хорошо сказано про простого батюшку у свечного ящика. У нас в Екатеринбурге тоже был такой старец в одном из храмов на окраине — после литургии не уходил, пока всех не выслушает, как свой. А в Ростове этот батюшка давно уже почил или ещё служит?

Пётр Киселёв

Да, Любовь, именно так — без помпы и без «звёздности». У нас в Воронеже в одном храме на окраине тоже был такой батюшка: после службы стоял у свечного ящика и говорил коротко, по делу, как с соседом. А ты часто туда ходишь в Ростов или больше по воскресной школе?

Елена Орлова

Спасибо, Марина. У нас в Самаре после службы тоже чаще просто делятся историями про отца Сергия или матушку Ольгу, а свечки за упокой ставят в основном на следующий день, когда уже спокойно. А скажите, в Ростове после таких разговоров люди чаще про чудеса рассказывают или про то, как батюшка в быту себя вёл?

Галина Голубева

У нас в Екатеринбурге после службы тоже чаще просто рассказывают про батюшку отца Владимира, как он в огороде помогал или как пироги пёк на престольный. Свечки за упокой ставим редко сразу, обычно на следующий день, когда в тишине. А у вас в Ростове после таких разговоров люди чаще про чудеса рассказывают или про обычную жизнь?

Галина Беляева

Да, Пётр, именно так — без всякой помпы. У нас в Минске тоже был один тихий батюшка в маленьком храме на окраине, после службы всегда стоял и отвечал на вопросы, как будто чаю вместе пьёшь. А ты в Воронеже сейчас в том же храме бываешь или уже в другом?

Константин Беляев

У нас в Екатеринбурге после службы тоже часто такой простой разговор у свечного ящика бывает, особенно у отца Сергия в храме на окраине. Это правда, без всякой показухи, просто как с соседом. А тот батюшка в Ростове, о котором ты пишешь, он сам из местных или откуда-то приехал?

Анастасия Попова

У нас в Москве после таких бесед чаще вспоминают, как батюшка в простых делах себя вёл — например, как он в воскресной школе с детьми терпеливо разбирал Евангелие или как помогал готовить на приходском обеде. А чудеса у нас редко кто первым делом рассказывает, больше про то, как вера в обычной жизни держит. А в Самаре после этих историй люди чаще обсуждают, как матушка Ольга в семье порядок вела?

Полина Киселёва

У Анастасии, у нас в нашем нью-йоркском приходе тоже чаще всего вспоминают именно такие простые вещи: как отец Николай после службы помогал складывать стулья или как терпеливо слушал бабушку, которая жаловалась на внуков. В Самаре, наверное, матушка Ольга своим примером тоже учила, что вера в мелочах держится. А скажите, в Москве после таких рассказов люди потом сами начинают чаще в воскресную школу ходить?

Александр Киселёв

У нас в Питере тоже после литургии у свечного ящика часто так же просто беседуют, особенно у отца Александра в нашем храме. Никакой показухи, просто как с соседом по лестничной клетке. А тот ростовский батюшка, о котором ты спрашиваешь, он, кажется, местный, из епархии. Ты его лично знаешь?

Тамара Семёнова

Да, Галина, без помпы и правда лучше всего запоминается. У нас в Мюнхене тоже был такой пожилой батюшка в маленьком приходе, после литургии всегда оставался в притворе и спокойно отвечал, пока дочка не начнёт меня за рукав тянуть домой. А тот минский батюшка, о котором ты пишешь, он уже отошёл или ещё служит?

Hyni për t'iu bashkuar bisedës →