1861 г.

7 января. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, по поводу полученного им рескрипта от Государя Императора Батюшков 3 , при письме своем, препроводил к митрополиту Филарету копию со следующего рескрипта: «Преосвященный митрополит московский Филарет! Постоянно заботясь об утверждении и преуспеянии православия в любезном отечестве нашем, вы явили ныне новый подвиг благочестивой, пламенной ревности к пользам церкви, предприняв и окончив сбор священной утвари и риз, для обновляемых, по указаниям нашим, сельских церквей в могилевской епархии. По одному пастырскому слову вашему, первопрестольная столица, едва успев окончить вспомоществования православным церквам турецких владений, приняла на себя новые, значительные пожертвования и, в самое короткое время, принесла в дар могилевской епархии все необходимые для Богослужения предметы, из коих многие, по изяществу и ценности, могли бы служить украшением и для столичных храмов. За столь достохвальные, подъятые вами труды, увенчанные полным успехом, мне приятно выразить вам душевную признательность, предоставляя благодарить от моего имени лиц, в сем благом деле нам содействовавших. Поручая себя молитвам вашим, пребываю к вам навсегда благосклонным». 30 декабря 1860 г. С.-Петербург. По получении этого рескрипта, митрополит Филарет писал к графу А.П. Толстому следующее: Сиятельнейший граф, милостивый государь. Государю Императору благоугодно было меня и моих сотрудников по делам могилевскому и сирийскому удостоить словом благоволения. Список с высочайшего рескрипта при сем прилагаю. Встречаю недоумение. В подобных случаях не требуется донесение Государю Императору. Но как пред сим, вследствие высочайших рескриптов, сообразно с обстоятельствами, я представлял Его Величеству всеподданнейшие письма, то в настоящем случае молчание не показалось бы несообразным с предшествующими случаями? Посему я написал всеподданнейшее письмо и, препровождая оное при сем, покорнейше прошу, если изволите найти приличным, поднести оное Государю Императору; а если это не нужно, возвратить мне письмо мое. Чтобы вы знали содержание его, прилагаю список. Мне особенно желалось представить Его Величеству свидетельство в пользу моих сотрудников, трудившихся более меня. В Святейший Синод список с высочайшего рескрипта я представил. Следует ли публиковать оный в ведомостях, или только сообщить тем, до которых он относится? И о сем желал бы знать вашу мысль. Призывая вам благословение Божие, с совершенным почтением и преданностью имею честь быть вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, Филарет, митрополит московский К сему письму приложена копия с следующего всеподданнейшего письма митрополита Филарета: Благочестивейший Государь! От светлого ока Вашего Императорского Величества не укрывается и не остается без внимания и малое служение делу добра и пользы: и взор благоволения вашего утешает, ободряет и укрепляет трудящихся или потрудившихся. Так благоугодно было вам, Всемилостивейший Государь, осчастливить начало сего года для меня и потрудившихся со мною по делам вспоможения могилевским церквам в их нуждах и сирийским христианам в их бедствиях. Долг правдивости обязывает меня не умолчать, сколь справедливо благоволение Вашего Величества простерлось на моих сотрудников, которые мою скудость сил и малую потому деятельность восполнили своею ревностью и деятельностью, и особенно епископ викарий Леонид 4 . Повергаюсь вместе с ними пред престолом Вашего Величества с верноподданническою благодарностью. Царь царствующих да призрит на вашу благость, утешающую преданных вам; и от неистощимого источника Своей бесконечной благости да изливает обилие щедрот на вас и на благочестивейшую супругу вашу и на благоверных чад ваших и на царство ваше 5 . 7 января. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому 6 , о протоиерее А.В. Горском 7 , назначаемом на должность ректора московской духовной академии Ректора академии еще нет. Видно, есть в сем деле сомнение. Слышу, что некоторые желают, чтобы ректором академии был протоиерей Горский. Желаю сего и я; и для сего предлагал ему вступить в монашество; но он остался твердым в своем давно принятом расположении. Если угодно, чтобы он был ректором, то пусть будет мне поручено настоятельно предложить ему вступление в монашество. Ибо если он будет протоиереем ректором, и у него будет в подчинении архимандрит инспектором, то это будет вступление, хотя еще мало приметное, но уже примерное для будущего, –вступление на путь желаемого некоторыми церковного переворота, чтобы, вопреки древнему постоянному правилу, поставить белое духовенство выше монашествующего, и вверить управление протоиереям с их супругами, а архиереям оставить только рукоположение, без рассуждения о достоинстве рукополагаемых. От такого управления нельзя ожидать ни единства, ни твердости, ни чистоты. Да не поколеблются опоры дома Божия. 25 января. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, о профессоре Соснине Благодарностью обязан вам, что познакомили меня с профессором Сосниным. Я видел в нем человека весьма доброй надежды. Но сколь приятно было для меня сие, столь прискорбно теперь слышать, что ему предполагается служение за границею. Не утерпел я, чтобы не сказать владыке новгородскому 9 и вам теперь, что, по моему мнению, он нужен дома. Рассудите, и изберите полезное, а меня простите. Вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, Не поручите ли кому-нибудь известить меня, послано или не послано послание Святейшего Синода к патриарху? 10 В январе. Заметки митрополита Филарета, озаглавленные: «О письме Арнаудова, от 27 декабря» В письме Арнаудова, от 27 декабря. В день Рождества Христова в церкви новых униатов собралось до 1000 человек, а на другой день, как говорят, до 1500. Греческий посланник, проникнутый панславизмом, долго отвергал просьбы Арнаудова о посредничестве у патриарха: теперь тот же сего просит принять на себя посредничество о соглашении с греками; но поздно проснулся и он, и патриарх. 22 дня, православными болгарами разослано по Болгарии объявление против унии. В письме Палаузова 11 , от 23 декабря, предлагаются убеждения, чтобы Святейший Синод посредствовал за болгар у патриарха 12 . 5 февраля. Письмо митрополита Филарета к графу В.Н. Панину 13 с мнением по поводу препровожденного к нему проекта манифеста о предстоящем преобразовании быта помещичьих крестьян и проектом манифеста, составленного митрополитом Граф В.Н. Панин, в письме 31 января 1861 года московскому митрополиту Филарету писал: «при предстоящем преобразовании крестьянского быта слово Государя Императора к народу своему будет иметь самое сильное влияние на успех предпринятого дела. В сем убеждении Его Императорское Величество с полною доверенностью к верноподданническим вашим чувствам и к дарованиям вашим, неоднократно выразившимся в речах, памятных всей России, признал нужным обратиться к вам с изъявлением желания, чтобы ваше высокопреосвященство приняли на себя труд составить манифест, в коем изъяснены будут воля и ожидания Его Величества по сему важному предмету. Исполнение сего труда требует некоторых предварительных личных объяснений. Для сей цели я желал иметь честь лично представить вам приготовительные работы, составленные по сему предмету, но открытие заседаний в государственном совете для рассмотрения проектов различных положений по крестьянскому делу, не позволяет мне отлучиться из С.-Петербурга в настоящее время. По сей причине Его Императорскому Величеству благоугодно было возложить на тайного советника Тапильского 14 обязанность отправиться к вашему высокопреосвященству и представить вам все нужные по сему делу объяснения. Из них ваше высокопреосвященство усмотрите, каковы суть главные мысли, которые Его Величеству желательно было бы выразить в манифесте 15 , но Государь полагается совершенно на высокий дар красноречия вашего высокопреосвященства и на ревностное усердие ваше к делу, столь важному для отечества, столь близкому к сердцу первого пастыря нашей церкви. Руководимый сими чувствами и сим доверием, Государь предоставляет вашему высокопреосвященству сделать все те изменения, или прибавления, кои бы вы признали соответствующими чувствам Его Величества и собственным вашим, для лучшего успеха в достижении предположенной цели». Сиятельный граф, милостивый государь. Сколько снисходительное высочайшее доверие, изъявленное поручением, ободряет меня, столько затрудняет предмет поручения, далекий от круга понятий и занятий, в котором обращаюсь. В исполнение поручения вводить меня верноподданническое повиновение, а не сознание способности удовлетворить требованию. Долгом поставляю дать отчет, что мною сделано и почему. Я решился не очень стесняться сообщенным мне проектом высочайшего манифеста: дабы мое воззрение на предмет, яснее было видимо, и удобнее могло быть обнаружено. Посему, представляю не частные изменения, а целый текст, в котором с полученным мною проектом соединены изменения, по моему посильному разумению, нужные. Рассматривая сообщенный мне проект, я нашел, что он может быть разделен на три части: 1) Начало, ход и изложение дела. 3) Увещания и обнадеживания. Но сии части в проекте не довольно были разграничены; а это нужно для того, чтобы акт был лучше понять и произвел желаемое впечатление, и чтобы удобнее было впоследствии употреблять его, и делать на него указания. Посему некоторые мысли я переместил соответственно вышеозначенному разделению, которого части на моем проекте означены числами, карандашом. Выражение: «мы не признали нужным скрывать», имеет вид оправдания против бывших толков. По моему мнению, правительство стоит выше надобности оправдываться против толков. Потому, поставленные за сим мысли перенес я в другое место, где они нужны и могут иметь действие. Статья, начинающаяся словами: «сими положениями крепостным людям даруются», – мне показалась неясною. Из наименования: «временно-обязанные», – извлек определенное о нем понятие, и изложил оное, сколько понял. Высочайшие повеления отмечены в прежнем проекте числами. Это действительно нужно для удобства впоследствии ссылаться на них. Сличив 4-ю статью с числами, я подвел под число еще 3 следующие статьи, по той же причине. Затем, встречается перерыв, на пределе которого стоят слова: «нижеследующую постепенность». Что́ здесь должно следовать, мне неизвестно; потому я и указательную формулу опустил. Не скрою моих мыслей, которые могут быть не приняты, и потому представление их не причинит затруднения. Проект уже довольно длинен и многосложен. Введение здесь новой статьи о постепенностях, на которые, если не ошибаюсь, кратко указано выше, сделает проект более многосложным и может быть не более ясным, не может ли то, что предполагается взять сюда из составленных законодательных положений, быть оставлено, в том числе многое, чего нельзя включить в манифест? Манифест должен быть прочитан крестьянам. Их ум не приучен к долгому непрерывному вниманию. Посему, измененный мною проект я старался разделить на статьи, сколько можно не длинным. В последней части сообщенного мне проекта «обращение к дворовым людям» многое казалось необыкновенным, в высоком государственном акте, в котором Государь Император говорит всему народу, всей империи. Потому я изменил форму личного обращения, сохранив нужные мысли. Повторяю, что я исполнил только долг повиновения в деле, которого существенное обработание принадлежит государственным людям, и для них, конечно, составляет трудный подвиг. Мой долг, с прочими служителями алтаря, молить Бога, чтобы он даровал государственным советникам и проницательную мудрость и прямодушную ревность, и наипаче, чтобы озарил вышним светом взор Благочестивейшего Государя Императора на то, что истинно, благонадежно и полезно церкви и народу. Проект манифеста об освобождении помещичьих крестьян от крепостной зависимости Божиим Провидением и священным законом престолонаследия быв призваны на Прародительский Всероссийский престол, в соответствие сему призванию мы положили в сердце своем обет обнимать нашею царскою любовью и попечением всех наших верноподданных всякого звания и состояния, от благородно-владеющего мечом на защиту отечества до скромно работающего ремесленным орудием, от проходящего высшую службу государственную до проводящего на поле борозду сохою или плугом. Вникая в положение званий и состояний в составе государства, мы усмотрели, что государственное законодательство, деятельно благоустрояя высшие и средние сословия, определяя их обязанности, права и преимущества, не достигло равномерной деятельности в отношении к людям крепостным, так названным потому, что они, частью старыми законами, частью обычаем, потомственно укреплены под властью помещиков, на которых с тем вместе лежит обязанность устроять их благосостояние. Права помещиков были доныне обширны и не определены с точностью законом, место которого заступали предание, обычаи, и добрая воля помещика. В лучших случаях из сего происходили добрые патриархальные отношения искренней правдивой попечительности и благотворительности помещика и добродушного повиновения крестьян. Но при уменьшении простоты нравов, при умножении разнообразия отношений, при уменьшении непосредственных отеческих отношений помещиков к крестьянам, при впадении иногда помещичьих прав в руки людей, ищущих только собственной выгоды, добрые отношения ослабевали, и открывался путь произволу, отяготительному для крестьян, и неблагоприятному для их благосостояния, чему в крестьянах отвечала неподвижность к улучшениям в собственном быте. Усматривали сие и приснопамятные предшественники наши и принимали меры к изменению на лучшее положения крестьян; но это были меры, частью нерешительные, предложенные добровольному свободолюбивому действию помещиков, частью решительные, только для некоторых местностей, по требованию особенных обстоятельств, или в виде опыта. Так Император Александр I издал постановление о свободных хлебопашцах, и в Бозе почивший родитель Наш Николай I, постановление о обязанных крестьянах. В губерниях западных инвентарными правилами определены наделение крестьян землею и их повинности. Но постановление о свободных хлебопашцах и обязанных крестьянах приведены в действие в весьма малых размерах. Таким образом, мы убеждены были 17 признать, что дело изменения положения крепостных людей на лучшее, есть для нас завещание предшественников наших и жребий, через течение событий поданный нам рукою Провидения. Мы начали сие дело актом нашего доверия к Российскому дворянству, к изведанной великими опытами преданности его престолу и готовности его к пожертвованиям на пользу отечества. Самому дворянству предоставили Мы, по собственному вызову его, составить предположения о новом устройстве быта крестьян, при чем дворянам предлежало ограничить свои права на крестьян, и поднять трудности преобразования, не без уменьшения своих выгод. И доверие наше оправдалось. В губернских комитетах, в лице членов их, облеченных доверием всего дворянского общества каждой губернии, дворянство добровольно отказалось от права на личность крепостных людей. В сих комитетах, по собрании потребных сведений, составлены предположения о новом устройстве быта находящихся в крепостном состоянии людей, и о их отношениях к помещикам. Сии предположения, оказавшиеся, как и можно было ожидать по свойству дела, разнообразными, сличены, соглашены, сведены в правильный состав, исправлены и дополнены в главном по сему делу комитете; и составленные таким образом новые положения о помещичьих крестьянах и дворовых людях рассмотрены в государственном совете. Призвав Бога в помощь, Мы решились дать сему делу исполнительное движение. В силу означенных новых положений, крепостные люди получат в свое время права свободных сельских обывателей. Помещики, сохраняя право собственности на все принадлежащие им земли, предоставляют крестьянам, за установленные повинности, в постоянное пользование усадебную их оседлость, и сверх того, для обеспечения быта их и исполнения обязанностей их пред правительством, определенное в положениях количество полевой земли и других угодий. Пользуясь сим земельным наделом, крестьяне за сие обязаны исполнять в пользу помещиков определенные в положениях повинности. В сем состоянии, которое есть переходное, крестьяне именуются временно-обязанными. Вместе с тем им дается право выкупать усадебную их оседлость 18 и другие угодия, отведенные им в постоянное пользование. С таковым приобретением в собственность определенного количества земли, крестьяне освободятся от обязанностей к помещикам по выкупленной земле и вступят в решительное состояние свободных крестьян собственников. Особым положением о дворовых людях определяется для них переходное состояние, приспособленное к их занятиям и потребностям; по истечении двухлетнего срока от дня издания сего положения, они получат полное освобождение и срочные льготы. На сих главных началах составленными положениями определяется будущее устройство крестьян и дворовых людей, устанавливается порядок общественного крестьянского управления, и указываются подробно даруемые крестьянам и дворовым людям права и возлагаемые на них обязанности в отношении к правительству и к помещикам. Хотя же сии положения, общие, местные, и особые дополнительные правила для некоторых особых местностей, для имений мелкопоместных владельцев и для крестьян, работающих на помещичьих фермах 19 , по возможности приспособлены к местным хозяйственным потребностям и обычаям: впрочем, дабы сохранить обычный порядок там, где он представляет обоюдные выгоды, Мы предоставляем помещикам делать с крестьянами добровольные соглашения и заключать условия о размере поземельного надела крестьян и о следующих за оным повинностях, с 20 ограждением ненарушимости таковых договоров. Как новое устройство, по неизбежной многосложности требуемых оными перемен, не может быть произведено вдруг, а потребуется для сего время, примерно не менее двух лет; то в течение сего времени, в отвращение замешательства, и для соблюдения общественной и частной пользы, существующий доныне в помещичьих имениях порядок должен быть сохранен дотоле, когда, по совершении надлежащих приготовлений, открыт будет новый порядок. Для правильного достижения сего мы признали за благо повелеть: 1) открыть в каждой губернии губернское по крестьянским делам присутствие, которому вверяется высшее заведывание делами крестьянских обществ, водворенных на помещичьих землях. 2) Для рассмотрения на местах недоразумений и споров, могущих возникнуть при исполнении новых положений, назначить в уездах мировых посредников, и образовать из них уездные мировые съезды. 3) Затем образовать в помещичьих имениях мирские управления, для чего, оставляя сельские общества в нынешнем их составе, открыть в значительных селениях волостные управления, а мелкие сельские общества соединить под одно волостное управление. 4) Составить, поверить и утвердить по каждому сельскому обществу или имению уставную грамоту, в которой будет исчислено, на основании местного положения, количество земли, предоставляемой крестьянам в постоянное пользование, и размер повинностей, причитающихся с них в пользу помещика, как за землю, так и за другие от него выгоды. 5) Сии уставные грамоты приводить в исполнение по мере утверждения их для каждого имения, а окончательно по всем имениям ввести в действие в течении двух лет, со дня издания настоящего манифеста. 6) До истечения сего срока, крестьянам и дворовым людям пребывать в прежнем повиновении помещикам и беспрекословно исполнять прежние их обязанности. 