Слово на Богоявление Господне. Святого Григория Богослова, архиепископа Константинопольского

Святой день светов, которого мы достигли и праздновать который ныне удостоились, началом своим имеет крещение Христа, света истиннаго, иже просвещает всякаго человека грядущаго в мир ( Ин. 1:9 ), – совершает мое очищение и возрождает тот свет, который мы некогда получили свыше, но потом омрачили и ослабили грехом. Итак, послушайте Божественного гласа, который весьма громко раздается для меня, тайнозрителя (Божественных вещей) и тайноводителя: аз есмь свет миру ( Ин. 8:12 ); посему приступите к нему и просветитеся, и лица ваша, ознаменованные высшим светом, не постыдятся ( Псал. 33:6 ). Ныне – время возрождения: возродимся свыше! Ныне – время воссоздания: облечемся опять в первого Адама! Не станем оставаться в том состоянии, в каком находимся, но сделаемся такими, какими были прежде. Свет светит во тьме , во мраке настоящей жизни, и плоти: тьма его преследует, но не обнимает ( Ин. 1:5 ), то есть враждебная сила неотступно преследует видимого Адама, но встречается с Богом – и побеждается Им, дабы мы, оставивши тьму, приблизились к свету, потом сделались совершенным светом, сынами света невечернего. Смотрите же на благодать дня сего и на силу сего таинства. Не вознесены ли вы от земли? не возведены ли вы на высоту нашим словом и водительством? Но вы еще выше вознесетесь, когда настоящей речи будет споспешествовать Божественное Слово. Таково ли было очищение законное и преобразовательное, коего вся польза заключалась во временных кроплениях и очищении оскверненных пеплом юницы? Таковы ли были таинства язычников? Языческие обряды и таинства суть нелепости, темное изобретение демонов, вымысел развращенного ума, созданный временем и прикрываемый баснословными рассказами. И пусть сими нелепостями забавляются язычники и демоны, которые довели первых до такого безумия. А поскольку нам дарована возможность избегнуть суеверного заблуждения, наслаждаться истиною, служить Богу живому и истинному и возноситься над тварью и всем временным и изменяющимся: то мы и должны рассуждать и размышлять о Боге и Божественном. Итак, станем размышлять, начавши с предмета приличнейшего. Лучше же всего начать с того, что заповедал нам Соломон, сказав: начало премудрости, стяжати премудрость ( Притч. 4:7 ) – и назвавши началом премудрости страх Господень ( Притч. 1:7 ). Посему не следует начинать с созерцания и оканчивать страхом (ибо необузданное созерцание скоро может низвергнуть с высоты), но должно лишь тогда возноситься на высоту, когда мы посредством страха восприняли начальные познания, очистились и, так сказать, утончились. Ибо где – страх, там – сохранение заповедей, а где – сохранение заповедей, там очищение плоти, которая подобно облаку помрачает душу и препятствует ей ясно созерцать свет Божественный; где – очищение, там – просвещение, а просвещение есть исполнение желаний для тех, которые стремятся к предметам самым возвышенным, а лучше – к Единому Высочайшему, превосходящему всякое величие. Поэтому прежде надлежит очистить себя и потом уже сообщаться с чистым, дабы не оказаться нам подобными израильтянам, которые не могли сносить славы лица Моисея, или Маною, который сказал жене своей: смертью умрем, яко Бога видехом ( Суд. 13:22 ), – дабы нам, как недостойным присутствия Иисуса, не удалить Его от корабля, подобно Петру, который ходил по волнам, и дабы не быть пораженными слепотою, подобно Павлу, когда он был еще гонителем и беседовал с Тем, Кого гнал. Но, подобно сотнику, нам надлежит искать для себя врачевства и из страха, достойного похвалы, еще не решаться принимать в своем доме Врача. Каждый из нас, пока еще не чист, пока остается сотником, превосходящим по грехам многих, и воинствует за князя мира сего, пусть говорит: Господи, несмь достоин, да под кров мой внидеши ( Матф. 8:8 ). Когда же кто увидит Иисуса и, будучи малого духовного роста, подобно Закхею, взлезет на смоковницу, умертвивши земные свои члены и возвысившись над телом смирения, тогда пусть примет к себе Слово и услышит: днесь спасение дому сему бысть ( Лук. 19:9 ), – пусть получит спасение и принесет совершеннейший плод, прекрасно употребляя и расточая то, что, как мытарь, приобрел порочным образом. А когда мы, соблюдши душу свою всяким хранением, положивши восхождение в сердце, обновивши в себе поле и посеявши семена в правду (как говорят Соломонов, Давид, Иеремия), просветим себя светом познания: тогда станем провозглашать премудрость Божию в тайне сокровенную и станем для других служить светом. Пока же станем очищаться и предварительно усовершаться Словом, дабы, совершая богоподобное, принимая Грядущее Слово, сохраняя Его у себя и открывая другим, мы могли оказать себе самим величайшее благодеяние. Поелику основание настоящего праздника есть воспоминание о Боге, то и станем прежде всего прославлять Бога сим воспоминанием. Ибо и там, где есть всех веселящихся жилище, торжество празднующих состоит, полагаю, не в ином, как в прославлении и славословии Богу из уст тех, которые удостоились небесной жизни. И всякий раз, как говорю о Боге, я испытываю трепет и в голосе, и в уме, и в мыслях; я желаю, чтобы это похвальное и блаженное чувство сообщалось и вам. При слове – „Бог» вы должны озаряться единым и вместе тройственным светом: тройственным – по особым свойствам, или ипостасям, т. е. лицам; единым же – по свойству существа, то есть Божественности. Для нас – один Бог Отец, из Которого – все, и один Господь Иисус Христос, чрез Которого все, и один Дух Святой, в Котором все. Но Отец есть Отец и притом безначален, ибо не есть от кого-либо. Сын есть Сын, так как Он – от Отца; если же понимать начало по отношению ко времени, то и Он безначален, ибо Он – Творец времен и не зависит от времени. Дух Святой есть истинно Дух, происходящий от Отца, но не образом сыновства или рождения, а образом исхождения. Итак, един Бог в Трех и сии Три – едино. поскольку же надлежало, чтобы поклонение Богу не ограничивалось одними только высшими существами, но принадлежало и низшим поклонникам, дабы все исполнено было славы Божией (ибо все – Божие): то для сего рукою Божией и по образу Божию создается человек. Когда же он, по зависти диавола и гибельному внушению греха, несчастно удалился от Создателя своего, а Богу не угодно было презреть его, – что тогда происходит, и какое великое таинство совершается над нами? – Обновляется природа, и Бог делается человеком; Тот, Кто восшел на небо небесе, на востоки ( Пс. 67:34 ) славы Своей и величия, прославляется на западе нашей нищеты и унижения. Сын Божий благоволит соделаться и именоваться сыном человеческим, не отложив того, чем был (ибо Он – непреложен), но восприняв то, чем не был (ибо Он – человеколюбив). Непостижимый по существу соделался для нас постижимым, обращаясь с нами при посредстве плоти, как некоторой завесы, ибо рожденной и тленной природе невозможно сносить чистого Его Божества. Посему соединяется не соединимое – не только Божество с рождением во времени, ум с плотью, вечное с временным, неизмеримое с ограниченным, но и рождение соединяется с девством, бесчестие с тем, что выше всякой чести, бесстрастное со страданием, бессмертное с тленным. И лукавый виновник зла, прельстивший нас надеждою обожения, сам обольщается одеянием плоти, хотя и считал себя непобедимым, и, совершив нападение на Адама, встречается с Богом; таким образом, новый Адам спас древнего и разрушил осуждение плоти, умертвив смерть плотью. Но Рождество Христово мы уже отпраздновали с подобающею честью. Со звездою текли мы, с волхвами поклонялись, с пастырями были озарены, с ангелами славословили, с Симеоном принимали в объятия. Ныне – другое деяние Христово и другое таинство. Не могу удерживать своей радости: я нахожусь в святом исступлении. Подобно Иоанну, я благовестую; хотя я не – предтеча, но – из пустыни; Христос просвещается: просветимся и мы с Ним! Христос крещается: снидем с Ним долу и мы, дабы подняться с Ним и на высоту. Христос крещается; но необходимо нам обращать внимание не на это только, а и на то, кто именно крещается, от кого, и когда. Крещается Чистый от Иоанна и тогда, когда уже начал творить знамения. Чему же мы должны научиться из сего? – Тому, что прежде всего должно очищать себя и смиренномудрствовать и потом уже, достигши совершенства духовного и телесного, приступать к научению других. Первое, я говорю по отношению к тем, которые небрежно приступают ко крещению, не приготовляются к нему и, не имея навыка к добру, не хранят твердо даров искуплепия: ибо благодать, хотя и совершает отпущение прежних грехов, но после требует еще большей осторожности, чтобы нам не обратиться к той же самой нечистоте. Второе относится к тем, которые гордятся пред строителями таинства, если превосходят их каким-либо достоинством; а третье – к тем, которые, увлекаясь молодостью, всякое время считают удобным для учительства или первенства. Иисус очищается, а ты пренебрегаешь очищением? Иисус крещается от Иоанна, а ты восстаешь против своего проповедника? Иисус крещается в тридцатилетнем возрасте, а ты, не достигнув еще возмужалости, учишь или надеешься учить старцев, не пользуясь уважением ни по возрасту, ни, может быть, по жизни? Иоанн совершает крещение; к нему приходит Иисус, без сомнения, для того, чтобы погребсти в воде всего древнего Адама и, может быть, для того, чтобы освятить и самого Крестителя, а прежде сих и для сих – освятить духом и водою Иордан, поскольку Сам был дух и плоть. Креститель не соглашается; Иисус настаивает. Аз требую Тобою креститися ( Матф. 3:14 ), говорит светильник Солнцу, глас Слову, друг Жениху, больший всех рожденных женами ( Матф. 11:11 ) Перворожденному всей твари ( Колос. 1:15 ), взыгравший во чреве Прославленному во чреве, Предтеча Явившемуся. Аз требую креститися Тобою и (можно бы прибавить) за Тебя: ибо Креститель знал, что будет крещен мученичеством и, подобно Петру, будет иметь умытыми не одни только ноги. И Ты ли грядеши ко Мне ( Матф. 3:14 )? И это слово – пророческое, ибо Креститель знал, что после Ирода будет неистовствовать Пилат, и Христос последует за ним (путем мучения). Что же Иисус? Остави ныне ( Матф. 3:15 ), отвечает, – поскольку таково домостроительство: ибо Христос знал, что спустя немного времени Сам будет крестить Крестителя. А что значит лопата, о которой говорит Иоанн ( Матф. 3:12 )? – Очищение. Что – огонь ? – Истребление плевел души и горение духа. Что – секира? – Посечение остающейся без попечения души вместе с ее нечистотою. Что – меч? – Рассечение словом, посредством которого отделяется худшее от лучшего, верный от неверного, восстановляется сын, дочь и невестка на отца, мать и свекровь, разделяется новое и недавно сказанное от ветхого и преобразовательного. Что значит ремень сапога ( Марк. 1:7 ), который не можешь развязать ты, Креститель Иисуса, обитатель пустыни и постник, новый Илия, превосходящий всех пророков, поскольку ты увидел Того, о Ком они только предсказывали, посредник между Новым и Ветхим заветом, – что это? Может быть, это указывает на явление и воплощение Слова, уразуметь конечное значение коего невозможно не только для людей плотских и младенцев во Христе, но и для подобных духом Иоанну. Но вот Иисус выходит из воды: вместе с Собою Он возносит горе мир и видит разверзающиеся небеса, которые Адам заключил для себя и своего потомства вместе с раем, заключенным пламенным оружием. Дух свидетельствует о Божестве, ибо Он нисходит на подобного Себе; раздается также глас с неба, откуда – и Тот, о Котором было свидетельство. Дух является телесно, как голубь, поскольку воздает честь плоти, удостоившейся обожествления, и поскольку голубь прежде был провозвестником прекращения потопа. И если ты, малосведущий в величайшем, судишь о Божестве по меру и весу и посему считаешь Духа малым, так как он явился в виде голубя: то ты должен за ничто почитать и царство небесное, так как оно уподобляется зерну горчичному, и должен величию Иисуса предпочитать его противника, так как он называется горою великою ( Захар. 4:7 ), левиафаном ( Иов. 3:8 ), и царем над всем живущим в водах ( Иов. 41:25 ), а Христос именуется агнцем ( 1Петр. 1:19 ), бисером ( Матф. 13:46 ), каплею ( Мих. 2:11 ) и подобными названиями... Поелику же настоящее торжество есть праздник Крещения, и нам надлежит хотя немного злопострадать вместе с Тем, Кто ради нас принял человеческий образ, крестился и был распят, то поразмыслим и о различных видах крещения, дабы выйти отсюда очищенными. Крестил Моисей, но в воде – в облаке и море ( 1Кор. 10:2 ). Это крещение, как и апостол Павел говорит, было преобразовательное. Море было символом воды, облако – Духа, манна – хлеба животного, питие – Божественного пития. Крестил и Иоанн, но не по-иудейски, поскольку крестил не только в воде, а и для покаяния ( Матф. 3:11 ), – и не совсем духовно, ибо не соединял с крещением Духа. Крестит и Иисус, но уже Духом, и это крещение есть совершенное. Знаю и четвертое крещение – мученичеством и кровью, которым крестился и Сам Христос, и которое гораздо выше прочих и не оскверняется никакою нечистотою. Знаю и пятое крещение – слезное, но весьма редкое: сим прощается тот, кто каждую ночь омывает слезами ложе и постелю свою ( Пс. 6:7 ), кому отвратительны раны греховные ( Пс. 37:6 ), кто ходит с сокрушением и печалью ( Пс. 34:14 ), кто подражает обращению Манассии и смирению ниневитян, вызвавшему помилование, кто произносит слова мытаря в храме и является оправданным более гордого фарисея, кто унижает себя, подобно хананеянке, ищет человеколюбия и просит крупиц – пищи голодного пса. Будучи человеком, существом изменяемым и смертным по природе, я и сам с готовностью принимаю сие последнее крещение, воссылая благодарение Даровавшему его, и преподаю его другим, воздавая милостью за милость. Ибо я знаю, что и сам обложен немощью ( Евр. 5:2 ) и, как сам буду мерить, так возмерится и мне. И из вас пусть никто не доходит до такой уверенности в своем достоинстве, чтобы решился сказать: „не прикасайся ко мне, ибо я чист ( Ис. 65:5 ), как никто“. О, вы, чистые, уделите же и нам от вашего сияния! Но мы не верим вам и будем за вас проливать слезы. Если им угодно, пусть идут нашим путем и Христовым, а если нет – пусть идут путем своим. Может быть, там они будут крещены огнем, – крещением последним, жесточайшим и продолжительнейшим, которое пожирает вещество, как сено, и истребляет плевелы всякого зла. Мы же почтим ныне крещение Христа и станем праздновать его добре, не плоть услаждая, но радуясь духовно. Как же будем веселиться? Измыйтеся и чисти будите ( Ис. 1:16 ). Если вы багряны по грехам или, что хуже, кровавы, то убелитесь, как снег; если вы червлены и совершенные мужи кровей, то достигайте белизны хотя бы волны. Вообще очиститесь и будьте чисты. Ибо Бог ничему так не радуется, как исправлению и спасению человека, для которого существует и всякое слово, и всякое таинство. Подобно светилам в мире ( Филип. 2:15 ), будьте живоносною силою для остальных людей; представши пред Великим Светом светилами совершенными, научитесь небесному световодительству, постепенно получая более чистый и яркий свет от Пресвятой Троицы, от Которой вы ныне скромно восприняли лишь один луч, исходящий от Единого Божества, во Христе Иисусе Господе нашем. Ему же слава во веки веков. Аминь 91 . В сокращении. См. Migne. Patrologiae cursus completus, series graeca, tom. ХХХVI. Сравн. рукоп. Москов. Синод. библиот. (57–LVIII) л.л. 113 oб –121; Творения св. Григория Богоcлoвa в русск. перев. Москва. 1889 г., ч. III, стран. 208–223; „Христ. Чт.“ 1899 г., ч. ХХХIII, стр. 36 и cлед. Вам может быть интересно: