Введение в православное богословие

«Назидание на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем.» ( Еф. 2,20 ) «Аще же замедлю, да увеси, како подобает в дому Божии жити, яже есть Церковь Бога жива, столп и утверждение истины.» ( 1Тим. 3,15 ) «Возлюбленнии, не всякому духу веруйте, но искушайте духи, аще от Бога суть: яко мнози лжепророцы изыдоша в мир.» ( 1Иоан. 4,1 ) § 1. Предмет введения в науку. § 2. Понятие о православном богословии § 3. Предмет и части введения в православное богословие § 4. Источник, пособие и метод введения в православное богословие § 5. Историческое обозрение других понятий о введении в православное богословие Предметом для введения в науку обыкновенно назначают предварительные о ней понятия, т. е. такие понятия, которые не могут войти в состав самой науки, однако существенно к ней относятся и необходимо ею предполагаются. Поэтому следует только определить, с возможной точностью, существо известной науки, и всё само собой определится, что может войти в состав её, и что должно быть рассмотрено предварительно во введении. § 2. Понятие о православном Богословии Под именем православного 1 Богословия 2 разумеется систематическое изложение Христианской веры или религии, на основании Слова Божьего: св. Писания и св. Предания, под руководством православной Церкви. Говорим – систематическое изложение : это черта православного Богословия общая, по которой оно относится к классу наук, и без которой не могло бы называться наукой. Изложение Христианской веры: это черта православного Богословия частная, которой отличается оно от всех наук и в особенности от всех богословий не христианских. Изложение Христианской веры на основании Слова Божьего : св. Писания и св. Предания, под руководством православной Церкви: это черта православного Богословия ещё частнейшая, отличающая его не только от всех богословий не Христианских, но и Христианских неправославных. Ибо есть Христианские общества, которые источником исповедуемой ими веры и богословия признают, хотя также Слово Божье или Божественное откровение, но только откровение внутреннее, озарённое от Духа Святого, крайне унижая св. Писание и вовсе не принимая св. Предания (Квакеры, Иллюминаты и пр.); есть другие, которые признают за такой источник одно св. Писание, не принимая св. Предания (Лютеране, Реформаты), и есть третьи, которые хотя принимают и св. Писание и св. Предание, но только по разумению своей местной церкви (Римские католики), а не Церкви истинно кафолической, православной, которая одна только поставлена самим Господом, одна потому и может быть непогрешимой хранительницей и истолковательницей Его откровения. § 3. Предмет и части введения в православное Богословие Разложивши таким образом представленное понятие о православном Богословии, получаем три частных понятия: а) понятие о предмете православного Богословия Христианской Вере; б) понятие об источниках православного Богословия св. Писании и св. Предании, по разумению православной Церкви; и в) понятие о Форме православного Богословия, как системе. Вот в этих-то трёх понятиях и определяется предмет и части введения в православное Богословие: ибо определяется собственно то, что не может войти в состав этой науки, однако существенно к ней относится и необходимо ею предполагается. Всякая наука должна быть только оправданием, осуществлением понятия, о ней установленного. Следовательно, и в объём православного Богословия может войти ни больше, ни меньше предметов, как сколько требует их точное его определение. Мы сказали, во-первых, что православное Богословие есть изложение Христианской веры: и в самой науке увидим оправдание этих слов, увидим истины Христианской веры одну за другой, их подробное раскрытие, подтверждение, защиту... Но что же разуметь под именем Христианской веры; в чём существо её; какое происхождение её и достоинство? Вопросы, весьма важные и неизбежные при изучении этой веры; но такие, которые само православное Богословие уже не может рассматривать, оставаясь вполне верным своему определению, а, очевидно, предполагает решёнными предварительно. Сказали, во-вторых, что православное Богословие должно быть изложением Христианской веры, на основании Слова Божьего – св. Писания и св. Предания, под руководством православной Церкви: так на самом деле и будет. Догматы веры, законы нравственности и вообще всё Христианское учение будет изложено не иначе, как на основании Божественных источников, и в том виде, как содержит и преподаёт это учение православная Церковь. Но что же такое Божественное откровение или Слово Божье; что, в частности, св. Писание и св. Предание; в чём состоит и на чём утверждается их важность, как источников, и точно ли церковь православная должна быть нашей учительницей в деле веры? Ещё вопросы, естественные и неизбежные при изучении Христианской веры; но опять такие, которые православное Богословие предполагает уже решёнными предварительно, а не может решать само, вследствие данного ему определения. Сказали, в-третьих, что православное Богословие должно быть изложением Христианской веры систематическим: и это последнее требование будет исполнено. Увидим общее и частное разделение Богословских наук, их расположение в определённом порядке, их рассмотрение определённым методом. Но что же такое система Богословия; почему оно разделяется на такие, а не другие части; почему каждой из этих частей назначается такой, а не другой предмет, такое, а не другое расположение, такой, а не другой метод?.. Несправедливо мы стали бы ожидать ответа и на эти вопросы от самой науки православного Богословия, зная её определение: она, очевидно, предполагает их уже решёнными предварительно. Следовательно, полный состав введения в православное Богословие должен слагаться из трёх частей: 1) из учения о предмете православного Богословия; 2) из учения об источниках православного Богословия; и 3) из учения о системе православного Богословия. § 4. Источник, пособие и метод введения в православное Богословие 1) Источником для всех частей введения в православное Богословие должно служить само Слово Божие, т. е. св. Писание и св. Предание, сохраняемые и преподаваемые православной Церковью. Ибо откуда же первой части заимствовать учение о Христианской Вере, её существе, свойствах и Божественном происхождении; откуда второй заимствовать учение об источниках Христианской веры и Богословия; откуда третьей заимствовать полное и раздельное понятие о предмете православного Богословия, т. е. Христианской Вере, понятие, на котором должно быть основано всё систематическое построение Богословских наук,– если не из Христианского Откровения, сохраняемого и преподаваемого Церковью? Но – 2) Необходимым пособием при этом должны быть соображения здравого ума и исторические исследования. Необходимо это в первых двух частях: потому что – Христианская вера, как Божественное откровение, и православная Церковь Христова, как Божественное учреждение на земле, суть исторические события, и задача первых двух частей введения в православное Богословие – не только определить и объяснить понятия о Христианской Вере и её источниках (здесь лишь предварительная часть дела); но преимущественно – утвердить и защитить от возражений вольнодумцев все эти понятия, доказать, что Христианская вера неоспоримо произошла от Бога, и что источниками православного Богословия непременно должно признавать как св. Писание, так и св. Предание, и притом не иначе, как по разумению православной Церкви. При таком исследовании, конечно, уже недостаточно было бы ограничиться одними свидетельствами Христианства о самом себе, когда о нём-то ещё и спрашивается, точно ли оно Божественно, и, следовательно, точно ли его учение и свидетельство о себе заслуживают всей нашей веры. Тем более недостаточно было бы это для наших противников, которые открыто вооружаются против божественности Христианской веры и достоинства её источников. Здесь, по примеру древних защитников Христианства, должно призвать на помощь здравый ум и беспристрастную историю: их только голос может иметь силу убедительности для людей, не покоряющихся вере. Необходимо участие разума и в третьей части введения в православное Богословие: потому что построить вообще системы наук, следовательно, и систему наук Богословских, разделять и подразделять их на части – есть дело нашего разума с его логическими Формами и законами. 3) Метод первых двух частей введения в православное Богословие должен быть положительный вместе и отрицательный. Задача их, при раскрытии каждой истины, с одной стороны – представить истину положительно и показать те основания, на которых она утверждается, а с другой – критически разобрать сами возражения, какие делаются против неё и против её оснований, и тогда-то уже переходить к рассмотрению другой истины, третьей и т. д. Впрочем, надобно заметить: а) что довольно при этом обращать внимание только на возражения современные, а не на такие, которые давно уже вышли из употребления, будучи опровергнуты стократно; б) что и из современных довольно обозревать лишь главнейшие и мнимо-сильнейшие, с падением которых, естественно, должны пасть и все прочие; в) вообще же, сколько возможно, избегать словопрений и схоластических тонкостей, которые делают науку сухой, скучной и безжизненной; а всего лучше сами положительные доказательства той или другой истины излагать так, чтобы потом легко уже было опровергнуть все делаемые против неё возражения 3 . А метод для изложения третьей части введения может быть троякий. Можно представлять в ней, после некоторых предварительных понятий о Богословии, как системе, только систематический план Богословских наук и краткое обозрение их в общей связи между собой; можно, кроме того, при разграничении Богословских наук, излагать историю каждой науки; можно, наконец, присовокуплять ещё очерк литературы каждой науки, вслед за её историей. Мы последуем преимущественно первому методу: потому что он определяется самым предметом этой части введения в православное Богословие; а остальными методами воспользуемся только отчасти, указывая, во время разграничения Богословских наук, главнейшие источники и пособия для каждой, при свете её истории и литературы. Полную же историю и литературу наук Богословских приличнее и полезнее обозревать в частном введении в каждую науку, перед обстоятельным её изложением, как большей частью и поступают преподаватели Богословия. § 5. Историческое обозрение других понятий о введении в православное Богословие Должно признаться, что, в своём взгляде на введение в православное Богословие, мы несколько уклонились от тех, хотя также различных между собою, понятий, какие имели отечественные богословы об этом предмете. Одни из них представляли во введении в Богословие только самую краткую энциклопедию, где раскрывались понятия о сущности Богословия, его предмете, цели, составе и разделении, иногда с указанием и способов к изучению этой науки. Подобные введения обыкновенно встречаются при Богословских учебниках, например: в учебнике Киевской Академии 1696 года 4 , в опытах Богословия – архимандрита Иакинфа Карпинского 5 , преосвященного Сильвестра Лебединского 6 и других. Другие кроме краткой энциклопедии пытались помещать во введении в Богословие исследование о началах Богословия, как то: о важности св. Писания, св. Предания, вселенских соборов, св. отцов и т.п. Такие трактаты прежде всех поместил у нас в своём введении в Богословие преосвящ. Феофан Прокопович 7 , а по следам его – преосвященные Сильвестр Кулябка, Георгий Конисский 8 и Ириней Фальковский 9 . Третьи, наконец, немногие, присоединяют ещё ко всему этому, в начале или конце введения в Богословие, исследования о вере вообще, об откровении и, в особенности, о божественности веры Христианской. Таковы, например, преосвящ. Феофилакт 10 и протоиерей Терновский 11 . С этими-то последними почти во всём согласны и мы: только учение об источниках православного Богословия мы предположили дополнить особым трактатом о том, что их должно употреблять в православном Богословии не иначе, как по разумению православной Церкви, и что, следовательно, она должна быть нашей учительницей в деле веры. Почему мы избрали именно такой взгляд на введение в православное Богословие: это уже показано выше. А почему не избрали какого-либо другого из числа означенных,– касательно этого заметим: а) что одна энциклопедия не может быть введением в Богословие православное, а есть только введение в Богословие, как науку; б) что присоединяемые к энциклопедии исследования об основаниях и началах Богословия, т. е. св. Писании, св. Предании, важности вселенских соборов и св. отцов, без предварительных исследований о вере и откровении, и частное – о Божественном происхождении Христианской веры и непогрешимом учительстве Церкви, не могут быть удовлетворительны: потому что сами не имеют надлежащих оснований и начал; в) что, наконец, введение в Богословие, где при краткой энциклопедии бывают исследования о вере вообще и в особенности Христианской, равно как и о началах Богословия, но не бывает исследования о Церкви православной, как учительнице веры, суть введения не в православное Богословие, а только лишь вообще в Богословие Христианское или откровенное: такие введения для нас неполны. Считаем нужными присовокупить, что предметы, принятые нами во введение в православное Богословие, ко введению же отнесены и в «Пространном Христианском Катехизисе православной Кафолической восточной Церкви», который есть краткое православное Богословие, и должен служить для нас образцом. Православный – ὀρθόδοξος , по словопроизводству (от ὀρθῶς θοχέω , правильно думаю) и в словоупотребление в Христианском мире, значит то же, что правильно мыслящий о предметах веры, правильно верующий, правоверный, в противоположность слову ( ἑτερ ό δοξος ; (от ἑτέρως θοχέω , иначе думаю) неправильно мыслящей о вере, неправоверный, неправославный или инославный, как выражались иногда предки наши (см. Описание старопечатных книг гр. Телешова, стр. 88, Москва 1829). Богословие – θεολογία у древних учителей Церкви имело несколько различных смыслов. В этимологическом отношении оно означало у них: а) слово Бог – λόγον περὶ τοῦ θεοῦ ; б) слово от Бога – λόγον ὰπὸ τοῦ θεοῦ или Божье слово: посему-то Богословием называли всё св. Писание, и Ветхий Завет – Богословием ветхим ( δεολογίαν πολαιὰν ), а новый – новым Богословием ( θεολογίαν νέαν ); богословами же называли всех писателей того и другого завета, Пророков и Апостолов; в) слово к Богу или для Бога – λόγον πρὸς τὸν Θεόν : в таком смысле Θεολογία выражало приписывание и воздаяние кому-либо Божеской чести, в особенности признание и исповедание Божества Бога Отца, Бога Сына, Бога Духа Святого. Значит, по всем этим, в совокупности, этимологическим знаменованием своим, «Богословие есть слово Божье о Боге во славу Божью». В предметном же смысле, на языке древних учителей Церкви, Θεολογία означало: а) учение не только о Боге и Его свойствах, но и о вещах Божественных и обо всём, относящемся к Богопочитанию; б) учение собственно о Боге, Его существе и свойствах; в) в частности, учение о св. Троице; г) ещё подробнее – о Божестве Иисуса Христа. В последнем-то смысле именем Богослова названы по преимуществу: из всех св. Апостолов – Иоанн, который, по выражению блаженного Феофилакта, и начал Богословием ( άπὸ τ ῇ ς Θεολογίας ἤ ρξατο ...), и написал своё Евангелие с целью, да веруем, яко Иисус есть Христос Сын Божий или Бог-Слово ( Иоан. 20, 31 ); а из всех церковных учителей – Григорий Назианзин , как защищавший с особенной силой Божество Слова ( δεότητα τοῦ Λόγου ) против Ариан. Явно, что все предметные значения слова – Θεολογία можно подвести под два: «Богословием называлось, во-первых, учение собственно о Боге, а во-вторых, учение о Боге и обо всём, относящемся к Богу». (Сами изречения св. Отцов, многочисленные и разнообразные, в доказательство здесь сказанного, см. у Свицера – в Thesavr. Ecclesiastic, под словами: θεολογἐω , θεολογία , θεολόγος ). В первом смысле имя Богословия приличествует только первой части нынешней Христианской Догматики; в последнем – всей науке о Христианской Вере, как, действительно, и начали употреблять его в школах с XII века. Ныне Богословием называют весь состав наук, имеющих предметом своим Христианскую Веру. Этого последнего замечания мы сочли нужным держаться особенно при составлении издаваемых теперь записок, в которых возражения против истин и опровержения на возражения большей частью опущены, или, справедливее, изложены, по возможности, в положительной форме. Записки, как всяк согласится, должны быть только программой и сокращением того, что в надлежащей обширности имеют услышать или слышали уже воспитанники от своего наставника, во время его устных чтений,– и, следовательно, должны содержать в себе только начала и достаточные намёки, по которым с лёгкостью могли бы воспитанники припоминать слышанное в аудитории. См. в Истории Киевской Академии стр. 69. СПб. 1843. Compendium Orthodoxae Theologicae doctrinae... Lips. 1786. Compendium Theologiae classicum didactico-polemicum... Mosquae, 1806. У него – Prolegomenä de definitione, objecto, causa, partitione, metliodo le principiis Theologiae. Cm. Christ. Orfchod. Theolog. in Acad. Kioviensi a Thеоph. Procopovicz, vol. I. Libs. 1782. См. их конспекты в Истории Киевской Академии стр. 139–142. Christ. Orthod. Dogmatico-Polem. Theolog. compendium... ab Irineo Fakovski. tom. I, cap. I-XIII. Mosquse, 1802. Orthod. Orient. Ecclesiae dogmata, sev doctr. Christ, de credendis, Petropoli, 1818, §§ 1–23: Articulus praeliminaris-de principiis ac fundamentis Christ, religionis. Такое общее введение в Богословие он поместил в начале своей догматики, изд. 1838 и 1843 г. Вам может быть интересно: