Поучение 62. В пяток пятой недели. Как можно достигнуть того, чтобы без труда подвизаться в делании добродетелей.

Братия и Отцы! Добродетель есть делание не перестающее и никогда не останавливающееся на одном месте, но простирающееся непрестанно вперед. Она всегда едина, и всегда возводит ревнующих о ней более и более к высшим мерам совершенства. Посему и Апостол говорит: «не знаю, принял ли я еще благодать, или познал, что есть конец добродетели, но гоню... аще и постигну, о немже и постижен бых и помилован от Христа Иисуса . – И еще говорит: – задняя убо добродетели, – т. е. что я исполнил, – забывая, в предняя же простираяся, со усердием гоню, к почести вышняго звания Божия о Христе Иисусе» ( Фил. 3:12–14 ). Итак, доброе никогда не останавливается, как будто кто мог совершить оное (достигнув конца его); ибо когда останавливается доброе, тогда начинается злое. Посему и мы, братия, не будем отставать, ни останавливаться на пути добродетели, но будем всегда удобоподвижны и юны усердием, переходя от силы в силу, дóндеже достигнем в мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова. А как и каким образом мы можем это исполнить? Если всякий день и час будем проводить в усердии, т. е. настал час утрени, немедленно встанем от сна, и пойдем на молитву. Окончилась утреня: возьмемся с усердием за свое рукоделие, и будем в сердце своем размышлять о Божественных словесах, которые были читаны, вместе работая и руками своими. Настал вечер: с благодарением и умилением отойдем ко сну, совершивши наперед правило свое в безмолвии с коленопреклонением, и тогда уснем; будем остерегаться и лукавых мечтаний. Так уготовляя себя, и так проводя дни и ночи, мы будем исполнять то, о чем говорит Божественный Давид: «день дни отрыгает глагол, и нощь нощи возвещает разум» ( Пс.18, 3 ). День да не проходит у нас в празднословии, смехе и лености, ни ночь в помыслах похотных и блудных. Будем хранить не тело только, но и душу; ибо Господь хочет, чтобы она была чиста от лукавых помыслов. Желаем ли вожделенного? Но что иное вожделеннее добродетели, которой сладость вожделеннейшая и ненасытная? Любим ли красоту и благолепие? Но что прекраснее Господа нашего Иисуса Христа, добротою Которого всему сообщается красота и благолепие? Злые же похоти напротив ожесточают душу и терзают ее несравненно лютее диких зверей, так что оне составляют уже не сладость и радость, но мучение и жизнь страдательную. Не прельщайтеся, говорит Писание, яко плоть и кровь царствия Божия наследите не могут, ниже тление нетления наследствует ( 1Кор. 15, 50 ). Какого человека пленил грех, и не обесчестил и не предал его смерти? Кого восприяла добродетель, и не вознесла и прославила его в мире? Оставим многих, скажем только о двух, об Иосифе прекрасном и о первородном сыне Давидовом. Аммон за то, что соблудил с сестрою своею, не был ли убит? Иосиф же, за то, что возлюбил девство, не сделался ли царем Египта? Поистине добродетель вожделенна и спасительна, а грех зол и ненавистен. Но мы люди подвергаемся великой прелести, и избираем лучше смерть, нежели жизнь, и любим тьму более света, и тление более нетления. А что более сего может быть достойно сожаления? Некоторые говорят, что мы желаем любить добро, но не можем. Не желаем мы его, и потому не любим, и не поистине его желаем, но ложно и притворно; потому что мы самовластны, и что хотим, то и творим. Но, как видно, греховный навык от юности укрепил в нас страсти; а потому и трудно становится нам освободиться от них. А что говорит Апостол? – Человеческо глаголю за немощь плоти вашея. Яко же бо представисте уды ваша рабы нечистоте и беззаконию в беззаконие; тако ныне представите уды ваша рабы правде во святыню ( Рим. 6, 19 ). Посему, братия, потребно нам с терпением и прошением толцать, и благий наш Бог без сомнения отверзет нам дверь, творя в нас благоугодное пред собою, и подавая нам вечную жизнь о Христе Иисусе Господе нашем, которому подобает слава и держава с Отцем и Св. Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь. Вам может быть интересно: