Святой Григорий Чудотворец, епископ Неокесарийский. Его жизнь, творения и богословие

Патрологическое исследование История церковного богословия на греческом Востоке в период от Оригена до Никейского собора представляет одну из труднейших проблемм истории древней Церкви. После могущественного научного подъема и оживления в богословии, какое вызвано было Оригеном в местах его деятельности и в кругах, близко соприкасавшихся с ним, после его смерти наблюдается заметный упадок. Чем бы ни объясняли это явление, оно остается бесспорным фактом, наглядно подтверждаемым сильным понижением литературной производительности. Но и из той небогатой богословской литературы, какая возникла во второй половине III века, до настоящего времени сохранилось очень мало памятников и при том большею частью в фрагментах. При таких условиях чрезвычайно трудно проникнуть в тот процесс приспособления к церковным потребностям богатого научно-богословского наследия Оригена и вообще согласования научного богословия с преданной церковной верой, какой несомненно совершался как в самой Александрии, так и в других центрах церковной жизни на Востоке, – о наличности его дают ясное свидетельство хотя отрывочные голоса защитников и противников Оригена, раздающиеся в разных местах (св. Дионисий, Феогност, Пиерий, св. Петр – в Александрии, св. Мефодий Олимпийский и автор диалога «О правой вере в Бога» – в Малой Азии, Памфил – в Кесарии Палестинской, св. Григорий Чудотворец – в Понте), а результаты его проявились уже в начале IV века, когда радикальная перемена во внешнем положении христианства в греко-римской империи предоставила Церкви возможность сосредоточить свои силы на разрешении внутренне-церковных задач. При сопоставлении богословия Оригена с богословием церковных деятелей начала Ι V века, несомненно находившихся под влиянием Оригена и научного движения в Церкви в первой половине III века, и обнаруживается пробел, заполнить который весьма трудно при настоящем состоянии данных о развитии богословской науки во вторую половину III века. Отсутствие источников, которые в большей ими меньшей полноте взаимно освещали бы друг друга и помогали бы рассеять окутывающую этот период мглу, как будто даже ослабило научный интерес к церковным писателям второй половины III века, – по крайней мере, на них мало сосредоточивается внимание научных исследований, а суждения о них высказываются без обстоятельного научного анализа даже тех материалов, которые известны. В этом положении дела достаточное оправдание для появления настоящего исследования об одном из видных церковных деятелей этого периода – св. Григории Чудотворце, епископе Неокесарийском. Непосредственный ученик Оригена, св. Григорий был церковным деятелем на далекой окраине тогдашнего просвещенного мира – в Понте, в котором он явился и основателем церкви; однако эта окраина через сто лет после него сделалась важным центром церковной богословской науки, оказавшим чрезвычайное влияние на раскрытие и окончательное формулирование догматического учения Церкви. И деятели этого времени, великие каппадокийские отцы и богословы – свв. Василий Великий , Григорий Богослов и Григорий Нисский – были глубокими почитателями св. Григория – просветителя их родной страны и хранителями его богословских традиций. Таким образом, значение св. Григория Чудотворца бесспорно не только по величию его личности и значению его деятельности в современной ему церковной жизни, но и по влиянию его на последующие поколения. Между тем до настоящего времени не появлялось научного исследования о нем, которое обнимало бы все стороны его жизни и деятельности, а полное научное издание его творений представляет все еще вопрос будущего. Правда, есть разрозненные исследования и заметки относительно отдельных вопросов из его жизни и литературной деятельности; но их сравнительно мало и в своей совокупности они не дают цельного представления о св. Григории Чудотворце. Посильное удовлетворение этой назревшей научной потребности в исследовании о св. Григории – составляет задачу настоящего труда. Возможно тщательный анализ сохранившихся известий о личности св. Григория и его пастырской деятельности дает материал для очерка его жизни; критическая оценка данных о литературных трудах и выяснение действительного объема подлинных творений св. Григория, помимо самостоятельного значения этого вопроса, служит основанием для определения богословских воззрений и того богословского направления, представителем которого он был, оставаясь одушевленным и благоговейным учеником знаменитого александрийского учителя и в то же время стяжав славу бесспорного авторитета православия, «подобно светозарному великому светилу просиявшего в Церкви Божией» (св. Василий Великий). К исследованию приложено изображение св. Григория Чудотворца , которое представляет снимок с древней иконы, находящейся в Русском Музее Императора Александра III в Петрограде. Эта икона описана Н. Сычевым в статье: «Древлехранилище Русского Музея Императора Александра III», напечатанной в журнале «Старые Годы», январь – февраль 1916 г, – к ней приложен и снимок с иконы 1 . Об иконе Н. Сычев говорит следующее (стр. 7–8): «древнейшим образцом византийской иконописи XI-XII века является здесь замечательная по сохранности икона св. Григория чудотворца (234). Поясное изображение св. Григория, облаченного в белую, слегка желтоватую, фелонь и белый омофор с большими орнаментированными золотом крестами, еще сохраняет декоративную манеру, характерную для византийской монументальной живописи этого времени. Схематично написанный лик святого, несмотря на попытку обозначить тени, выглядит плоским. Фигура очерчена уверенно и ясно, но также схематично и строго. Какую-то особую торжественность придает иконе ее золотой фон, красиво гармонирующий со светлыми красками одежды и несколько смуглым колоритом лика».1916 года 17 ноября – в день памяти св. Григория Чудотворца, епископа Неокесарийского. В настоящее время икона хранится в Государственном Эрмитаже. Ред.