7) Помещикам сохранить наблюдение за порядком в их имениях, с правом суда и расправы, впредь до образования властей и открытия волостных судов. Обращая внимание на неизбежные трудности предпринимаемого преобразования, мы первее всего возлагаем упование на всеблагое Провидение Божие, покровительствующее России. За сим полагаемся на доблестную о благе общем ревность благородного дворянского сословия, которому не можем не изъяснить от нас и от всего отечества заслуженной признательности за бескорыстное действие к осуществлению наших предначертаний. Россия не забудет, что оно добровольно, побуждаясь только уважением к достоинству человека и христианскою любовию к ближним, отказалось от упраздняемого ныне крепостного права и положило основание новой хозяйственной будущности крестьян. Ожидаем несомненно, что оно так же благородно употребить дальнейшее тщание к приведению в исполнение положений в добром порядке, в духе мира и доброжелательства; и что каждый владелец довершить в пределах своего имения великий гражданский подвиг всего сословия, устроив быть водворенных на его земле крестьян и его дворовых людей на выгодных для обеих сторон условиях, и тем даст сельскому населению добрый пример и поощрение к точному и добросовестному исполнению государственных постановлений. Имеющиеся в виду примеры щедрой попечительности владельцев о благе крестьян, и признательности крестьян к благодетельной попечительности владельцев, утверждают нашу надежду, что взаимными, добровольными соглашениями разрешится большая часть затруднений, неизбежных в некоторых случаях применения общих правил к разнообразным обстоятельствам отдельных имений, и что сим способом облегчится переход от старого порядка к новому, и на будущее время упрочится взаимное доверие, доброе согласие и единодушное стремление к общей пользе. Для удобнейшего же приведения в действие тех соглашений между владельцами и крестьянами, по которым сии будут приобретать в собственность, вместе с усадьбами, и полевые угодья, от правительства будут оказаны пособия на основании особых правил, выдачею ссуд и переводом лежащих на имениях долгов. Полагаемся и на здравый смысл нашего народа. Когда мысль правительства о упразднении крепостного права распространилась между неприготовленными к ней крестьянами; возникали было частные недоразумения. Некоторые думали о свободе и забывали об обязанностях. Но общий здравый смысл не поколебался в том убеждении, что, и по естественному рассуждению, свободно пользующийся благами общества взаимно должен служить благу общества исполнением некоторых обязанностей, и по закону христианскому, всякая душа должна повиноваться властям предержащим, ( Рим.13:1 ), воздавать всем должное, и в особенности, кому должно, урок, дан, страх, честь; что законно приобретенные помещиками права не могут быть взяты от них без приличного вознаграждения, или добровольной уступки; что было бы противно всякой справедливости пользоваться от помещиков землею и не нести за сие соответственных повинностей. И теперь с надеждою ожидаем, что крепостные люди при открывающейся для них иной будущности, поймут и с благодарностию примут важное пожертвование, сделанное благородным дворянством для улучшения их быта. Они вразумятся, что получая для себя более твердое основание собственности, и большую свободу располагать своим хозяйством, они становятся обязанными перед обществом и перед самими собою благотворность нового закона дополнить верным, благонамеренным и прилежным употреблением в дело дарованных им прав. Самый благотворный закон не может людей сделать благополучными, если они не потрудятся сами устроить свое благополучие под покровительством закона. Довольство приобретается и увеличивается не иначе, как неослабным трудом, благоразумным употреблением сил и средств, строгою бережливостью, и вообще честною в страхе Божием жизнью. Исполнители приготовительных действий к новому устройству крестьянского быта и самого введения в сие устройство употребять бдительное попечение, чтобы сие совершалось правильным, спокойным движением, с наблюдением удобности времен, дабы внимание земледельцев не было отвлечено от их необходимых земледельческих занятий. Пусть они тщательно возделывают землю и собирают плоды ее, чтобы потом из хорошо наполненной житницы взять семена для посева на земле постоянного пользования, или на земле, приобретенной в собственность. Осени себя крестным знамением, православный народ, и призови с нами Божие благословение на твой свободный труд, залог твоего домашнего благополучия и блага общественного. 6 февраля. Записки митрополита Филарета, о затруднениях, которые могут возникнуть при приведении в исполнение положения о преобразовании быта помещичьих крестьян 22 Вчера, отдавая отчет в исполнении поручения, на меня возложенного, не находил я удобным объяснить одно обстоятельство, именно: почему предприемлемое преобразование быта помещичьих крестьян, в сообщенном мне проекте представленное «радостным», не означено мною таковым. Затрудняюсь и теперь, объяснять сие, чтобы не коснуться суждением дела государственного, о котором судить не призван я моим служением. Но, с другой стороны, сомневаюсь, был ли бы совершенно исполнен долг преданности к Государю и любви к отечеству, если бы, при открывшемся случае, не изложил я со всей искренностью заботливых помышлений, которые возбуждает самая сия преданность к Государю и любовь к отечеству. Не желаю оставить на моей душе сего сомнения. Не упомянул я о радости, чтобы от лица Царя не было произнесено слово, которому не сочувствовали бы многие из верноподданных. Предприемлемому обширному преобразованию радуются люди теоретического прогресса; но многие благонамеренные люди опыта ожидают оного с недоумением, предусматривая затруднения. Объявление отречения помещиков от крепостного права на крестьян, и настоятельное побуждение тех и других войти в решительные условия о землях, – вот меры благонадежные. Если бы крестьянам обещано было пользование землею помещиков без определительного слова «постоянное». Но когда крестьянам возвещено будет право «постоянного пользования землею помещиков», не затруднятся ли чрез сие предполагаемые соглашения, так как в семь найдет для себя опору упрямство крестьян, которое проявляется у них и без законной опоры? При решительном отчуждении от помещиков земли, прежде их согласия, хотя и без наименования собственною крестьян, помещики не найдут ли себя стесненными в праве собственности и в хозяйственных обстоятельствах? И сие не подействует ли неблагоприятно на их усердие к правительству? При обнародовании новых положений могут возникнуть еще недоумения, можно ли без замедления и затруднений составить «уставные грамоты» при недостатке подробных планов и описаний имений? Мировые посредники и уездные мировые съезды удачно ли исполнять свое назначение, в случае расширения их занятий в одно время на многие места, призывающие поспешное действование? При озабочивающих видах дела сколь справедливым и утешительным представляется то, что Благочестивейший Государь Император так знаменательно обращается к молитве; столь же сообразным с обстоятельствами и то, чтобы удержаться от выражений радости в предусмотрительном размышлении о предпринятом и в ожидании милости Божией в событиях. Если говоря сие, я несколько выступил из своих пределов, то поспешаю возвратиться в оные. Г. обер-прокурор Святейшего Синода сносился со мною о том, какие, при открытии преобразования крестьянского быта, нужно дать наставления местному духовенству: и мною сообщено ему по сему предмету запискою. Какое о ней сделано рассмотрение, мне не известно. На случай приближения решительного времени, долгом поставляю представить вниманию, что наставление духовенству нужно дать благовременно, дабы, при объявлении высочайшего манифеста, оно уже знало, какое от него требуется действование, и с какими предосторожностями. 10 февраля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с мнением о «Рассуждениях, при чтении журналов комитета, занимающегося соображениями о преобразовании духовных училищ» Представлены мне «Рассуждения» членов конференции московской духовной академии, при чтении журналов комитета, занимающегося соображениями о преобразовании духовных училищ, подписанные всеми участниками рассуждений. С сими рассуждениями, при сем препровождаемыми, согласен и я. Долгом поставляю присовокупить некоторые рассуждения. I. Комитет желает общежития всех учеников. Но в соображениях о преобразовании духовно-учебных заведений читается следующее: «к общему несчастию училищ, испорченные дети, составляя из себя дружнве шайки, приобретают своею бойкостью и дерзостью преобладающее влияние на своих нравственно невинных товарищей». Можно подумать, что это выписано из известной книги о сельском духовенстве. Неужели подлинно все духовные училища порабощены преобладающему влиянию дружных шаек испорченных детей? И если которое-нибудь училище подлинно таково, то сие ведет не к тому заключению, что должно преобразовать училище, а к тому, что должно подвергнуть ответственности ректора и инспектора за нерадивое служение. Но если более десяти ректоров признали такое суждение о вверенных им училищах, и это не признано несправедливым, то с какою надеждою можно устроить всеобщее общежитие учеников? Разве с тою, что дружным шайкам испорченных учеников ближе и удобнее будет распространять свое преобладающее влияние на невинных товарищей? Разве испорченные ученики, ректоры и инспекторы вдруг переродятся на лучшее? К утешению нельзя признать вполне справедливым такое осуждение ректорами своих училищ и с ними самих себя. Но в сем есть та доля истины, что неблагонравные ученики могут распространять свою заразу на других. И что же удобнее, вторгаться ли им с своей заразой в домы родителей учеников, где найдут их по одному, под глазами родителей или родственников, или распространять свою заразу в одном доме, заключающем несколько сот учеников, где глаз инспектора не может объять всего в необъятном многолюдстве. В Москве живут в домах родителей и родственников 200 учеников семинарии и 300 учеников низших училищ, – половина числа всех учеников. Без сомнения, можно положить, что вмещение сих 500 учеников в тысячное общежитие, не доставило бы им преимущества в нравственном образовании, между тем, как чрезмерно затруднило бы и надзор, и хозяйство. II. Напрасно почитается неудобным, чтобы ученики исповедывались и причащались святых таин в успенский пост. Священно и церковно-служители обязаны исполнять сие в сей пост: следственно могут и ученики с ними. III. В великий пост к преждеосвященным литургиям и к службам великого канона и акафиста учащиеся могут приходить так, чтобы учебные часы дня были только передвинуты, или немного уменьшены, а не совсем отменены. IV. Вообще при рассуждениях о преобразовании училищ требует внимания то, что большая часть порицаний, которыми щедро наполнены соображения, по прямому заключению ведут не столько к нужде преобразования уставов, сколько к нужде возбудить в начальниках и наставниках ревность, деятельность, живое усердие, и сильное сознание того, что, как излишняя холодная строгость, так и человекоугодливая поблажка ученикам суть не добродетели, а пороки. Вот и помощь из соображений: «О душевном настроении воспитанников, о движениях пробуждающейся мыслительности, о утончении совести их никто не думает». Зачем же никто не думает? Для чего же думают, не о том, чтобы дух свой возбудить, а только о том, чтобы букву устава переиначить? 12 февраля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с приложением правил об избрании настоятелей в общежительные монастыри Из наблюдений над возвышением и понижением благоустройства разных общежительных монастырей с переменою настоятелей не раз открывалась потребность, чтобы избрание настоятелей в сии монастыри ограждено было твердыми правилами. Недавно мысль моя о сем подкреплена была покойным Оптинским старцем, иеросхимником Макарием 25 , который в предсмертной болезни поручил ученикам своим изъявить мне его желание, чтобы я приложил старание исходатайствовать от Святейшего Синода таковые правила, о избрании в общежительные настоятели преимущественно из собственных старцев общежития. Проект таковых правил, изложенных в прилагаемой при сем записке, покорнейше прошу ваше сиятельство предложить на благоусмотрение Святейшего Синода. О порядке избрания в настоятели общежительных монастырей Действием времен и обстоятельств монастыри в России разделены на два разряда: на необщежительные , в которых братия, имея общий стол от монастыря, одежду и прочее, им потребное, приобретают каждый для себя собственными распоряжениями с помощию жалованья, доходов и труда, (а сестры многих женских монастырей и стола монастырского не имеют), и на общежительные , в которых братия все, им потребное, получают от монастыря, по распоряжению настоятеля, и труд свой предоставляют в общую пользу монастыря. Сие последнее положение очевидно более споспешествует нестяжательности, послушанию и отречению от своей воли. Частое открытие совести старцам, и старческое руководство к духовной жизни в особенной силе и действии усматривается в благоустроенных общежительных монастырях. Посему, польза монашества и польза церкви требуют, чтобы общежительные монастыри сохраняемы были неослабно в характере, им свойственном. Но благоустройству общежительных монастырей не благоприятствуют иногда следующие обстоятельства. I. В общежительный монастырь определяется иногда настоятель из посторонних, не знающий особенных постановлений и правил того монастыря, или вообще незнакомый с устройством общежительных монастырей, или даже совсем не имеющий опытности в монашеской жизни, только что постриженный из белого духовенства. Таковой не без труда входит с местною братиею в отношение братолюбия и единодушия, не всегда верно поддерживает местный порядок, мало ему известный, а иногда не удерживается и от нововведений, смущающих и расстраивающих братство. II. По древней простоте в некоторых общежительных монастырях, заведывание ими слишком исключительно сосредоточивается в настоятеле. От того произвол настоятеля иногда преступает пределы: не представляется удобства приспособлять людей к прохождению должностей; а в случае тяжкой болезни или смерти настоятеля, иногда не остается лица, ответствующего за точную известность и целость монастырской собственности. III. По закону, которого древность не восходит выше ста лет, а некоторые полагают менее нескольких десятилетий, настоятели и настоятельницы монастырей, имеют право завещать свою собственность, а их родственники требовать по них наследства. Случается, что по смерти настоятеля или настоятельницы общежительного монастыря оказываются вещи и деньги, не значащиеся по монастырским документам, тогда как нет в виду вероятности, чтобы умерший мог иметь оные не от монастыря, или не от благодетельствующих собственно монастырю. Тогда возникает необъяснимое сомнение, не поступает ли монастырская собственность в постороннее наследство. И то неблаговидно и неназидательно для братии, что настоятель оказывается для братии учителем нестяжания, которого не имеет сам. Против таких неблагоприятных случаев могли бы послужить следующие правила. I. Настоятель общежительного монастыря избирается преимущественно из братии того же монастыря, а в случае нужды, из другого монастыря, также общежительного. II. Избрание двух кандидатов на вакансию настоятеля происходить при благочинном монастырей, или в случае нужды, при другом доверенном от епархиального преосвященного лице, по молитве, в собрании всех монашествующих. III. Если не окажется простого единогласного избрания, то предоставляется каждому из монашествующих отдельно, в своей келлии, написать имена двух избираемых им, и в свернутой или запечатанной записке, по возобновлении собрания, положить в одну общую чашу, из которой тогда же записки вынимаются, записываются особо показанные в них имена, и отмечается, кто сколько раз поименован, или, что то же, кто сколько получил голосов. Два получившие наибольшее число голосов признаются кандидатами. IV. Из двух кандидатов епархиальный преосвященный утверждает одного по своему усмотрению. V. Если бы он усмотрел важные причины, препятствующие утверждению и того, и другого; он может избрать от себя кандидата, и представить все избрание на разрешение Святейшего Синода, с изъяснением обстоятельств. VI. Настоятель общежительного монастыря, в лице наместника или казначея, смотря по степени монастыря, имеет деятельного помощника, который, состоя у него в послушании, наравне с прочею братиею, содействует ему в распоряжениях и в охранении монастырской собственности; заступает его место во время отсутствия его, и в случае тяжкой болезни или смерти настоятеля, отвечает за сохранение порядка и собственности монастырской. VII. Все, остающееся по смерти настоятеля общежительного монастыря, хотя бы и не значилось по монастырским документам, признается собственностью монастыря; и если бы ему случилось иметь собственность независимо от монастыря, он может завещать ее не иначе, как в пользу того монастыря вообще или на особенную определенную потребность монастыря. VIII. Правила сии применяются и к женским общежительным монастырям. IX. Впрочем, сии правила не могут вдруг быть применены ко всем общежительным монастырям. В некоторых из них, при небольшом числе братии, может быть встречена скудость в старцах, способных настоятельствовать. Посему настоящие правила об избрании настоятелей вначале должно дать монастырям, которые при довольно многочисленном братстве особенно известны сохранением старческих преданий и внутренним духовным благоустройством. А затем можно прилагать их и к другим монастырям, которые окажутся способными к надежному исполнению оных по усмотрению Святейшего Синода, и по представлениям преосвященных. X. В настоящее время, с пользою могут принять означенные правила следующие монастыри, Арзамасское Алексеевское общежитие. XI. Некоторые общежития, или монастыри, имеют свои утвержденные уставы, а некоторые, не имея их, по преданию сохраняют некоторые благочестивые и назидательные учреждения, особенно им принадлежащие. Чтобы охранить сии учреждения от произвольных изменений, полезно предписать, чтобы каждый настоятель особые правила и обычаи своего монастыря, поверив точность предания старейшими из братии, списал обстоятельно, и за подписью своею и старшей братии представил преосвященному, на рассмотрение и утверждение, для неизменного сохранения. 15 февраля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, о ревизии московской духовной академии Поручение Святейшего Синода, о произведении обозрения московской духовной академии, объявленное мне отношением вашего сиятельства, от 8 июня, прошедшего 1860 года, (№ 5392), мною в свое время исполнено. При сем препровождаю десять журналов заседаний, относящихся к обозрению по части учебной, происходивших июня 8, 13, 14, 15, 17, 20, 25, 27, 30 и июля 1 дня. Состояние учебной части в академии представляет тот же образ благоустройства, какой усматривался в предшествовавшем обозрении. Богословские науки первенствуют в силе преподавания и принятия. Церковно-исторические познания, под влиянием опытного и деятельного наставника, также имеют довольно сильное движение, которое оказывается особенно в сочинениях студентов немалого пространства и достоинства. Философия преподается без гордой независимости и мнимой самодовольности новейших иностранных философов, но в содружестве здравых начал разума с высшими истинами откровения, при сознании недостаточности первых без последних. Нравственное состояние академии также представляет благоприятный вид. Правильная и скромная во взаимном согласии жизнь начальствующих и учащихся, и особенно старейших, подает благородный пример студентам, которых поведение и следует такому направлению. Если пример светских учебных заведений, в которых много уступлено наклонности юношества к разным направлениям произвольным, приметно иногда приражался к некоторым из наших студентов; то порядок, благонравие и послушание не уступают таковым приражениям. Хозяйство академии в порядке, равно как и отчетность и письмоводство. О старейших членах академии свидетельства мои вашему сиятельству известны из прежних обозрений и из недавнего отношения моего, по случаю избрания ректора для академии 27 . Сказанное мною выше о философии относится особенно к достоинству профессора Кудрявцева. № 79. 15 Февраля, 1861 г 28 . 19 февраля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, по поводу увольнения игуменьи Филареты в Иерусалим Бывшая игуменья уфимская Филарета теперь в Москве. Она желает идти в Иерусалим. А ей говорят, чтобы она старалась довершить начатое дело о восстановлении монастыря в Балахне; и некоторые обещают особенное пособие в том случае, если монастырь будет поручен ей. Когда я заметил ей, что если приниматься за монастырь, то не лучше ли отложить путешествие в Иерусалим, в продолжении которого может произойти перемена в обстоятельствах и в благодетелях; тогда она сказала: в Иерусалим я желаю для своей души; а монастырь принесет мне внешние заботы и, может быть, новые искушения. Этот ответ нашел я достойным того, чтобы довести оный до сведения вашего сиятельства, не рассудите ли споспешествовать увольнению игумении в Иерусалим. 4 марта. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с приложением двух проектов изменения некоторых правил об избрании настоятелей в общежительные монастыри Слышится мне, что IV и V статьи, или одна V статья составленных мною правил о избрании настоятеля в общежительных монастырях, подвергаются возражениям. Не на своих только соображениях я опирался, а совещался также с некоторыми опытными и ревнующими о духовном устройстве общежительных монастырей: и мне не сделано возражения, и предположения мои найдены согласными с предосторожностью. Разве непогрешительны братия общежительных монастырей? Или меньше подвержены погрешностям, нежели архиереи? Может случиться, что братия, менее ревностные к духовной жизни, доставят в избрании большинство голосов человеку, от которого надеятся более снисхождения и угождения во внешних потребностях, а немногие, лучше разумеющие, укажут на одного или двух старцев, преимущественно духовных и способных к твердому управлению. В сем случае нужно архиерею право утвердить второго, а не первого кандидата. Может случиться, что избрание происходит в монастыре, менее сильном духовною жизнью, нежели другой той же епархии. Братия, естественно, изберут своих; а архиерей иногда найдет нужным взять из другого монастыря. Например, братия тихоновой пустыни изберут себе настоятелем из своих, а архиерей, может быть, найдет лучшим взять из оптинского скита. Впрочем, на случай, если в составленных мною правилах, IV и V статьи не будут приняты, прилагаю изменения, более ограничивающие действие епархиального архиерея. Проект изменения № 1 заключает в себе дополнение, не ясно высказанное прежде, именно, что архиерей своего кандидата должен избрать не иначе, как в общежительном монастыре. Проект № 2 предоставляет архиерею право утвердить только первого кандидата, а для утверждения второго требует соизволения Святейшего Синода. С моей стороны предлагаю № 1. Если дело представится на рассуждение Святейшего Синода, то прошу письмо сие и новые проекты сделать известными владыке новгородскому 30 , дабы видно было, на чем основано представляемое мною. Призывая вам благословение Божие, с совершенным почтением и преданностью имею честь быть, вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, I. Проект изменения V статьи правил о избрании настоятелей в общежительные монастыри V. Если бы преосвященный усмотрел важные причины, препятствующие утверждению того и другого кандидата, то он может избрать третьего кандидата; впрочем, не иначе, как из того же или другого также общежительного монастыря и представить все избрание на разрешение Св. Синода с изъяснением обстоятельств. II. Проект изменения IV и V. IV. Из двух кандидатов епархиальный преосвященный утверждает того, который представлен от монастыря первым, или который получил большее пред вторым число избирательных голосов. V. Но если бы преосвященный усмотрел важные причины, препятствующие утверждению первого кандидата, то может представить Св. Синоду на утверждение второго кандидата, с объяснением почему предпочитает его первому. В особенном случае преосвященный может представить на усмотрение Св. Синода и третьего кандидата от себя, но не иначе, как избранного из того же или другого также общежительного монастыря, и притом с объяснением уважительных причин сего избрания. Согласно с соображениями митрополита Филарета, Св. Синод, 12 октября 1862 года, обнародовал циркулярный указ «об имуществе, остающемся по смерти настоятелей и настоятельниц общежительных монастырей» 31 . 13 марта. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, по поводу просьбы грекоуниатов-мельхитов об оказании им денежного пособия со стороны России, на постройку церквей и снабжение их необходимыми принадлежностями Обер-прокурор Святейшего Синода, граф А.П. Толстой, в письме, от 8-го марта 1861 г., за № 1273, сообщал преосвященному митрополиту, что министр иностранных дел 32 препроводил к нему просьбу присоединившихся к православию сирийских грекоуниатов об оказании им пособия на постройку церквей и о снабжении их необходимыми принадлежностями. Вместе с сим граф просил митрополита оказать этому делу, на которое обращено внимание Его Императорского Величества, соизволившего собственноручно написать на докладе об этом деле «сообразить, что можно сделать», столь же благодетельное содействие, какое он оказал в недавнем сборе пожертвований на пособие пострадавшим в Сирии христианам. Из приложенных к письму копий с отношения министра иностранных дел к обер-прокурору Святейшего Синода, от 25 февраля 1861 г., за № 691, и ответа на оное, от 7 марта 1861 г., за № 1274-м, видно, что министерство иностранных дел, не находя возможным помочь просителям из собственных средств, предполагало употребить на вспомоществование часть денег, пожертвованных частными лицами в пользу сирийских христиан, пострадавших от гонения друзов, и сверх сего с сей же целью открыть по всей России частный сбор. Обер-прокурор Святейшего Синода, уведомляя о согласии на вышесказанные предположения членов Синода, сообщал, что из числа прежде собранных в пользу сирийских христиан денег в хозяйственном управлении при Святейшем Синоде остается неизрасходованных 8443 р. На письме надпись рукою митрополита: «Марта 13 ответствуется с предложением недостающего на построение церкви». Из отношения вашего сиятельства, от 8 дня сего марта, № 1273, и приложений к оному видно: 1) что присоединившиеся к православию сирийские грекоуниты-мельхиты просят пособия на построение церквей и снабжение их принадлежностями; 2) что в особенности на построение для них церкви в Бейруте требуется 20000 рублей; 3) что в счет сей суммы члены Святейшего Синода предполагают употребить 8000 рублей, из собранных в пособие пострадавшим сирийцам. 4) что сверх сего предполагается открыть в России подписку в пользу возвратившихся к православию сирийских христиан. Позвольте мне свободно изложить мое воззрение на сие дело. Движение мельхитов к православию обещало более, нежели что доныне оказалось. Причина сего заключается, вероятно, в затруднениях, которые оно встретило в Константинополе, о которых теперь говорить было бы долго и неблаговременно. Если бы не сии затруднения, мельхиты, вероятно, пришли бы к православию с епископом, и, может быть, не с одним. Дело было бы тверже и обширнее. Теперь, по донесению бейрутского генерального консула, от 6 января, решительно присоединившихся к православию считается 1900 человек. Епископ Агапий, колебавшийся между православием и униею, опять упал в унию. И при таком положении дела, архимандриты Ханни, Массамири и Гавриил Джибара в просьбе и приложенной при ней записке просят от России 199 тысяч рублей; и даже просят университета. Не обеспокойтесь моими словами. Я говорю не для того, чтобы отказать в пособии, но чтобы показать истину, и чтобы определить пособие, которое не погибло бы напрасно. Поелику воссоединенные обратились к российскому правительству с просьбою и с надеждою; надобно, чтобы они не обманулись. поскольку российское правительство уже старалось споспешествовать их делу, надобно продолжать сие споспешествование тем, что́ возможно, что́ особенно нужно, что́ благонадежно. Церковь воссоединенным в Бейруте очевидно нужна. Она должна быть опорою для воссоединенных, и центром для привлечения других. Она должна поддержать ревность и надежду действующих в пользу православия. И как дело находится в кризисе, то сие пособие должно быть подано, как можно, немедленно. Пока шел бы для сего сбор пособий по России, воссоединенные, в своей беспомощности, могли бы упасть духом, и дело их могло бы подвергнуться опасности. Такое воззрение на дело побуждает меня, в дополнение к выше упомянутым 8000 рублей, на построение для воссоединенных церкви в Бейруте, предложить из сбереженных сумм настоятельствуемого мною кафедрального и приписного монастырей, недостающие 12000 рублей. Если Его Императорскому Величеству благоугодно будет принять сие приношение, то я по первому требованию имею представить означенную сумму, куда назначено будет. Что касается до предположения о сборе по России в пользу возвратившихся к православию сирийцев, не излишен вопрос, теперь ли на сие решиться, или несколько посмотреть, как утвердится сирийское дело, которое начато при сильных препятствиях и без уверенности в помощи даже с той стороны, которая сим делом ближайше интересована. Будет ли деятельно помогать сему делу антиохийский патриарх, который не хотел, чтобы оно началось? Сборы пособий, открываемые по всей России, вообще не довольно успешны, потому что часты и предпринимаются по предметам не близким к общему сочувствию. Сбор в Москве в пользу сирийцев, пострадавших от гонения, был успешен потому, что бедствия их всем известны были. Посему и начать сбор пособий для воссоединенных сирийцев было бы надежнее, если бы можно было сказать о них более того, что до сих пор знаем. Копия с двух донесений бейрутского генерального консула, с двумя приложениями, при сем возвращается. 19 марта. Мнение митрополита Филарета о рукописи «Сказание о жизни и подвигах блаженные памяти старца оптиной пустыни иеросхимонаха Макария» 34 Учениками покойного старца оптиной пустыни иеросхимонаха Макария представлена в цензурный комитет, на рассмотрение, рукопись: «Сказание о жизни и подвигах блаженной памяти старца оптиной пустыни иеросхимонаха Макария, составленная оной же пустыни иеромонахом Леонидом» 35 . Член комитета архимандрит Порфирий, рассмотрев сию рукопись, представил о ней следующее мнение: «Сочинение сие, по содержанию своему, может быть назидательным для многих читателей. Исполненный глубокого уважения к памяти о. Макария, сочинитель подробно передает все, что знает достоверного о его жизни до монашества, об иноческих его подвигах, и служении благу ближних в площанской и оптиной пустынях; с мелкими подробностями описывает и скитскую келлию его, и все вещи, какие в ней находились, где и как были размещены. Впрочем, и эти последние подробности лично знавшими почитателями о. Макария могут быть отнесены к числу предметов чтения близких, а не чуждых их сердцу. Излишним и мало назидательным надобно признать только (на лис. 1 и 48), сказание о том, как о. Макарий сделал замечания чтецам за их ошибки во время самого Богослужения (что удобнее было бы делать после Богослужения), и о том, как он кормил кота во время своего обеда (л. 74 и 75). Что касается до изложения и языка, то по местам допускаются выражения не совсем точные или малоупотребительные, а также ненужные повторения одних и тех же мыслей; но все сии места поправлены в самой рукописи. Таким образом, в этом исправленном виде рукопись, по моему мнению, не представляет ничего противного цензурному уставу и может быть одобрена к напечатанию. Но в сей рукописи (на л. 84 и 103) помещены два письма его высокопреосвященства митрополита московского к о. Макарию, а на (л. 47), говорится о содействии его высокопреосвященства утверждению штата для скита при оптиной пустыни. Между тем цензурному комитету неизвестно, благоугодно ли будет его выс копреосвященству изъявить свое согласие на помещение сих писем и сведения о содействии утверждению скитского штата в том виде, как выражено это у сочинителя. Посему, прежде одобрения рукописи к напечатанию, признаю необходимым представить ее на благоусмотрение его высокопреосвященства». Митрополит Филарет на представлении комитета написал следующее: Марта 19. Письма мои напечатать, если угодно, не препятствую. В них есть отношение к трудам о. Макария о издании и объяснении отечественных книг. Но ради достоинства незабвенного старца да будет жизнеописание его тщательно пересмотрено, чтобы не было обременено обстоятельствами, не относящимися к его жизни и деятельности, и не имеющими ни занимательности, ни назидания. Например, желающему знать житие о. Макария, какая нужда ему знать, что игумен Д. странно пишет о своем архипастыре? что дочь о. протоиерея Феодора и его сын были больны? что одрин монастырь находится в 8 верстах от Карачева? В описании порядка дневных занятий есть подробности, относящиеся также к описанию келлии. Для любящего ученика все это занимательно; но неопытного читателя может утомить, для знающего странным может показаться, что старец в келлии читал часы, когда близко идет литургия. Лучше бы описателю его трудов было упомянуть о том, что совершается в церкви. Разумеется, что я не имею времени читать всю книгу; только по частям замеченное поставляю во внимание, для примера, если угодно принять 36 . 20 марта. Заключение митрополита Филарета по отчету о состоянии московской епархии, за 1860 год Религиозно-нравственное состояние православного простого народа, при недостатке образования, представляет утешительные виды теплоты веры. Из класса образованного подобное расположение в одних является возрастающим, в других ослабевающим. Заботу возбуждают увеличивающаяся бедность духовенства и умножение безместных и беспомощных, особенно же раскол, поддерживаемый и усиливаемый умножившимся лжесвященством. Вот сравнение: в 1854 году по делам увещанию по отпадении в раскол подлежали 24 человека, в 1860–44, и, кроме того, в одном приходе села Ивашкова 315 с семействами. № 141. 20 марта 1861 г. 37 24 марта. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с мнением о книге архимандрита Феодора 38 , о «Православном Обозрении» и о духовной цензуре Конфиденциальным отношением, от 2 дня сего марта, (№ 1243), ваше сиятельство требовали от меня рассмотрения некоторых соображений, сделанных по случаю книги архимандрита Феодора. Не имея сомнения в православии лиц, составляющих редакцию и производящих цензурование «Православного Обозрения», и в благонамеренном составлении статей, не отрицаю, что в некоторых случаях, частию редакторы, частию и цензор, могут быть обвинены в недосмотре и в односторонности. Для возбуждения редакции и цензуры к более строгой осмотрительности дано мною московскому отделению духовной цензуры предложение, с которого список при сем прилагается. Ваше сиятельство находите «пристрастным» суждение Православного Обозрения о книге архимандрита Феодора, что в ней «много светлых и глубоких мыслей». До какой степени пристрастен сей отзыв, не могу судить потому, что одобренных мыслей не читал, так как и самой книги не видал. Но если и более надлежащего похвалена книга, одобренная духовною цензурою, написанная человеком, к которому духовное начальство изъявило особенное доверие, назначив его цензором; такое одобрение, и притом не всей книги, а только «многих мыслей», не составляет важной вины. Православное Обозрение шло в сем случае по одному направлению с своим начальством. В книге есть места неодобрительные; но Православное Обозрение и не одобрило их. Правда то, что строгая осторожность требовала проследить всю книгу, и указать неодобрительные места, дабы яснее было, что одобрение на них не простирается. Сие и замечено в данном цензурному отделению предложении. Но чтобы не обвинить ближнего более должного, надобно заметить, что в доставленных мне обвинительных выписках из книги архимандрита Феодора видно его верование в спасение через Христа и в действия Духа Святого, и не отрицается никакой догмат или учение православной церкви. Но, усиливая свое мудрствование до мечтательности, тогда как он думает возвыситься в созерцании истины, посредством неверных соображений, впадает в нелепости, как например: что во Христе бытие и небытие входили одно в другое, что он, архимандрит Феодор, без философов не догадался бы, какое было мышление Спасителя в земной жизни. Он говорит неправославно не потому, что думает еретически, но потому, что думает и говорит бестолково. В отношении вашего сиятельства приводится слышимое в обществе обвинение, что Православному Обозрению «не «чужд недостаток, общий, к сожалению, и другим духовным изданиям, – излишняя уступчивость и как бы угодливая снисходительность в отношении к философским «воззрениям и требованиям мира». Для всякого обвинения нужны доказательства, чтобы можно было судить, в какой степени оно справедливо или несправедливо. Здесь их нет. Следовательно, и рассуждать о сем обвинении неудобно. Чтобы отвечать на такое неопределенное обвинение, мне надлежало бы взять все духовные издания за несколько лет, все статьи прочитать, и о каждой заметить, есть ли в ней угодливость философским воззрениям и миру, или нет. Вы согласитесь, что у меня нет для сего времени. По недостатку времени, даже московских изданий многие статьи остаются непрочитанными мною во всей их цельности. Скажу то, что́ более имею в виду и во внимании. В издании под заглавием: Прибавления к изданию творений святых отцов, никогда не встречал я угодливости философским воззрениям, и принужден думать, что сие издание под сие общее обвинение подведено несправедливо. Напротив того в сем издании были статьи в опровержение ложных философских воззрений, заслужившие внимание благомыслящих людей. Посему тем, которые представляют вашему сиятельству подобные обвинения, не излишнее было бы посоветовать, чтобы они в сем случае не превращали частного в общее, и не обвиняли невинных вместе с виновными, если есть таковые. Вам представлено также общее обвинение, что в Православном Обозрении и в других изданиях «слишком преобладают» переводные статьи. Опять нет доказательств; и потому опять могу отвечать только отчасти, а именно: В Прибавлениях к изданию творений святых отцов во весь прошедший год не было ни одной переводной статьи. В двенадцати книжках Душеполезного Чтения, была одна только переводная статья, и та нам не чужая, потому что это часть путешествия восточного патриарха по России, в исторических чертах представляющая благочестие, смирение и человеколюбие царя Алексия Михайловича. Еще обвинение: «говорят, что в московском издании обозреваются более инославные исповедания». Может быть, есть этот недостаток; но это недостаток, а еще не тяжкая вина. Если бы кто издавал политическое обозрение и обозревал только политику отечества, а не обращал внимания на иностранную: не было ли бы сие недостатком издания? Благонамеренная критика не потребовала ли бы, чтобы обращаемо было внимание и на иностранную политику, частью по связи с отечественною, частью по противоположности, частью для того, чтобы из чужих ошибок извлечь для себя правила осторожности. Сие можно некоторым образом применить и к обозрению православному: надобно только внимательно наблюдать, чтобы обозрение инославных исповеданий направлено было к целям православия. Сему требованию соответствуют, например, две статьи об упадке христианского разумения и жизни в протестантской Германии (Христ. Чтен., январь. Прав. Обозр., февр.), над которым наблюдение может побуждать православных к осторожности от подобного оскудения, а некоторых охранять от предубеждения в пользу протестантства. Ваше сиятельство замечаете, что «вообще следовало бы обратить внимание на состав и действие духовных цензурных комитетов», и что ими пропущено много книг, которым полезнее было бы не являться на свет. Здесь справедливо изволите различать два предмета: 1) состав комитетов и 2) их действие. Не раз действовано без тщательного различения сих двух предметов, и последствия не были желаемы. Цензурный комитет действует неудовлетворительно; следовательно надобно переменить его состав и устав: это умозаключение неверно. По примеру светского и в духовном ведомстве недавно составлен новый цензурный комитет, усилен людьми и деньгами: и повел дело хуже прежнего. Этот комитет, одобривший к напечатанию книгу архимандрита Феодора, первый виновник того, что теперь происходят между вами и мною довольно затруднительные сношения. Но позвольте мне усомниться в том, должно ли обвинять «вообще» духовные цензурные комитеты. Сорок лет имел в виду цензурный комитет, состоящий при московской духовной академии, (не говорю здесь о новом отделении его, действующем до сих пор без сношения с ним), помню один только случай, что, по допущению его напечатаны были стихи, которые мною найдены неодобрительными; но когда я обратился к членам комитета с обличением, они представили в оправдание свое то, что стихи первоначально одобрены были к напечатанию комитетом петербургской духовной академии, а ими допущены только к перепечатанию, согласно с правилом устава, без нового рассмотрения. Цензурный комитет при казанской духовной академии действовал неосмотрительно; посему ее повременное издание отдано в смотрение комитета московской академии. Сей последний, сколько мне известно, не допустил ничего, чем было бы вновь озабочено высшее начальство. Если в действовании нового отделения сего комитета, которое находится далеко от него, в Москве, усмотрены некоторые недосмотры; сие может быть изъяснено частию из предшествовавших, от него не зависевших обстоятельств, частию из поспешности действования, частью из некоторого снисхождения к изданию, которое предпринято наскоро без приготовления, и которое было бы крайне затруднено, если бы цензура стала отбрасывать целые статьи по малым сомнениям. Из сказанного, по моему мнению, следует, что нужно обратить внимание не столько на состав духовных цензурных комитетов, сколько на их действие. По моему мнению, цензурный комитет московской духовной академии, в сравнении с некоторыми другими, потому благополучнее сохранял себя от погрешностей, что члены его менее полагались на свою мудрость, менее любили действовать независимо, более старались поверять каждый свои суждения взаимными совещаниями, а в особенных случаях, и сношениями с начальством, иногда официальными, иногда просто доверенными неофициальными. И если сие справедливо, то можно не признать нужным изменять состав духовных цензурных комитетов; а надобно внимательно избирать членов, побуждать их к осторожному действию, побудить их более пользоваться взаимными совещаниями, поручить ректору академии наблюдать за их действием, и в особенных случаях, официально или неофициально представлять их и свои мнения или недоумения местному преосвященному архиерею, и испрашивать его наставлений. Если же при всем том откроется неверное или погрешительное действие цензуры, не должно медлить и накоплять ошибки до того, что надобно будет обвинять всех и все; а надобно открывшуюся ошибку немедленно исправлять действием начальственным, и тем давать лучшее направление подчиненным действователям, и предотвращать дальнейшие неверные или погрешительные действия. Ваше сиятельство были счастливее, передавая мне мнения других, нежели я, который принужден высказывать и предавать на суд мои мнения. Но надеюсь, что вы примете оные со вниманием терпеливым и благосклонным. С совершенным почтением и преданностью имею честь быть вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, № 36. 24 Марта, 1861 г. 39 К письму этому приложена копия с предложения, митрополита Филарета, московскому отделению духовной цензуры, по поводу неблагоприятных замечаний, делаемых Православному Обозрению, от 24 марта, 1861 года, за № 35. Московскому отделению духовной цензуры. До сведения моего доведено, что Православное Обозрение в некоторых частях подвергается неблагоприятным замечаниям, как то: 1) По случаю одобрения книги архимандрита Феодора О православии в отношении к современности. Не удивительно, что редакция предрасположена была смотреть на сию книгу с доброй стороны, и не подозревать худого, потому что образ мыслей сочинителя не подлежал сомнению; потому что служение его цензором показывало уверенность начальства в его православии; потому что книга одобрена была к печатанию духовною цензурою. Цензурное отделение не имело даже случая рассуждать о книге архимандрита Феодора, которая не была оному представлена, и на которую только указывалось в «Православном Обозрении». Но когда уже поднят был спор о сей книге Домашнею Беседою, осторожность требовала от редакции проследить всю книгу, и при одобрении достойного одобрения, отличить и обличить противное сему, каково, например, следующее место: (если верна доставленная мне выписка из книги, мною не виденной). Стр. 45. «В нем (в Иисусе Христе) в Его самоистощании за грехи нашей мысли, и за все наши грехи неисследимо сходилось бытие и небытие, входя одно в другое «в тождестве или единстве Его Я». 2) Православное Обозрение, одобряя современность, и не отделяя от сего в ясных выражениях темной ее стороны, само допустило неточность, тогда как обличало неточность «Домашней Беседы», которая осуждает современность, не отделяя светлой стороны ее. 3) Об анабаптисте Спуржоне «Православное Обозрение» (янв. стр. 106) говорит, что «он свое возвращение в недра «веры хотел запечатлеть торжественным обязательством, «и с этою целью принял крещение по обычаю общества «анабаптистов». Православное Обозрение должно было смотреть на сие с православной точки зрения, и соответственно сему выразиться, и не выставлять ложного понятия о крещении сектаторского злоупотребления крещения в виде действия несомнительного, или как бы одобрительного. Ибо таков тон выражения: «свое возвращение в недра веры (хотел) запечатлеть торжественным обязательством». 4) О том же Спуржоне «Православное Обозрение» (янв., стр. 110) отзывается преувеличенно, что «современная история «христианства едва ли может представить другой пример «успеха христианской проповеди, столь раннего и быстрого «и столь обширного и много обещающего». Множество слушателей не есть еще успех. Речь сектатора, обильная образами воображения не обещает много для истинного христианства. 5) Православное Обозрение неумеренно вдалось в спор с «Домашнею Беседою», от которой нельзя было ожидать иного, как еще более неумеренных прекословий. Для охранения достоинства духовного повременного издания и пользы, от него ожидаемой, и им приносимой, долг предосторожности побуждает предложить следующее: 1) При назначении в состав издания статей, вообще согласных с духом православия, цензурному отделению и редакции с заботливостью наблюдать, чтобы не было допущено и частных мыслей или выражений, подверженных неблагоприятному истолкованию. 2) Представляющиеся при сем сомнения разрешать не одному цензору, но и употреблять совещание. 3) Такую предосторожность простирать особенно на статьи переводные, на произведения писателей, не принадлежащих к православной церкви 40 . 27 марта. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, об иеромонахе Иоасафе, управлявшем дивеевским общежитием Вы имеете попечение об общежительных монастырях, особенно имеющих доброе духовное устроение от добрых старцев. Примите слово, тем же попечением вынуждаемое. Иеромонах Иоасаф, управлявший дивеевским общежитием, но устраненный от сего Св. Синодом, принять в особенную доверенность преосвященного нижегородского 41 , вновь распоряжает дивеевским общежитием, и приготовленный на построение церкви материал обращает на восстановление скита, в котором он прежде поселил было своих родственников, и который потом был упразднен. Но не это важнейший предмет заботы, а слух, по-видимому, неосновательный, что Иоасаф сделал проект перечислить саровскую пустынь в нижегородскую епархию, и сделаться настоятелем ее. Он надеется найти для сего сильное покровительство. Но если бы сие по несчастию сделалось, то было бы сколько несправедливо, столько же и вредно. Саровская пустынь и дивеевское общежитие находятся в расстоянии немногих верст одна от другой. Хорошо, что они в разных епархиях, у разных начальств, из которых каждое охраняет свою сторону от неправильного, и могущего подвергнуться нареканиям, сближения с другою. Это дело не моего ведомства; но оно касается благоустройства или нестроения монашества и епархий; и потому нужно, чтобы вы благовременно знали возникающий замысел и могли остановить его, прежде нежели он поднялся высоко, прежде нежели нашло добрые подпоры недоброе начинание. Призывая вам благословение Божие, с совершенным почтением и преданностью, имею честь быть вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, 31 марта. Письмо митрополита Филарета к митрополиту новгородскому и с.-петербургскому Исидору, по поводу книги архимандрита Феодора, в коей сделаны неодобрительные отзывы о Православном обозрении Высокопреосвященнейший владыко, милостивый архипастырь и отец. До сведения моего доведено, что Православное обозрение подвергается неодобрению; указаны неодобрительные места; доставлена выписка неодобрительных мест из книги архимандрита Феодора об отношении православия к современности, и изъявлена мысль о неудовлетворительности цензурных духовных комитетов. Какие по сему мои мысли, и что мною сделано, изволите усмотреть из прилагаемой при сем записки: Нечто о книге архимандрита Феодора, о Православном обозрении и о духовной цензуре, и из приложения к сей записке. Сделав замечание отделению московской цензуры в Москве, по отношению к Православному обозрению, я не мог закрыть глаза, чтобы не видеть действия другой цензуры, тяжко поражающей Православное обозрение и первого редактора его. Я не исполнил бы своего долга, если бы не обратил на сие внимание. Благоволите прочитать прилагаемую при сем записку: о незаконном и причиняющем соблазн действии духовного цензора в Петербурге. Надеюсь, изволите оправдать меня в том, что я не обратился с сим к Святейшему Синоду, а избрал путь, более скромный. Полагаю, что изволите найти дело сие немаловажным, и не оставите меня в неведении о вашем на оное воззрении, чтобы я мог указать себе дальнейший путь. Смиренно прося молитв ваших, с совершенным почтением и преданностью долгом поставляю пребыть вашего высокопреосвященства покорнейший слуга, О том же ныне же пишу и графу Александру Петровичу. К настоящему письму были приложены следующие документы. 1 . О незаконном и причиняющем соблазн действии духовного цензора в Петербурге. Член духовной цензуры в Петербурге, архимандрит Сергий, одобрил к напечатанию статью Домашней Беседы (Вып. 8, стр. 157–160), в которой слово законоучителя, священника Сергиевского осуждается с порицаниями, выходящими из пределов приличия. «Мы решительно не можем дать отчета ни себе, ни «нашим читателям», – о какой это вере он изволит проповедывать. Правда, видно, что о христианской, «не русской, «как заметил толкователь профессора Сергиевского Альберт Викентьевич Старчевский, а вообще христианской»: но ведь «и лютеране, и шведенборгисты, и мормоны и даже гегелисты «всех цветов, и красные, и голубые не почитают себя «жидами и мусульманами. Самые бесы наконец имеют веру и трепещут; и они исповедывали Христа Сыном Бога «живого: так неужели это и есть та вера, победившая мир, «о которой проповедует профессор? Быть не может»! Не смотря на слова: быть не может, тон речи показывает, что священник Сергиевский, по мнению критика, подлежит обвинению в благоприятствовании лютеранам, шведенборгистам, мормонам, и даже каким-то красным и голубым. Дабы определить, есть ли основание к таким обвинениям, нужно определить характер критикуемого слова, и определить оный можно посредством сравнения. Святой Кирилл Иерусалимский 43 , дабы вразумить оглашенных о необходимости и действии веры в области благодати, показывает необходимость и действие веры в области природы и дел человеческих. В огласительном поучении У он говорит: «не только «у нас, которые носим имя Христово, за великое почитается «вера, но и все то, что совершается в мире, даже людьми, «чуждыми церкви, совершается верою: верою брачные законы «соединяют лица, отдаленные одно от другого, и человек «чужой посредством веры, которая бывает в брачных «союзах, делается участником во владении чужими рабами «и богатством. На вере утверждается и земледелие: ибо кто «не верит тому, что соберет произрастившие плоды, тот не «станет сносить трудов. Верою водятся мореплаватели, «когда вверив судьбу свою малому древу, непостоянное «стремление волн предпочитают твердейшей стихии–земле; «предают самих себя неизвестным надеждам, и имеют «при себе только веру, которая для них надежнее всякого «якоря. Итак весьма многие дела человеческие основаны «на вере; и этому не одни мы верим; но верят и находящиеся вне церкви, как сказал я выше». То же учение предлагается и в слове священника Сергиевского, только к инаковом изложении. «Посмотрите, говорит он, в обыкновенной жизни», и пр. Итак, если за сие учение священник Сергиевский подлежит обвинению в брагоприятствовании лютеранам, шведенборгистам, и пр.: то за то же, тому же обвинению подлежит и святой Кирилл. А если учение святого Кирилла не должно быть осуждено, то несправедливо то же учение осуждается в священнике Сергиевском. Если найдут сравнение неудовлетворительным в том, что святой Кирилл говорил к оглашенным, а священник Сергиевский к верным; на сие надлежит сказать, что в наше время, между теми, которые называются верными, не мало таких, которые нуждаются в учении оглашенных, и, к большому прискорбию, это встречается между людьми, которые более других имеют притязание на просвещение. Доказательства сего видны и в книгах, и в образе жизни. Вот что сказано в благонамеренной статье о нравственном элементе в русском воспитании (Журн. мин. нар. просв., 1860., дек., стр. 186): «знаем, что для многих «наша народная религия, как необходимый элемент воспитания, кажется требованием излишним и стеснительным». Указав действия веры в области природы, в обыкновенной жизни, священник Сергиевский восходит к области благодати, и говорит, что «вера, которая видимо и невидимо господствует над всякою другою верою» есть «вера религиозная, и по преимуществу христианская». Слово: по преимуществу, здесь у места потому, что прежде христианской веры была иудейская, также религиозная вера в истинного Бога, но характер всепобеждающей не открывался в ней с такой силою и обширностью, как в вере христианской. На стр. 159 критик выписывает слова проповедника: «как образовались великие характеры, высокие души, преданнейшие служители всего святого, благородные мученики науки, отечества, человечества? – Не по преимуществу ли они образовались великою идеею того самого дела, которому они посвятили себя, верою в его правду, в его силу?» Из сего критик выводит следующее: «это вера в себя, в свои убеждения, которую вы, значить, похваляете и в Арии 44 , и в Гегеле 45 , и в заклятом жиде, и в мятежном революционере, и в распопе Никите 46 ». Это все написано на одной странице. Мог ли цензор не понять, что из слов проповедника о преданнейших служителях всего святого, о благородных мучениках отечества, о вере, в правду, насильственно выводится жестокое обвинение, будто проповедник похваляет Ария, Гегеля, революционера и распоny? На стр. 160 критик выписывает слова проповедника, что вера «законным человеческим привязанностям открывает обширнейшее поприще и бесконечный горизонт». В самом деле, не обширнейшее ли поприще открывает христианская вера любви к ближнему, когда учит любить даже врагов, любить все души, сотворенные по образу Божию, и располагает идти на край света, чтобы послужить их спасению? Не бесконечный ли горизонт открывает она в любви к бесконечному Богу, в стремлении к Богоуподоблению, к соединению с Богом? Критик признается, что он «решительно не понимает». И пусть бы он был доволен своим признанием. Но он сим не доволен: он находит нужным прибавить насмешку над служителем церкви: «не понимаю этой университетской фразы, затесавшейся на церковную кафедру». Там же критик пишет: «болит душа невыразимою скорбию, по прочтении слова о значении веры в человечестве, ища сладкого и отрадного сердцу русскому слова: православие, и вместо того и проч. Но и в вышеуказанной беседе святого Кирилла нет слова: православие. И в самом Евангелии нет слова: православие. Итак отсутствие слова «православие» не означает отсутствия православной истины. Когда предлагают учение против еретиков, им противопоставляют слово православие. Но когда предлагается учение против неверующих, здесь достаточно противопоставить им слово: христианство, при чем православный проповедник разумеет, без сомнения, христианство православное. Далее критик говорит: «натыкаешься на родство веры с искусствами и художествами». Слово: родство, принадлежит критику, а не проповеднику. Проповедник говорит только: «вера не воспрещает искусств». И в сих словах нет ничего предосудительного. Вера даже одобряет, например, искусство иконописания. Далее: «приурочивая наконец слова апостолов: не можем мы, еже видехом и слышахом, не глаголати, к своему широкому взгляду на веру, оратор прикровенно выговаривает себе свободу говорить обо всем, как ему «вдумается». Проповедник не приурочивает слов апостолов ни к какому особенному взгляду; он говорит просто о проповеди их по повелению Христову: шедше научите вся языки; и не прилагает сего к себе, и следственно не выговаривает себе свободу говорить о всем, как ему вздумается. Далее: «если уж на кафедре церковной примутся мирить «учение веры Христовой со знанием, очень часто и почти «открыто вземлющимся на разум Божий; то вряд ли это «будет полезно для той веры, которая действительно победила мир»». Напрасно думает критик, что вера Христова во вражде со знанием. Она не во вражде с истинным знанием, потому что не в союзе с невежеством. Само Священное Писание мирит веру со знанием. Один и тот же апостол, в одном месте говорит: верою разумеваем совершиться веком глаголом Божиим ( Евр.11:3 ); а в другом: невидимая бо Божия от создания мира творениями помышляема видима суть, и присносущная сила Его и Божество ( Рим.1:20 ). Что это, как не знание? В заключение статьи критик пишет: « Церковь православная в воскресенье первой недели святой четыредесятницы, излагая ясно и положительно догматы христианского вероучения, возглашает, что только сия есть вера апостольская, сия вера православная, сия вера вселенную утверди; всем же прочим верованиям и своеобразным воззрениям, своевольным и суемудренным, произносит… знаете «что»?…» Критик не договаривает; но ясно, что он хочет сказать: церковь на суемудренных произносит анафема. Но к чему это сказано? Конечно, это сказано не без связи с предыдущим, а если сказано по связи с предыдущим, то очевидно сказано против осуждаемого критиком проповедника. Итак, не наименовавший себя критик, без суда церковного, публично, предает священника анафеме: и духовный цензор это одобряет для напечатания и опубликования! Долго было бы исчислять все несправедливое и неприличное, что одобрил духовный цензор архимандрит Сергий в Домашней Беседе. Вот еще некоторые примеры В № 7, на стр. 138, сказано: «всем этим господам «мешало распоряжаться по-своему в стане Христовом православие родной нашей Матери-Церкви, – и вот Обозрение, «обнявшись с Сыном Отечества, отстраняет эту опасную для своих единомышленников препону, отверзает «врата для современных глашатаев полнейшей разнузданности». На чем основано это тяжкое обвинение. Почему православие выставлено «препоною против единомышленников» Православного Обозрения? Когда Православное Обозрение «отстраняло эту препону»? Когда оно «отверзало врата полнейшей разнузданности современных глашатаев»? На стр. 141 сказано: «тут (в Православном Обозрении) нельзя не опасаться величайшего зла и для церкви, и «для благосостояния общества, в которое вносится и узаконяется все, что ни выдумает плотская современность, «начиная от поклонения искусству». За сим следуют выражения, которые благонравная скромность не позволила бы употребить в разговоре с благонравными и скромными людьми и в которых заключена мысль, что будто Православное Обозрение «вносит в общество и узаконяет» блудодеяние. С чего взял это критик? На каком основании поверил ему цензор? – Как далеко Православное Обозрение от сей мерзости, можно видеть в нем, в статье о христианском браке. В 3 статье свода уставов о цензуре сказано: произведения словесности подвергаются запрещению цензуры, когда в оных оскорбляются добрые нравы и благопристойность, когда в оных оскорбляется честь какого-либо лица. Из вышеписанного нетрудно усмотреть, что закон сей многократно нарушен цензором архимандритом Сергием. Укажем ближе некоторые примеры оскорбления благопристойности и чести лица. Вып. 7, стр. 141. «начиная от поклонения искусству, до ухаживания за…» Вып. 9, стр. 172. «Крещается раб Божий Ванька, или «крещается его высокородие Андрей Акимович». Это не только оскорбление благопристойности, но и кощунство, оскорбляющее святыню таинства крещения. Вып. 7, стр. 143. «видно, нужно было, чтобы нравственная проказа, таившаяся доселе под покровом священной одежды света и истины, выступила наружу». Так Домашняя Беседа изображает архимандрита Феодора. Духовный цензор одобрил здесь клевету на своего товарища по службе, о котором не мог не знать, что нравственность его никогда не подвергалась ни малейшему сомнению. Печальный вид представляет сие дело. Обвинения на священнослужителя в неправославии и в распространении разврата официально одобряет другой священнослужитель, цензор. Это соблазн. Если Православное Обозрение, чтобы не увеличить соблазна, замолчит; священнослужитель останется обиженным без оправдания и удовлетворения и самое издание более или менее может пострадать. Если Православное Обозрение напечатает в свое оправдание нечто, подобное тому, что здесь изложено; соблазн продолжится. Между тем на сие оправдание критик может сказать священнику Сергиевскому: молчи, твой собрать меня одобряет, и следовательно тебя обвиняет. Если же такому оправданию оказано будет доверие в публике; то сие обратится в обвинение духовной цензуры и, может быть, изъявится неприятное удивление тому, что пред очами высшего духовного начальства, один священнослужитель угрызает другого. По справедливости должно полагать, что дело сие призывает внимание высшего духовного начальства, чтобы уменьшить затруднение и пресечь продолжение соблазна. Затем, здесь помещен список с предложения московскому отделению духовной цензуры, который напечатан выше, под № 578, стр. 39. 10 апреля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с извещением, что патриарх александрийский Каллиник изъявил желание оставить кафедру За несколько времени перед сим слышал я, что александрийский патриарх Каллиник хочет оставить кафедру, и поставить в патриарха своего наместника архимандрита, с условием, что сей не будет у него требовать отчета в деньгах, полученных из России. Вчера от преосвященного Никанора узнал я, что патриарх Каллиник уже просит о сем великую церковь . Преосвященный говорит, что архимандрит, кандидат патриаршества, в нескольких местах прежде служил неодобрительно, и был удаляем. Другим кандидатом на александрийскую кафедру представляется епископ синайский, – тот, которого патриарх иерусалимский не согласился рукоположить в епископа, по свидетельству о его нравственном недостоинстве от духовного отца его, покойного патриарха Константия, но которого вселенский патриарх рукоположил потому, что свидетельство сие за кончиною патриарха Константия признано недоказанным. Преосвященный Никанор говорит, что избрание патриарха надобно предоставить александрийской церкви. Ее избрание уважено было и тогда, когда она, по кончине патриарха, имела только архимандрита: кольми паче оно должно иметь силу ныне, когда она, кроме патриарха, имеет два епископа. Преосвященный Никанор изъявил желание, чтобы я писал о сем к вам и к г. министру иностранных дел 48 . Сие последнее почитаю не принадлежащим до меня: но не излишним почитаю, чтобы вышеизложенные сведения были в виду у вашего сиятельства. От усмотрения вашего зависеть будет, можно ли, и должно ли сделать из оных какое употребление. С совершенным почтением имею честь быть, вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, Сообщенное известие митрополитом Филаретом, побудило обер-прокурора Св. Синода, графа А.П. Толстого, спросить о действительности слуха у канцлера, который при письме своем, от 19 апреля 1861 года, за № 1347, сообщил записку следующего содержания: «патриарх александрийский Каллиник отправил из Константинополя с архимандритом горы Синайской Кириллом к общинам каирской и александрийской грамоты, от 18 минувшего января, в коих, объявляя о своем желании оставить свою кафедру, рекомендовал своего наместника архимандрита Евгения. Во время получения этих грамот не имелось в виду другого лица, которое бы могло быть избрано в преемники патриарха Каллиника; но надлежало определить количество годовой пенсии, которую преемник его блаженства должен был уплачивать своему предшественнику. Пока шли переговоры по сему предмету, недоброжелатели архимандрита Евгения согласились оставить в стороне епископов Фиваиды и Ливии и соединить свои голоса на самом архиепископе Кирилле, который сначала объявил, что он откажется от кафедры александрийской, если бы выбор пал на него и что он будет содействовать избранию архимандрита Евгения. Тем не менее он принял сделанное ему предложение быть кандидатом в преемники блаженнейшего Каллиника, и это соперничество дало повод его приверженцам в разным неблаговидным проискам. Грамота, коей блаженнейший Каллиник отказывался от кафедры была прочитана 5 февраля в собрании, созванном епитропами каирскими, после чего составлен был акт, коим архимандрит Евгений был единогласно исключен из числа соискателей, а 15 февраля народ обратился к преосвященному Кириллу, ходатайствуя, чтобы он принял александрийскую кафедру. К народу присоединилось и местное духовенство, объявившее себя первоначально в пользу архимандрита Евгения. До 5 марта александрийские епитроны еще не сообщали община патриаршей грамоты, и не сзывая собрания, старались всеми средствами, даже насилием достать подписей в пользу архимандрита Евгения. Узнав про эти искательства, члены общины подписали прошение в пользу преосвященного Кирилла и отправили оное к каирским епитропам. Греческое консульство поддерживает избрание архимандрита Евгения, но таковое вмешательство не одобряется нашею египетским. В пользу преосвященного Кирилла подано в Каире 1500 голосов и в Александрии 300, в пользу архимандрита Евгения в Александрии 400 голосов. Приверженцы сего последнего хотят прибегнуть, через посредство патриарха Каллиника, к заступлению вселенского патриарха. По сообщении об избрании нового патриарха, Святейший Синод, от 15/26 сентября 1861 г., постановил: представленный проект ответного послания утвердить и отправить его к блаженнейшему Иакову, патриарху александрийскому в следующих выражениях: «Блаженнейшему кир-Иакову, патриарху и папе великого града Александрии и всея земли Египта и судии вселенскому. Братское целование о Господе! Вселюбезнейшее братское извещение вашего святейшества (от 16 июня сего года), о вступлении вашем на александрийский патриарший престол, мы смиренные с радостию приняли и с любовию облобызали, как видимый залог духовного союза мира и любви во Христе, которую ваше святейшество преизобильно являете к нашему смирению. Воздав от полноты сердца нашего благодарение Верховному Пастыреначальнику Господу Иисусу Христу о вожделенном восшествии вашего блаженства на вдовствовавший престол церкви александрийской, смиренно молим Его благость, да ниспошлет он вам от престола славы Своей, по преизбытку благодати и милости своей, духа премудрости и разума, духа совета и крепости, к благоплодному и спасительному прохождению многотрудного служения вашего, в созидание и утверждение апостольской церкви Христовой и к утешению скорбящих и озлобленных чад паствы александрийского престола. Приветствуя сим малым посланием нашим ваше святейшество яко возлюбленного сослужителя и брата во Христе, усердно просим любовь вашу возносить ваши святые молитвы пред престолом Господа Вседержителя о мире и благосостоянии церкви российской, о благочестивейшем самодержце нашем Императоре Александре Николаевиче, боговенчанном защитнике и покровителе церкви православной и о нашем смирении. Умоляем ваше святейшество не оставлять и впредь единодушного и единомудренного общения с нами, в котором пребывала доселе церковь александрийская с церковью русскою. С своей стороны Всероссийский Синод смиреннейше молит Начальника и Совершителя спасения нашего, Господа Иисуса, да приумножит благодать и милость Свою к возлюбленной невесте Своей святой православной кафолической церкви, сохранить всех нас в мире, любви и единомыслии, дабы тщатся блюсти единение духа в союзе мира ( Еф.4:2 ), друг друга утешающе и созидающе ( 1Сол.5:11 ), истинствующе в любви и устрояя все во спасение, возрастали сами и возращали всяческая в Него, иже есть глава Христос ( Еф.4:15 ). Целуя ваше святейшество целованием святым, с усерднейшим желанием вам благоденствия, здравия и спасения и во всем благого поспешения, пребываем вашего святейшества благожелательные сослужители и братия о Христе. Исидор, митрополит новгородский и с.-петербургский. Филофей, архиепископ тверской. Димитрий, архиепископ херсонский. Григорий, епископ калужский. Протопресвитер В. Бажанов . Протопресвитер Василий Кутневич. С.-Петербург. 2 октября 1861 года 49 . 2 мая. Предложение митрополита Филарета московской духовной консистории о снабжении даниловского архимандрита Иакова подорожною, по казенной надобности, до Казани и обратно, для исполнения им секретного поручения, о служении студентами академии панихиды по убитым в Бездне, и о распоряжении относительно снабжения деньгами на путевые издержки и управления монастырем, во время его отсутствия; инструкция, данная архимандриту Иакову Обер-прокурор Святейшего Синода, граф А.П. Толстой весьма секретным отношением, от 27 апреля 1861 г., за № 2439, сообщал митрополиту Филарету, что 1) г. министр внутренних дел 50 уведомил его о полученном по телеграфу от казанского губернатора донесении о том, что 16 того месяца студенты университета и академии, в числе 150, служили на кладбище панихиду по убитым в Бездне и что профессор Щапов после панихиды «говорил что-то», а затем прислал к нему копию с другой записки губернатора, в коей говорилось, что Щапов в речи высказывал, что учение Христа было демократическое, умер он за свободу, как умирают теперь наши братья труженики, что скоро настанет минута освобождения России и что-то о конституции. Щапов восторженный, дерзкий, пьющий, но умный; два монаха, служившие панихиду, – вредны. И 2) Государь Император, по прочтении первой депеши, повелеть изволил: «Узнать, что читал Щапов после панихиды», а на второй собственноручно написать изволил: «Щапова необходимо арестовать, а двух монахов заключить в соловецкий монастырь». Вследствие сего, находя необходимым командировать в Казань способного и благонадежного архимандрита для собрания сведений не только об этом происшествии, о числе студентов академии, бывших на панихиде, их именах, но и подробных сведений о каждом из них, о Щапове и его речи, о двух монахах и вообще о духе и направлении всей казанской академии, граф, по соглашению с митрополитом Исидором, просил митрополита Филарета выбрать из московского духовенства таковое лицо и отправить в Казань, так как такового здесь не имеется в виду. Московской духовной консистории предложение. Член сей консистории архимандрит Иаков должен отправится в Казань для исполнения весьма секретного поручения. Посему, консистории без малейшего промедления снабдить его подорожною, по казенной надобности, и тем, что положено по закону на путевые издержки. В отвращение медленности в сем последнем он может заимствовать исчисленную сумму из вверенного ему монастыря с возвратом в свое время. Управление монастыря на время отсутствия настоятеля поручить старшему из братии, под наблюдением благочинного монастырей. Члену консистории, данилова монастыря архимандриту Иакову. I. Из прилагаемой при сем выписки из весьма секретного отношения синодального обер-прокурора, графа Александра Петровича Толстого, от 27 дня апреля, сего года, № 2439, вы узнаете предмет секретного поручения, которое дается вам от имени Святейшего Синода, и которое вы должны исполнить. II. Вы будете иметь сотрудником обер-секретаря Святейшего Синода Олферьева 51 . III. По соглашении с ним, имеете вы немедленно отправиться в Казань, взяв подорожную и узаконенные путевые деньги, о чем консистории от меня предписано. IV. По прибытии в Казань, вы представите лично преосвященному казанскому 52 прилагаемое при сем отношении, и будете просить у него имеющихся у него сведений о известных ему лицах, участвовавших в панихиде по убитых мятежниках. V. Дознание может быть начато письменным вопрошением двух монашествующих, бывших на панихиде, которое может доставить значительные сведения, если сделано будет так, чтобы по вопрошении первого, немедленно теми же вопросами спрошен был другой, не быв допущен узнать ответы первого, и если вопросы даны будут обстоятельные, например: кем приглашены вы на панихиду? Кто начальствовал и участвовал в служении? Каким выражением поминали усопших? Кто присутствовал при панихиде, и в каком, примерно, числе? Кто говорил речь? Прежде или после панихиды? Какое содержание речи? Слышавшие не изъявляли ли каких знаков одобрения? Почему вы решились совершать панихиду о мятежниках? Почему решились на сие в такой день, когда церковный устав не допускает поминовений, кроме необходимости погребения новопреставленного? Донесли ли вы о сем необыкновенном случае своему начальству, и, если не донесли, то почему? VI. Подобным образом должно опросить священника, который заведывает кладбищенскою церковью и ее ключами. VII. Затем дознание обратится к бакалавру Щапову с соответственными вопросами и с требованием речи, им говоренной. Если он объявит, что она не была написана, то требовать, чтобы неотлагательно показал ее содержание. Нужно также спросить его, не приглашал ли он на панихиду студентов академии, кого, и по какому побуждению? И кого заметил бывшими на панихиде? VIII. Если кем-либо наименованы будут студенты академии, как бывшие на панихиде, надобно спросить каждого: по чьему приглашению был? И по какому побуждению принял участие в мятежниках? Сей последний вопрос может послужить к открытию политического образа мыслей у вопрошаемых. IX. Вопрошения должны происходить в общем присутствии вашем и г. Олферьева, между прочим на тот случай, если бы кто не захотел дать или подписать показание, дабы происшедшее засвидетельствовано было журналом, за вашим общим подписанием. X. Впрочем, сказанное здесь сказано предначинательно и примерно. Обстоятельства, открывающиеся на месте, должны иметь участие в дальнейшем направлении дела. XI. От ректора академии нужно взять письменное сведение, не заметил ли он в ком-либо из принадлежащих академии неправославного и неблагонамеренного политического образа мыслей. XII. Также и от инспектора академии. XIII. От преосвященнейшего архиепископа и преосвященного викария 53 можно почтительно просить подобного сведения словесно. XIV. От ректора академии нужно взять особенное сведение, по чьему разрешению бакалавр Щапов читает исторические лекции в университете (чего устав без особенного разрешения не допускает), наблюдал ли ректор, по своей обязанности, с какою основательностью и в каком духе читаны были сии лекции, и находит ли их одобрительными? Также: студенты академии не участвовали ли в слушании сих лекций в университете. XV. Как город не глух для академии; то может открыться случай от благонамеренных и прямодушных лиц духовенства услышать достойное внимания мнение о духе академии, или некоторых лиц, к ней принадлежащих, также и студентов. XVI. поскольку нужно будет воспользоваться сведениями от лиц не духовного ведомства, сие должны вы предоставить преимущественно г. Олферьеву. XVII. Вы будете говорить о сем деле только с кем нужно, и поколику нужно, и говорить мирно и без осудительных отзывов, которые могут быть преждевременны. Ваше спокойствие и беспристрастие удобнее призовут от других беспристрастные отзывы. XVIII. Все полученные сведения соедините в одно дело и составите отчет. 17 мая. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, о крестьянах, желавших поднести Государю Императору хлеб-соль Позвольте мне, ваше сиятельство, просить у вас сведе-ния, которое вы, вероятно, имеете, и которое мне нужно. Крестьяне, желающие поднести Государю Императору хлеб и соль, прислали ко мне депутата просить, чтобы совершена была литургия и молебен архиерейским служением, и при сем было бы освящено блюдо, на котором они поднесут Государю хлеб и соль. Они говорят, что так было в Петербурге, и служил владыко новгородский 55 . Было ли действительно что-нибудь подобное? Церковный устав не признает нужным освящать блюдо, на которое кладут хлеб. Позвольте мне надеяться вашего на сие известительного слова. Вашего сиятельства покорнейший слуга, При письме этом в деле сохранились две собственноручные записки митрополита Филарета: I. Могу ли застать ваше сиятельство дома в двенадцатом часу сего дня? Благоволите сказать ответ посланному. II. Вашему сиятельству возвращается. 1) Дополнение к отчету о киевской академии. 2) Письмо преосвященного Нектария. 4) Письмо и записка князя Урусова. 5) Донесение владыки новгородского. 6) Рукописная французская проповедь. Панегирист бунтовщиков достоин своего предмета. Они действуют против правды, наудачу. Он говорит с такими же достоинствами. 21 мая. Замечания митрополита Филарета на письмо ректора казанской академии, архимандрита Иоанна, от 28 апреля 1861 года, и на два объяснения студентов оной же академии по делу о служении панихиды по убитым в селе Бездне крестьянам В письме ректора казанской академии, от 28 апреля 1861 года, сказано, что Щапов 8 апреля уволен от службы при академии и из духовного звания, и о сем представлено его сиятельству (г. синодальному обер-прокурору, графу А.П. Толстому), от 18 апреля, (1861 г.). Но академическое правление не имеет права уволить от службы и особенно из духовного звания без высшего утверждения. Следственно 16 дня, когда была паннихида он состоял еще при академии. Почему о предположенном увольнении его представлено только по прошествии 10 дней, и уже чрез два дня после панихиды? Почему можно спросить, не задним ли числом написано определение 8 дня. Студенты признаются, что о панихиде со стороны университета по убитым, они услышали предварительно, в тот же день: нельзя было не понять, что панихида по мятежникам незаконна, не смотря на то студенты академии пошли на нее. Студенты в первом пункте объяснения говорят, о своем знании, что панихида будет по убитым в Бездне, а во втором, что не знали цели панихиды. Это противоречие. Невероятно показание студентов, особенно служившего панихиду иеродиакона, что ничего не расслышали из речи Щапова. Объяснение скопищем 37 студентов незаконно. Надлежало брать показания порознь, чрез что лучше открылась бы истина. Из объяснения священника Яхонтова и иеродиакона Мелетия видно, что кладбищенский священник колебался служить панихиду, и предлагал им, но наконец решился служить и служили все. Нелепо оправдание, что было торжественное собрание, и что панихида предназначается в совершенном порядке. Ректор, почитаемый юристом, не юридически поступил, вписав в объяснение священника и иеродиакона собственною рукою оправдательное слово, чем и дал повод подозрению, что объяснение под покровительством начальства составлено искусственное, а не правдивое. Истина начинает открываться из показания кладбищенского священника, который говорит, что священник Яхонтов во время вечерни первый объяснил, что студенты намерены отправить панихиду о убиенных родственниках. Следственно, священник Яхонтов не только знал, о чем идет дело, но явился и зачинщиком панихиды. По сообщении академическому правлению донесения кладбищенского причта, дело решительно получило следственный характер. Но и в сие время, в противность закону, священник Яхонтов и иеродиакон спрошены не порознь, а вместе. Как сии, так и ректор умеют опровергнуть показание причта тем, что студенты, не имеют родственников между убитыми. Оборот, не имеющий силы в деле. Разумеется, слово «родственников», употреблено было только для того, чтобы манифестации дать вид простой панихиды и в глазах кладбищенского священника, дабы он не отказался, от служения панихиды. В 3 пункте 2-го объяснения священник Яхонтов и иеродиакон признают, что кладбищенский священник «отказывался» от панихиды. Зачем же они вмешались без нужды в дело сомнительное? В 4 пункте есть важное показание, что студенты просили кладбищенского священника служить панихиду «на улице или на могилах» тогда как здесь не погребен никто из тех, о которых хотели служить панихиду. Это ясный признак манифестации. Как же и после сего академический священник и иеродиакон не усумнились вмешаться в сие дело. И в сем объяснении есть поправка рукою ректора. От 5 мая ректор академии представил адрес студентов для представления Государю Императору. Есть ли на это законное право? На такую манифестацию, кажется, и университетские студенты и начальство не решились. Ректор пишет, что арест священника Яхонтова и иеродиакона «производить крайне тягостное чувство во всей академии». Что он хочет сказать? Востанием ли академии угрожает? Академия не служила панихиды; многие студенты и наставники, кроме одного, не были на ней; а священник Яхонтов и иеродиакон служили ее. Отчего же тревожится вся академия, и даже посторонние делу, за двух виновных арестованных? В пункте объяснения 8 мая студенты открывают, что студенты университета посылали звать священника Раева, для отправления панихиды по убитых крестьянах, и это студенты академии знали прежде панихиды. Как же не догадаться, что студенты университета боялись отказа от кладбищенского священника в служении панихиды, как неприличной, и потому готовили чужого священника? Далее студенты академии говорят, что пред панихидою было уже в церкви более 300 студентов университета и 2 профессора. Как же не понять, что это не могло быть делом благочестивого усердия к убитым мятежникам, а была демонстрация против правительства? И как же бы не удалиться из церкви прежде панихиды? Далее излагается несколько обстоятельств, которые могут служить к уличенiю студентов университета, но не служат к оправданию студентов академии. Наконец, в другой раз, говорят, что не понимали политического значения панихиды до тех пор, когда растолковал ректор. Трудно поверить, чтобы они так недогадливы были. 21 мая. Заметки митрополита Филарета о мощах святителя Тихона Задонского I. Проект другой редакции первого пункта определения Святейшего Синода о святителе Тихоне Во благоухании святыни почившего Тихона, епископа воронежского, признать в лике святых, благодатью Божиею прославленных, и нетленное тело его мощами святыми. II. Смею думать, что изложение первого пункта определения Святейшего Синода о святителе Тихоне, где говорится только о теле его, неудовлетворительно. Предлагаю при сем другой проект редакции. Можно ли сей употребить, о том не мне судить должно. Записка о исцелениях неудовлетворительна тем, что показания слишком кратки, и большею частью не представляют признаков, что произошли действия благодатные, а не естественные. Если надобно будет напечатать часть сих сведений, то надобно изложить их так, как это сделано в сказании об открытии мощей святителя Митрофана 58 , где показания не обширны, однако сделаны так, что, по указанным обстоятельствам, происшедшего нельзя признать простыми естественными действиями. Что касается до дела об открытии епархии и викариатства, переиначивать в нем что-либо частью не нужно, частью неудобно. Господь да скажет лучшее более ведущим, и да возглаголет благая в сердце благочестивейшего Государя. 21 мая. Мнение митрополита Филарета о всеподданнейшем письме бакалавра казанской академии Щапова, содержавшем в себе проект преобразования государственного управления Письмо сие содержит проект преобразования государственного управления. Чтобы рассмотреть сие сочинение во всех его частях, необходимо было бы написать более 14 листов, на скольких оно написано. Много было бы похищено времени у пишущего. Не будет ли довольно указать некоторые черты, чтобы видна была птица по полету? I. Прежде всего он обращает внимание на образование крестьян и требует «областных обществ, сельских училищ». «Мы ученые обязаны платить подати на сельские и народные училища из своего жалованья, которое исходит от народа». «Общества могли бы отправлять за границу даровитых крестьянских детей, с руководителями для ознакомления с устройством, приемами, способами, орудиями и машинами заграничного сельского хозяйства». Блестящий, но не скоро уловимый для практики идеал – крестьянский сын, воспитанный податями ученых, под руководством гувернера, странствующий по Европе, и потом возвращающийся в отечество, чтобы с иностранными приемами взяться за русскую соху и борону, за невозможностью приобрести иностранные земледельческие орудия и машины! II. Преобразователь жалуется, что много людей «поглотили» рекрутские наборы. Но он не открывает способов, как обойтись без них. Или он думает, что рекрутские наборы не нужны будут, когда крестьяне будут грамотны, и узнают иностранные земледельческие приемы? III. От сельских перешед к городским училищам, преобразователь определяет три степени их: 1) Первоначальные общесословные приходские училища. 2) Общесословные гимназии и общесословные семинарии, если сии не будут соединены с гимназиями. 3) Общесословные университеты и духовные академии, если не будут соединены с университетами, и общесословные реальные институты. Для первоначальных приходских училищ назначает он следующие предметы: «Грамматика, арифметика, знание главных истин христианского учения, преимущественно нравственного, знание главных обязанностей гражданина, знание главных начал физики, естественной истории, географии, истории, преимущественно русской, словесности, искусства и поэзии. Так щедро преобразователь наделяет знаниями ученика приходского училища. И если бы это удалось ему, то нужно ли было бы идти в гимназию? IV. В училищах высшей степени преобразователь открывает между прочим «факультеты коммерческий и ремесленный». Это очень ново. Поэтому будет факультет прядильный, ткацкий, кузнечный, столярный, сапожный и пр. Неужели, например, факультет исторический, которому, кажется, усвояет себя г. Щапов, согласится дать свое ученое и почетное наименование столярному и сапожному ремеслу? Как факультет обыкновенно дает ученые степени, то факультет ремесленный не будет ли производить кандидатов и магистров столярного или сапожного ремесла? V. Г. Щапову хочется погрузить духовные училища в слишком разностйхийную массу светских училищ, может быть, потому, что он не находит в духовных училищах «демократического учения», которое мечтает видеть даже в Евангелии, и которое желал бы привить готовящимся к служению церкви, посредством обучения в светских училищах. Скажем к слову, что истинно разумеющие Евангелие никогда не находили и не найдут в нем демократического учения. Не демократические следующие слова Христовы: воздадите кесарева кесареви ( Мф.22:21 ). Апостолы, без сомнения, вернее разумели учение Христово, нежели мудрователи, родившиеся чрез семнадцать столетий после апостолов. Но конечно не демократические следующие слова апостольские: повинуйтеся убо всякому человечу начальству Господа ради, аще царю, яко преобладающему, аще ли князем, яко от него посланным ( 1Пет.2:13,14 ); от него, а не от народа поголовными голосами. Бога бойтеся царя чтите (17). Христос Спаситель создал церковь , а не государство; иерархию, а не демократию. Это предметы далекие от того, чтобы их смешивать. Г. Щапов хочет церковные соборы пародировать «центрально-земскими соборами»; и сии последние имеют у него точно демократическое основание, – поголовную подачу голосов; но церковные соборы имеют иерархическое основание; они составляются из членов, которых Дух святый постави епископы ( Деян.20:28 ). Итак демократическое учение не в Евангелии, не в церкви, а только в голове у г. Щапова 60 . Неудивительно, если духовенство не пожелает детей своих, готовящихся к служению церкви, погрузить в разно стихийную массу «общесословных» училищ, по опасению, чтобы дух церковный, православный, дух послушания, кротости, скромности, не был разстроен влияниями несродными и чуждыми. И должно надеяться, что проницательность высшей власти не допустит сего. Но если г. Щапов хочет иметь «бессословные», как он выражается, или «общесословные» низшие и высшие училища; почему же он не требует, чтобы военные учебные заведения также погружены были в гимназии или в университеты, не смотря на значительное сродство военных наук с университетскими? Не потому ли, что признает нужным особенное определенное приготовление к особенностям военной службы? Почему же не признает подобной особенности и в духовных училищах по особенному роду учения, и по роду службы, требующему особенного предварительного приготовления? VI. Преобразователь требует «местных бессословных (то есть поголовными голосами) выборов в общественные должности, начиная с губернатора до последнего полицейского, гарантированного круговой порукой». Спрашивается: есть ли где подобное? Выбирает ли народ губернатора в Англии, во Франции, где угодно? Спрашивается: что же останется в руках верховной власти? Спрашивается: не хочет ли преобразователь устроить венгерскую всенародную оппозицию против правительства? VII. Преобразователь требует «областных советов» из членов, выбранных народом, и «центрально-земских соборов» из членов, выбранных областными советами; без ограничения поручает сим советам и соборам и государственные дела, и даже устройство войска, не заботясь о том, какая сила будет охранять верховную власть и самодержавие против столь усиленной демократической стихии. Да судят государственные люди, что хочет делать г. Щапов, или, что умеет делать, или, чему внезапно научен восторгом панихиды и гением Бездны, – строить, или разрушать. VIII. Наконец, преобразователь требует «уничтожить цензуру и дозволить полную гласность и свободу печати; и всякое сочинение предоставить на ответственность автора». Как он не видит, что государства, уже не малое время трудящиеся над соглашением свободы с порядком, борются с трудом не только с неограниченною, но и с ограничиваемою свободою печати, как например, Франция? Говорит об ответственности автора; но пред кем? О суде он не говорит. А ответственность пред общественным мнением есть ненаказанность. Когда возмутительного писателя порицают люди охранительные, он находит свое оправдание и даже славу в людях, склонных к возмущению. А если на авторов надобно приносить жалобы в управу благочиния или в уездный суд; можно ли надеяться правосудия? Предмет сей требует не так легкого суждения, какое позволил себе преобразователь. Кажется, довольно. Кажется, можно видеть птицу по полету. 25 мая. Всеподданнейшее донесение митрополита Филарета о возмутительной прокламации поляка Мирославского и литографированных брошюрах, распространяемых студентами московского университета Архиерейская присяга обязывает архиерея, в чрезвычайных случаях, писать к Его Императорскому Величеству. Такой случай нечаянно мне представился. Неизвестный, пришед ко мне, сказал, что намерен открыть мне дело, касающееся до безопасности государства, для доведения до сведения Вашего Императорского Величества. Не смотря на замечание мое, что есть другие должностные лица, к которым правильнее он может обратиться, он, настояв на своем, прочитал мне принесенную им записку, в которой содержится перевод прокламации поляка Мирославского, из Парижа, от 1 дня сего мая, о способах приготовления и начала восстания в Польше и Литве. При сем он представил означенную прокламацию на польском языке. Кроме сего, он объявил, что в московском университете литографируются и в большом числе распространяются антирелигиозные и вредные политические сочинения, в доказательство чего и представил четыре литографированные брошюры. Он присовокупил, что то же делается в университетах: харьковском, киевском и казанском. Полагаю, что от проницательности правительства Вашего Императорского Величества не скрыто, сколько истины заключается в вышеизложенных показаниях; тем не менее долгом верности побуждаюсь не умолчать об оных пред Вашим Императорским Величеством, представляя при сем вышепоказанные документы и адрес, по приглашению моему, собственноручно написанный показателем отставным подпоручиком Балашевичем. Бог правды да разрушить ковы врагов веры и отечества и да сохранить престол Вашего Императорского Величества в мире, силе и славе. 30 мая. Мнение митрополита Филарета о случаях снисхождения к незаконности браков I. Супружество имеет важное значение по отношению к Провидению Божию, к семейству и к государству. II. Бог, сотворив первых человеков, им самим и их потомкам вверил дальнейшее произведение людей на свет, – вверил, как бы продолжение своего творческого действия. Какой великий дар! И можно ли думать, что Провидение Божие оставит без внимания злоупотребление сего дара, и что злоупотребителей не постигнет правосудие Божие? Действие сего правосудия не всегда явно, не всегда скоро, но для внимательно наблюдающих пути Божии, несомненно. Давид имел сильную веру в истинного Бога; ревностно действовал для распространения ее в народе; но и при таких, можно сказать, заслугах пред Богом, когда позволил себе нарушение закона супружества, даже и после покаяния, подвержен был тяжким бедствиям, не только семейственным, но и государственным. Мне была известна одна чета, вступившая в брак в возбраненной церковными правилами степени родства, и от церковного правосудия уклонившаяся хитростью. Оба были добрые люди; несколько лет жили спокойно; но, наконец, жена последние десять лет жизни провела в расслаблении; муж после ее смерти, леча глаза, сам себя лишил зрения, и когда умер, дочь его, со многими детьми, должна была понести долгие и тяжкие скорби; потому что родственник поднял дело о незаконности брака ее родителей, чтобы отнять у нее наследство. III. Неблагословенный брак лишает благословения Божия семейство. Дети узнают, что их родители не уважили закона, и легко приходят к мысли, что и им не нужно уважать закон более, нежели их родителям. Упадок нравственности, начатый родителями, продолжается в детях и далее. IV. Государство состоит из семейства. Расстроенные составные части расстроят и целое. Посему, естественно ожидать от нарушения законов брака и целомудрия тех общественных последствий, какие изображает пророк: любодеяние разлияся по земли, и кровь с кровми мешают: сего ради восплачется земля, и умалится со всеми вселившимися на ней . ( Ос.4:2, 3 ). Когда жены римлян готовы были умереть за чистоту супружества, Рим возрастал и укреплялся. Но когда он погрузился в пороки, противные чистоте супружества, он изнемог пред необразованною, но не расстроенною подобными пороками природою варваров, не смотря на то, что обладал почти всею вселенною. V. Не может ли нужда извинить отступление от брачного закона, например, когда от несчастного супружества ищут другого супружества? – Никак. Что может быть несчастнее мужа, у которого жена безумна до такой степени, что ее нужно держать на цепи? Но правило церковное говорит, что и в сем случае он не должен оставлять ее, и искать другой. Кого несчастное супружество постигло по неисповедимой судьбе Божией, тот должен терпеть оное, как испытание от Бога; а кого вследствие нерассудительного выбора, тот должен терпеть оное, как наказание за свою безрассудность. Посему 87 правило VI вселенского собора говорит решительно: «жена, оставившая мужа, аще посягнет за иного, есть прелюбодейца». Состав выражений правила позволяет заключать, что было бы место некоторому извинению, если бы она только оставила мужа, а не посягнула за другого; но в сем последнем случае нет места извинению. VI. Говорят, что были исключения из правил, допущенные властью в пользу нарушивших брачные законы, и что таких случаев много. Это было бы великое несчастие, если бы таких случаев подлинно было много. Чем больше таких случаев; тем больше опасности для нравственности семейств, и для благоустройства государственного. Но, к утешению, есть причины думать, что в указаниях на примеры сего рода есть преувеличение. Если есть примеры вступивших в незаконные браки и не подвергшихся действию церковного правосудия; то это потому, что духовному начальству не было средства правильно узнать вину, и степень ее, и призвать виновных к суду. Такие примеры не ведут к тому, чтобы оказать покровительство незаконному браку, который открыть, подвергнуть суду и действительно осужден, подобно как примеры людей, похитивших чужие вещи и укрывшихся от суда, не ведут к тому, чтобы уличенного похитителя поставить на ряду с невинными. Если бы подробно известны были обстоятельства указанных шестнадцати незаконных браков; то, вероятно, оказалось бы, что многие из них не имеют того значения, какое им приписывают, и не ведут к такому заключению, которое хотят из них извлечь 63 . VII. Впрочем, к сожалению, нельзя не признать, что есть примеры ненаказанного нарушения брачных законов, гласные и видные, и приносящие горькие плоды соблазна. Ослабление нравственности в отношении к седьмой заповеди десятословия распространяется от высших слоев общества на низшие. Духовенство имеет возможность замечать сие с достоверностью. Крестьянские дочери не стыдятся приносить формальные жалобы на молодых крестьян в том, что незаконно прижили с ними детей, и не хотят вступить в брак. Печатное бесстыдство выходит из всех пределов. Один журнал (Искра) напечатал, что семь смертных грехов (он без сомнения, разумеет особенно грехи против 7 заповеди), так много были употребляемы, что наскучили, и предлагает премию тому, кто изобретет осьмой смертный грех. VIII. Посему духовенство и искренно православные люди должны молить и молят Бога, чтобы, тогда как некоторые прибегают к милосердию Государя Императора в пользу незаконных браков, являлись пред Его Величеством другие, предстательствующие за святость церковных правил и за охранение общественной нравственности. 31 мая. Мнение митрополита Филарета о проекте К.А. Говорского 65 по изданию «Архива и Исторического вестника западной и юго-западной России» Учитель могилевской семинарии, К.А. Говорский, в 1861 году, представил обер-прокурору Святейшего Синода записку и при ней «проект издания журнала: Архив и Исторический вестник западной и юго-западной России». Записка с проектом журнала была препровождена к митрополиту Филарету, который представил следующее о журнале мнение, написанное собственноручно: Проект издания периодического и кратких сочинений для ограждения православия в западных губерниях, по намерению, заслуживает уважение и содействование. Но достанет ли средств с силою произвести сие дело и распространить его влияние, это требует еще соображений. Способность и ревность г. Говорского достойны того, чтобы духовное начальство деятельно воспользовалось ими в пользу православия. Но ему надобны средства и сотрудники. Разбор слов в неделю православия также требует внимания. Здесь предлежит рассмотрению следующий вопрос: Бояться сделать неприятность проповеднику не значит ли не бояться допустить вред православной церкви? 3 июня. Мнение митрополита Филарета, озаглавленное: «о деле несториан» I. Положение их достойно сожаления и участия; но помочь им не легко. II. Из 8000 семейств половина под влиянием протестантов, 100 под покровительством латинских миссионеров. Итак, меньшая половина представляет открытый доступ действователю православному, а большую половину надобно оспаривать у двух противных сил, из которых каждая вооружена и познаниями, и материальными средствами и подкреплена приобретенным уже влиянием на несториан. III. Если бы нашелся способный и образованный действователь из эриванских несториан; уже присоединившихся к православию; его удобнее, нежели русского, можно было бы употребить для приведения в православие заграничных несториан, по единоплеменности, по единоязычию, по естественному расположению прозелита, подкрепляющего себя приобретением сопрозелитов. Но найдется ли? IV. Священник Михаил говорит, что «огласка намерений несториан могла бы их погубить». Но хотят исследовать дело на месте. Можно ли без огласки? Найдется ли человек от России, который бы мог говорить с ними без переводчика? Тайна в руках переводчика едва ли может остаться тайною. V. По моему мнению, справедливо замечание азиатского департамента, что духовное лицо в сем посольстве менее возбудит подозрения, нежели светское. О первом легко остановиться на мысли, что это агент религии; о втором заботливо спросят: не агент ли политики? Если не спросят персияне; научат спросить западные европейцы. Но кого найдут в духовенстве для сего поручения? Незнание местного языка поставить преграду делу. VI. В турецких владениях, где несториане сильнее числом и где их патриарх, встретятся новые затруднения. Патриарх согласится ли подчинить себя Св. Российскому Синоду? А принять его как равного прочим патриархам и Святейшему Синоду неудобно без согласия восточной православной иерархии. VII. Протестанты и римско-католики для действования на несториан употребляют, без сомнения, значительные и непрерывные материальные средства. Российскому действователю потребны будут такие же, или еще большие, чтобы иметь перевес и смелость переводчика, и найдутся ли? VIII. Существующие у несториан большие разности и несогласия во мнениях ослабляют их в отношении одного толка к другому; но составляет особенную трудность собрать их с разных путей на один правый. Когда один из разногласных согласится с вами в мыслях, противный ему, привыкши ненавидеть его, с недоверием будет смотреть на вас. IX. Нужно внимательно взвесить представляющиеся требования и затруднения, чтобы определить, как приступить к делу с надеждою успеха. Июня 3, 1861 г. В гефсиманском скиту 67 . 3 июня. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, о том, что преосвященный нижегородский склоняет сестер алексеевского общежития принять монастырские формы Молитвами преподобного отца нашего Сергия, благословение Пресвятой Троицы рабу Божию, графу Александру. Записки о несторианах со мною в лавре. Позвольте мне удержать их несколько дней, чтобы иметь время прочитать. О происходившем в Дивееве и в алексеевском общежитии ко мне приходят новые сведения, так же как прежние, неожиданные, которым желательно было бы не верить, но трудно не верить, по достоверности источников. В алексеевском преосвященный убеждал старших по начальнице сестер подать голос о преобразовании общежития в монастырь, внушая им, что они имеют на это право. Но они отвечали: наш голос у матушки начальницы. Убеждая их к монашеству, указывал, как вставить клин в рукава нынешней их одежды, чтобы была ряса; хвалил благолепие мантии и проч. Идучи осматривать огороды велел 500 или 600 сестрам идти вслед за ним, говоря: зачем вам запрещают? – Вот и здесь эмансипация и свобода. Думаю (и со мною согласен мой наместник) ваше сиятельство доброе дело сделаете, если напишете к преосвященному Нектарию, чтобы он оставил алексеевских сестер в том устроении послушания, простоты и смирения, в которое они поставлены, и в котором утверждены благочестивыми предшественницами, и не принуждал их принять монастырские формы, которые, может быть, не возвысят устроение, а только поколеблят старое новыми видами и заботами. Господь да внушит вам и да устроит вами полезное. В гефсиманском ските. Июня 3, 1861 г. 68 13 июля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, о витебской семинарии Возвращаю дело о витебской семинарии. Мысли мои по оному изволите увидеть при сем в особой записке. Предсказанный вами 4 дня посетитель был у меня, со своими сведениями о Витебске. Когда я ему сказал: по праву ли соборяне владеют семинарским хутором? Правильно ли, что семинария платит 500 р. за бесполезный для нея архиерейский хутор? Он отвечал, что таких дел много. Он изъявил два противоположных мнения об одном человеке, что он заслуживает быть отданным под суд, и что его надобно сохранить или удалить почетным образом, как подвизавшегося некогда против польского духа. Болезнь перста препятствует мне писать лучше и больше. Благословение вам от Господа. 13 июня. Мнение митрополита Филарета по делу о закрытии витебской семинарии О закрытии витебской семинарии 70 . I. Если предположить, что сверх обстоятельств, изложенных в деле, есть сокровенные причины, побуждающие закрыть витебскую семинарию, то и в сем случае можно сомневаться, сильнее ли сии причины противоположных причин, побуждающих сохранить оную. II. Иное дело епархия без семинарий, потому что семинария не успела еще в ней образоваться; иное дело епархия, у которой существующая семинария отнимается. Это род опалы на епархию. Епархия чувствует себя униженною, лишаясь преимущества, которое имеют все епархии кроме новооткрытых. Духовенство целой епархии оскорбляется и подвергается искушению роптать на правительство. III. Для духовенства витебского закрытием семинарий увеличивается затруднение в воспитании детей. Духовенство епархиального города имеет детей в семинарии под своими глазами и иногородное, и сельское, по частым сношениям с епархиальным городом, имеет удобство поручать детей надзору знакомых и получать сведения, не ленятся ли дети, не больны ли физически или нравственно, и принимать соответственные меры. Город иноепархиальный такого удобства не представляет. Это новая причина к неудовольствию духовенства витебской епархии. IV. Известно, какой тлетворный ветер дует на сей край из Варшавы. Партия тревоги не преминет дать закрытию семинарий сколь можно худшее толкование, чтобы ослабить усердие духовенства к правительству. V. Если причиною закрытия витебской семинарии полагается то, что в ней усмотрены беспорядки и незаконности хозяйственные, то заключение не соответствует причине, и не того требует справедливость. От разрушения семинарии потерпит все епархиальное духовенство без вины; а виновные в беспорядках и незаконностях удобнее скроются в ее развалинах, и не получат побуждения к исправлению. Следствием вышеозначенной причины должны быть исследование, суд и удаление или обезоружение виновных в злоупотреблениях. VI. Если причиною закрытия витебской семинарии полагается нездравое в ней состояние нравственности и духа; то будет ли полезно разослать ее в три епархии, может быть, не без опасности внести туда заразу? Не полезнее ли оставить больную семинарию на месте, и принять деятельные врачебные меры? 14 июня. Донесение Святейшему Синоду митрополита Филарета о публичном доказательстве раскола в богородском уезде, московской епархии Святейшему Правительствующему Синоду, от члена оного Филарета, митрополита московского, донесение. Из доходящих до меня по епархиальному управлению сведений открывается следующее: 1 . Богородского уезда, запонорской волости, государственных имуществ, прихода пятницкого, в деревне Коровиной, в день Преполовения, было освящение воды, среди улицы, публично, при съезде множества народа; в виде священника служил удельного ведомства, карповской волости, захотской трети, деревни Ляховой крестьянин Иван Ларионов. 2 . Абрамовской волости, рудниковского прихода, в деревне Титовой, было освящение воды среди улицы, публично, при стечении множества народа; в виде священника служил той же деревни крестьянин Петр Родионов. 3 . Той же волости, ильинского прихода, в деревне Шувой, среди улицы в день Преполовения было освящение воды, при стечении множества народа; в виде священника служил той же деревни купеческий сын, там живущий, Семен Епифанов Смирнов; он же в той деревне в часовне публично служит и литургии. 4 . В вотчине г. Норда, в деревне Челоховой, в приходе ильинском, в день Преполовения было освящение воды на реке с крестным ходом, при стечении множества народа; в виде священника служил той же деревни крестьянин Демид Федоров. 5) В имении княгини Голицыной, в деревне Заволенье, прихода крестовоздвиженской церкви, в часовне, публично служится литургия в полотняной церкви, и чин водоосвящения совершает той же деревни бывший крестьянин, а ныне вольноотпущенный Косма Алексеев Сорокин. 6) Удельного ведомства, покровского прихода, в деревне Малаковой, было освящение воды в день Преполовения и на прошедшие праздники: крещение и 1-е августа, на реке, при крестном ходе, при стечении множества народа из двух волостей: покровской-селинской и гжельской; публично, в виде священника служил той же деревни крестьянин Никон Иванов Набойщиков, который действует совершенно публично. Отнесясь о сем к г. московскому военному генерал-губернатору, дабы на сие незаконное оказательство раскола обращено было законное внимание, долгом поставляю благо-почтительнейше донести о сем Святейшему Синоду. Вашего святейшества нижайший послушник, Св. Синод, от 19 июля/7 августа 1861 г., постановил: «предписать митрополиту московскому указом, чтобы он о последствиях сношения с г. военным генерал-губернатором о публичном оказательстве раскола в богородском уезде донес в свое время Св. Синоду» 72 . 15 июня. Мнение митрополита Филарета под заглавием: «о деле Иковитов» 73 I. Странно, что когда яковитский патриарх, с тремя епископами, изъявили желание соединиться с православною церковью, вселенский патриарх Афим не принял сего предложения. Стоило бы труда узнать причину сего. Может быть, предложены были условия неудобоприемлемве. II. Нужно знать, по возможности, что побуждает яковитов желать соединения с православною церковью. Точно ли признание ими неправоты своего верования? Если не это, то дело не имеет души. Вероятно, в сем наиболее участвует желание иметь в России опору против латин. Если так, то в сем деле мало церковного, но потребует оно борьбы и издержек, с сомнительною надеждою истинного успеха. III. Впрочем, для дела яковитов есть средства, каких нет для дела несториан. Из прежних действий патриарха Иакова можно заключить, что он решительно расположен к соединению с православною церковью. Николай Исаак, которого способность и ревность уже испытаны и признаны, может быть весьма полезным деятелем, если будет поставлен в положение, благоприятное для действования. IV. Но вот трудный вопрос о ищущих присоединения к православию на востоке: принять ли их в общение российской церкви без сношения с константинопольскою, или по соглашению с нею? В первом случае может случиться, что способ принятия не понравится константинопольской иерархии и за примиряемых произойдет несогласие между мирными. И как принять в общение церкви нового патриарха без согласия с существующими патриархами? Но если искать соглашения с константинопольскою церковью, то трудно достигнуть его. Если, по недавнему примеру, вселенский патриарх предложит принятие чрез миропомазание, то и теперь, как прежде, затруднит дело и повредит ему. Не странно ли будет признавать патриарха Иакова патриархом, но притом миропомазывать его, как новокрещенного? Очень вероятно, что яковиты потому и обращаются к российской церкви, что соединение с греческою представляет им затруднения и в начале, и в последствиях. Чтобы не случилось вступить на путь и встретить непроходимую преграду, по моему мнению, Святейшему Синоду нужно предварительно рассмотреть: 1) каким актом и каким чином можно принять яковитов в общение православной церкви? 2) Можно ли сделать сие без сношения с константинопольскою церковью? 3) Надобно ли официально снестись о сем с вселенским патриархом, или довольно будет частным образом узнать его мнение, или напротив, только способствовать сближению и соглашению, а решительное присоединение предоставить так называемой великой церкви? 16 июня. Замечания митрополита Филарета на письмо ректора казанской академии архимандрита Иоанна 75 и на объяснения студентов той же академии по делу о служении панихиды по убиенным в селе Бездни 76 крестьянам Немалого труда стоило объяснить студентам политическую точку зрения паннихиды. Политический смысл ее ими не мыслим и не понимаем. Щапов 77 несправедливо почитается уволенным от академии. Ей усвояет его университетское начальство. Студенты оставляли лекции академии для лекций Булича. У своих профессоров бывают на лекциях по выбору. Булич 78 отбил у Порфирьева 79 слушателей. «Между воспитанниками академии и студентами университета заключено братство». Студенты университета нелюбимому профессору предлагают оставить кафедру, судят ректора; это передается студентам академии. Профессор университета Булич после происшествия в Бездне по расстройству духа отказался читать лекцию. Попечитель одобряет Булича. Деньги на панихиду с профессоров, с требованием подписания имени, и с народа. Профессору, не подписавшему имени, бросили деньги. Что панихида есть демонстрация против дворян, это есть неловкое прикрытие цели, а не цель. Инспектор академии на требование сведений о посещении студентами университетских лекций отвечал, «что пожалуй и напишет, но правды не может сказать, ибо приходится лгать». Слова в речи Щапова: «вот и теперь явился пророк». Священник Яхонтов на ектении: «избиенных за свободу». Ректор о Щапове: со вступления в университет «редко и весьма неисправно посещал академические лекции». Жалоба Щапова на студентов, и их на него, походить на сказку. Студенты его хвалят и говорят, что он в академии пользовался полным уважением. Что студенты университета на себя принимают вину панихиды, это доказывает тесную связь их с студентами академии. «Ректор называет наше богослужение болтливым». Бессовестно говорит ректор, что (понятий) о политике у студентов не было. 19 июня. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А. И. Толстому, по поводу сведений с Востока Препровожденные ко мне, от 13 дня сего июня, (№ 3447), сведения: 1) о виддинском митрополите Паисии и 2) об изменении администрации Афона, при сем возвращаю. О сих, и многих сведениях с Востока, трудно сказать что-нибудь, кроме изъявления печали; потому что видно не только недоброе положение дел, но и закрытие путей к лучшему. Если патриарх вселенский признал действия митрополита Паисия неправильными, и образ жизни его предосудительным, и обещал переменить его, но потом, противореча себе, отказался от сего: то какое убеждение может быть для него сильно, когда у него и собственное убеждение не имеет действия? Однако не составить ли виддинская паства просьбу, и не представить ли патриарху чрез российского посланника? Справедливо афонские монахи возопияли против вмешательства Гусни-паши в управление их монастырей; но не сами ли некоторым образом привлекли на себя сию беду и приготовили препятствие и к избавлению от нея? Для чего вздумали они опираться на западную силу, как некогда израильтяне на Египет? Для чего нашлись между ними переметчики к английскому покровительству? Для чего не довольно берегли они свою древнюю простоту и скромность, которве служили охранением их безопасности? Вятский священник, постригшись в Афоне, пришел в Россию, начал писать об Афоне языком журналов 81 , возбудил внимание, изданием книг и сбором доставил в Афон много денег; удача произвела множество подражателей; с разрешения и без разрешения правительства ходило и еще ходить по России множество афонских сборщиков, пользуясь благочестием россиян, не для нужд только, но для ненужного монахам великолепия, так что иногда в один раз привозили на Афон несколько пудов серебра для украшения икон. В России некоторые изъявляли опасение, что этот вид богатства на Афоне возбудит алчность турок; и они изыщут средства наложить руку на оное. Это и делает теперь Гусни-паша, употребляя себе в пособие сказку о русской артиллерии на Афоне. Должно надеяться, что российское посольство, уже согласившее турецкого министра восстановить в Афоне древний порядок управления, настоять на приведении сего в исполнение. С совершенным почтением и преданностию имею честь быть вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейшій слуга. 19 июня. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, по делу об избрании начальницы в новооткрытый дивеевскій женскій монастырь. Из конфиденциального отношения вашего сиятельства, от 14 дня сего июня, (№ 3448), полученного мною 18 дня, с прискорбием узнал я, что обстоятельства избрания начальницы в новооткрытый дивеевский монастырь должны подвергнуться официальному дознанию, и что таким образом подвергнется пересмотру действование преосвященного Нектария 83 , о котором я, узнав его по случаю проезда его чрез Москву, возымел добрую для церковного управления надежду. Но нельзя отрицать справедливости замечания, сделанного в письме г. Карамзина, что при открывшейся уже неблагоприятной гласности о сем деле, оставление его без правильного дознания представилось бы невнимательностью высшего духовного начальства к происходящему в его ведомстве. Сего требует и самая справедливость, если подлинно 400 сестер, и в числе их первоначальницы сего учреждения и непосредственные ученицы основателя его старца Серафима, довольны своею начальницею, и умоляли преосвященного не переменять ее, а переменить ее согласились только 40. А что это так было, о том трудно усомниться, потому что о сем согласно говорят несколько очевидцев. Положим, что некоторые обстоятельства записки г. Мотовилова не внушают к ней доверия, потому что представляют признаки неспокойного духа; но в вышесказанном она согласна с письмом г. Карамзина, которое представляет признаки беспристрастного изложения происшествия и обстоятельств, несомненно известных. Соглашаюсь с мнением, что дело это не такой степени, чтобы для исследования его нужно было послать архиерея и действительного статского советника, управляющего синодальною канцеляриею; притом чрез сие много увеличилась бы гласность. Но как на дело сие многие благорасположенные к дивеевской обители обращают внимание, с противоположными воззрениями и желаниями, то со стороны Святейшего Синода требуется особенное внимание, чтобы достоверность и несомненность предполагаемого обследования была обеспечена предварительным распоряжением. И потому нужно, чтобы к назначаемому для сего архимандриту присоединено было светское доверенное лице от Святейшего Синода или от вашего сиятельства. Что касается до возлагаемого на меня Святейшим Синодом поручения назначить для сего архимандрита, для сего не имею в виду многих кандидатов, частию потому, что некоторые архимандриты крепко привязаны к своим должностям как например, к училищным, частию потому, что, по милости Божией, московское духовенство, за немногими исключениями, не склонно к судебным спорам и не представляет многих случаев к образованию делопроизводственной опытности. Полагаю назначить даниловского архимандрита Якова 84 , уже не раз исполнявшего подобные поручения правильно и беспристрастно. Дело по отношению г. министра императорского двора 85 , со всеми полученными при нем приложениями, при сем возвращаю. С совершенным почтением и преданностью имею честь быть, вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, К письму этому приложены были два дополнения: I. По уважению к сану преосвященного, желательно, чтобы архимандрит следователь не обращался к нему ни с каким вопросом по делу. Но может случиться, что впоследствии времени преосвященный представит дело с такими обстоятельствами, по которым следствие окажется неполным или неудовлетворительным. Посему, не признает ли Святейший Синод нужным, в указ преосвященному нижегородскому включить предписание, чтобы он с ближайшею почтою донес, каким порядком и с какими обстоятельствами происходило открытие Дивеевского монастыря, и избрание в оный начальницы? Вопросы, какие из сего донесения могут родиться и потребовать дознания, могли бы немедленно быть обращены к назначенному следователю. Писанное сего дня к вашему сиятельству нужным почитаю дополнить. Имев случай приметить, как архимандрит Иаков и г. Олферьев внимательно и согласно действовали по казанскому делу 86 , я пожелал бы соединения их в поручении Дивеевском. Но вот обстоятельство, которое становится решительною к сему преградою. Княжна Аникиева, которая есть главное лице стороны, по выражению г. Карамзина, фантастической, оказывала некогда попечение о воспитании г. Олферьева; и он называет ее матерью. Это я слышал от других; а то знаю непосредственно из уст его, что он прежде дознания склоняется своим мнением на сторону своей благодетельницы. Итак, если бы он употреблен был по сему делу, то мог найтись в затруднении пред своею благодетельницею, в случае раскрытия дела, несогласного с ее мыслями, а противоположная сторона имела бы повод наводить сомнение на его беспристрастие. 22 июня. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, о предполагаемом издании журнала «Архив и исторический вестник западной и юго-западной России» Учитель могилевской семинарии Ксенофонт Антонович Говорский, в мае 1861 г., представил обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, записку и при ней проект издания журнала: «Архив и исторический вестник западной и юго-западной России». Митрополит Филарет, которому были доставлены означенные документы, писал, по этому поводу, к графу А.П. Толстому следующее: Возвращаю записку и проекты г. Говорского. Сведения и соображения его весьма достойны внимания; а потому и проекты. Может быть сомнение в том, довольно ли найдется деятельных сотрудников, а также и средств, чтобы предполагаемый журнал имел достаточную привлекательность, силу и влияние на общество. Мне не представляется возможности достаточно обсудить сие. 24 июня. Резолюция митрополита Филарета на представлении конференции московской духовной академии, от 13 июня, 1861 г., за № 18, с отчетами цензурного комитета о рассмотренных им, в течение мая, сочинениях От 13 июня, за № 18, конференция московской академии представила на усмотрение митрополита Филарета отчет цензурного комитета о рассмотренных им, в течение мая, сочинениях. На представлении митрополит написал: Июня 24. В майской книге Православного Обозрения, в переводе книги Иова, на странице 9, сделано такое замечание, которое показывает, будто Богодухновенный писатель Иов держался мифологии. Какую пользу принесет реестр неизвестных на русском сочинений Бунзена? А между тем он бездоказательно бросает тень сомнения на послания Игнатия Богоносца , которых только три из семи признает подлинными Бунзен. Сии замечания передать московскому отделению цензуры 89 . 30 июня. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с мнением о пермской семинарии Обер-прокурор Св. Синода, граф А.П. Толстой, препроводив при отношении, от 26 июня, 1861 г., за № 3720. к митрополиту «Филарету производившемуюся в канцелярии обер-прокурора переписку о беспорядках в пермской семинарии, просил митрополита сообщить, по важности обвинений падавших на воспитанников той семинарии и семинарское начальство, – заключение по сему делу. На отношении этом рукою митрополита сделана отметка: «Июня 30. Отвествуется с запискою» Возвращаю дело о пермской семинарии. Мои по оному мысли изволите усмотреть в прилагаемой при сем записке. В такой форме принужден я писать потому, что, имея нужду писать поспешно, пишу не четко: записку же удобнее дать переписать нежели письмо. Гефсиманский скит. Июня 30, 1861 г. Горько печальный вид представляет пермская семинария. Если она такая, какою показывают ее наставник Моригеровский 90 , ученик Шишов и дело арестанта Моригеровского, то заразившее всю ее неблагонравие, своеволие, соумышление против начальства мало подают надежды на ее исправление. Может быть лучше закрыть ее, и потом вновь составлят понемногу, с осторожным выбором материалов. Но такова ли она действительно? Худве вести пришли из худых рук. И Моригеровский и Шишов описывают ее, как нужно им для их целей. К сожалению, многому трудно не доверять. Моригеровский стоить за учеников против начальников. Но что же говорить? – Ученики жалуются на долгую церковную службу; и «боятся даже вспомнить о приближеніи праздника». Хороши ученики духовного училища! Конечно, не выдумана, а действительно списана надпись «смиренного Дорофея ректора» на ученическом журнале, в которой он оправдывается против пасквильного письма, и потом увещевает учеников. Но эта надпись доказывает, что пасквильное письмо было, что начальство семинарское не открыло виновных, что оно не умело действовать и выбилось из сил. Не ясно ли распространение между учениками соумышления против начальства, когда ученики не только добровольно объявляют свое согласие с мыслями пасквильного письма, но и усиливаются, чтобы сие объявление было принято? После сего трудно не верить и тому, что́ говорит Моригеровский о каменьяx, направленных в начальство. Ученик Шишов, едва ли не есть машина, которую движет скрытая рука и, может быть, пишет клевету. Но какое гнусное направление открывается в учениках, когда они о деле позорном в себе и опозоривающем семинарию прибивают объявления на улицах! Какая ябеда, когда они сами написали, неточные или ложные показания свидетелей, и обратились не к епархиальному начальству 91 , а к светскому! Вероятно, духовно-учебное управление поспешит послать доверенное лицо искусное и энергическое, чтобы внимательно обозреть дела и личности пермской семинарии, дабы можно было определить, что делать с ними и с нею. 7 июля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, по делу о возобновлении купола над храмом Гроба Господня Святейший граф, милостивый государь. Предостережение хранить тайну о куполе получил я к должному исполнению. О подобных предметах я говорю только по публичным печатным известиям. От Петра Ивановича 93 услышал я мнение владыки новгородского и ваше, чтобы купол исправила одна Россия. Это было бы прекрасно, только надежно ли? Три исхода может иметь дело: Лучший – исполнение одною Россиею. Посредственный – Россиею и Франциею. Худший – впадение в прежние прекословия и затруднения. Если дело исправится к посредственному, с условиями, о которых я писал; на слово России и Франции можно получить благоприятный ответ, прежде нежели вмешаются другие державы, и дело сделано. Если одна Россия скажет слово; Порта не даст согласия, не снесшись с другими державами, и таким образом возобновятся прекословия и затруднения, останавливавшие дело прежде, и обещание, что нехристианская держава будет строить важнейший христианский памятник. Итак, мне думается, что вы, не желая избрать посредственного, и домогаясь лучшего, впадете в худшее. Рассудите, принять ли вам на себя ответственность за последствия вашего строгого стремления к лучшему. 7 июля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с просьбою уведомить, кто из чиновников будет назначен для обследования обстоятельств избрания настоятельницы в дивеевском монастыре Секретным указом Святейшего Синода от 29 июня сего 1861 года (№ 3) предписано мне назначить архимандрита для обследования обстоятельств избрания настоятельницы в дивеевском монастыре, вместе с чиновником, по назначению от вашего сиятельства. Посему долгом поставляю покорнейше просить от вашего сиятельства уведомления, кого благоугодно вам будет для сего назначить, и когда назначенный может прибыть в Москву, дабы сообразно с сим мог я дать надлежащее предписание архимандриту. С совершенным почтением и преданностию имею честь быть, вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, 7 июля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, о праздновании 3 июля Вы угадали, – чего не ожидал я, – что братия московской церкви доброжелательно вспомнили третий день июля, возвращающийся ко мне в четыредесятый раз, и отсутствующего для Москвы приняли труд найти в лавре. Примите искреннюю благодарность мою за ваше благосклонное в сем воспоминании участие. Не о поздравлениях с четыредесятилетием, но об ответе за четыредесятилетие должен я помышлять; но добрые желания приемлю с утешением, потому что в них есть молитва, а она и потребна, и полезна. Призывая вам благословение Божие, с совершенным почтением и преданностию, имею честь быть, вашего сиятельства, покорнейший слуга, 25 июля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с мнением по представленному архимандритом Иаковом и обер-секретарем Святейшего Синода Олферьевым отчету о произведенном ими дознании относительно служения студентами казанской духовной академии панихиды по убитым в селе Бездне и говоренной при этом бакалавром оной Щаповым речи Граф А. И. Толстой, при весьма секретном отношении, от 14 июля, 1861 г., за № 1069, препроводив в исполнение высочайшей воли к митрополиту Филарету составленный архимандритом Иаковом и обер-секретарем Святейшего Сунода Олферьевым отчет в произведенном ими в Казани дознании о совершении студентами тамошней духовной академии паннихиды по убитым в селе Бездне и говоренной при этом бакалавром оной Щаповым демократической речи, – просил заключения по сему предмету. Во исполнение высочайшей воли, при весьма секретном отношении вашего сиятельства, от 14 дня сего июля, (№ 1069), препровожден ко мне отчет следователей по делу о паннихиде по убитым в Бездне, и требовано от меня заключение. В деле сем заключаются и требуют отдельного разсмотрения два дела: О совершении паннихиды и прикосновенных к сему, и о состоянии казанской академии. I. Главный вопрос, без разрешения которого нельзя определить достоинство действий лиц, есть следующий: панихида была ли чистым действием, которого побуждением были человеколюбие и набожность; или церковное действие было злоупотреблено, чтобы произвести гражданскую демонстрацию против дворянства, или даже политическую против правительства? Многие обстоятельства по необходимости ведут к заключению, что это не было чистое набожное действие, а манифестация. 1) Бакалавр Щапов говорит, что он предполагал сказать речь на какой-либо могиле, где сначала думали служить панихиду. Это есть намерение манифестации, чтобы она на открытом месте более была видима, потому что панихиды обыкновенно служат в церкви, и выходят на могилу собственно поминаемого, а на какую-нибудь чужую могилу не ходят. 2) По показанию священника Яхонтова, панихиду пели все студенты академии и университета; и по показанию Щапова, 400 человек в один голос пели: вечная память. И сего нет в церковном обычае: следственно это есть изысканная манифестация. 3) Щапов сам пересказывает следующие слова своей речи, обращенные к убитым: «вы пали по невинному неведению жертвою за то, что мы, служа просвещению народа, не просветили вас». Это косвенное обвинение правительства. Другие сведения о речи Щапова, которые показаны ниже, еще полнее показывают ее худое значение; и она имеет не только личное, но и общее значение, потому что присутствовавшие студенты университета выразили ей сочувствие, пропев после нее все вечную память. 4) Профессор священник Зефиров, неприкосновенный к сему делу, и потому имеющий достоинство беспристрастного свидетеля, показал, что утром 16 апреля приходили к нему два студента университета, с просьбою отслужить панихиду, объясняя, что об этом положено у них накануне на совещании, на котором были и академики, что «студенты решились панихидою выразить открыто свое недовольство против неправильного действия начальства». Священник отказался исполнить их просьбу, потому что это прямая демонстрация против правительства. 5) Священник Яхонтов и иеродиакон Мелетий оба показали, что на панихиде поминали: «избиенных за свободу и любовь к отечеству». В таком отзыве о мятежниках заключается обвинение на начальство, укрощавшее мятеж. 6) Кладбищенский священник Бальбуциновский, который показал себя участвовавшим в панихиде по незнанию обстоятельств и самого происшествия в Бездне, заслуживает преимущественное в своих показаниях доверие пред священником Яхонтовым и иеродиаконом Мелетием, как явно виновными. Священник Бальбуциновский показал, что во время вечерни священник Яхонтов просил у него позволения служить панихиду по убиенных родственниках; а по окончании вечерни два студента университета просили и его Бальбуциновского принять участие в панихиде по убиенных родственниках. Из сего видно, что и Яхонтов и студенты сознавали в панихиде незаконную манифестацию, и опасались отказа в совершении ее, а потому и прикрыли незаконность ложным указанием на родственников. 7) Если к сему присовокупить неофициально собранные следователями сведения, что студенты университета производили на панихиду и в пользу семейств убитых мятежников денежный сбор с профессоров и с публики; что одному из профессоров, давшему деньги, но не хотевшему подписать своего имени, бросили деньги; что один дал рубль не по желанию, а потому, что против силы устоять трудно, что простой народ на улицах сзывали на панихиду; то очевидно, как старались манифестацию усилить и расширить. Такая манифестация, если, как говорят в ее извинение, была направлена против дворянства, и в сем случае противна благочинию, предосудительна и противузаконна, оскорбляя сословие, пользующееся особенными преимуществами в государстве; но еще более достойна осуждения, быв направлена к распространению в народе неудовольствия против правительства. II. Из духовенства наиболее прикосновенный к делу панихиды есть священник Яхонтов. Он первый по показанию кладбищенского священника просил себе позволения совершить панихиду. Хотя священник Яхонтов не признается в сем, но он свои показания лишает доверия своими противоречиями и несообразностями. Во втором показании он говорит, что отказался служить панихиду; но сие опровергается тем, что в первом показании он сего не говорил, и тем, что панихиду действительно служил; ибо если бы подлинно отказался, ничто не препятствовало ему устоять в своем отказе. После того как священник кладбищенский в возгласе поминал более простою формулою «вновь убиенных», священник Яхонтов, когда очередь дошла до него, выдумал свою политического значения формулу: «убиенных за свободу и любовь к отечеству». Обе сии формулы показал сам священник Яхонтов в своем собственноручном допросе. Сознавая предосудительное значение своей формулы, он употребил изворот: «полагая выразить по делу о свободе». Но это иное дело, а притом о судебном деле и не было приличия упоминать в церковном богослужении. Также недобросовестно усиливается он оправдать свою формулу тем, что «желал примениться к церковной форме относительно поминовения»; ибо в церковной форме никогда не говорится о свободе, и церковная форма: «о всех за веру и отечество живот свой положивших», нелепым образом представляется в образец для поминовения убитых мятежников. Священника Яхонтова одобряет инспектор академии 97 но сей не заслуживает доверия по собственному его показанию, что в случае требования от него письменного объяснения «правды не может сказать, ибо приходится лгать». Помощник же инспектора признает священника Яхонтова неблагонадежным; а следователи видят в нем лукавство и недобросовестность, что и дело показывает. Когда телеграммой 20 апреля доведено было до высочайшего сведения, что два монаха, совершавшие панихиду, вредны, тогда состояло высочайшее повеление заключить их в соловецкий монастырь. Теперь открылось, что под названием двух монахов указаны были священник Яхонтов и иеродиакон Мелетий. И обстоятельства дела показывают, что вышеозначенное высочайшее повеление должно быть применено к священнику Яхонтову, с тем, чтобы он в соловецком вразумляем был к исправлению образа мыслей его и нравственных расположений, чтобы о успехе в сем были срочные донесения Святейшему Синоду, и чтобы по исправлении Святейший Синод дал ему соответственное назначение. Принятие же его в академию было бы несообразно с достоинством академии. III. Иеродиакон Мелетий, другой действительно монах, указанный телеграммой, в степени виновности недалеко отстает от священника Яхонтова. По собственному показанию Мелетия, он прежде панихиды слышал от студентов университета следующие слова: «помещики пили за убитых шампанское, а мы хотим молиться за погибших». Следственно, Мелетий прежде начала панихиды знал, что это будет не молитва, а студенческая демонстрация против дворян, и однако же принял в панихиде участие. Мелетий усердно старался о панихиде, он взял требник и подал студентам университета. Но он говорит (и это не опровержено), что на ектениях поминал «убиенных рабов Божиих», тогда как священник Яхонтов «убиенных за свободу и любовь к отечеству». Следственно, в сем случае Мелетий не следовал политическому оказательству священника Яхонтова. Мелетий согласно одобряется начальниками и наставниками академии, а также и ревизовавшими, которые полагают, что он участвовал в панихиде по уступчивости характера. Посему не благоугодно ли будет Святейшему Синоду предоставить его высочайшему милосердию, чтобы он послан был не в соловецкий, а в один из монастырей ближайших епархий, на том же основании, на каком священник Яхонтов в соловецкий. IV. Вид возмутительной демонстрации сообщил панихиде особенно бакалавр Щапов своею речью. В совершенную противность и обычаю, и церковным правилам он, светский человек, в светской одежде, стал пред алтарем, на амвоне, где читается Евангелие и произнес возмутительную речь. И священника Яхонтова, и Мелетия, и студентов академии нельзя не подозревать в ложном показании, когда говорят одни, что ушли прежде речи, а другие, что не расслышали. Эта необычайность, без сомнения, возбудила сильное любопытство и внимание; и расслышать было легко в небольшой церкви. Но казанский губернатор в телеграмме 20 апреля пишет: «мне речь известна отрывками, что учение Христа было демократическое, умер за свободу, как «умирают теперь, как братья труженики удобрили своею кровию ниву». В списке речи, доставленном следователям от полиции, сказано: «други нечеловеколюбиво убиенные! Сам Христос возвещал народу искупительную свободу, братство и равенство во времена римской империи и рабства народов и по пилатовскому суду кровию запечатлел свое демократическое учение». В другом списке той же речи, полученном следователями иным путем, сказано то же самое. Итак по сим трем согласным свидетельствам и признанию самого Щапова нельзя сомневаться в том, что речь Щапова заключала с одной стороны неумный и возмутительный протест против действий правительственного правосудия, с другой искажение учения Христова, которое из духовного, нравственного и душеспасительного Щапов превращает в политическое, демократическое. При воззрении на образ мыслей и действий не уволенного еще от академии бакалавра Щапова собственно со стороны духовного ведомства, и с справедливостию и с целью отстранить вредный пример, согласным представляется удалить его из академии и из духовного звания; и, так как он обнаружил превратное понятие о учении Христовом, несовместное с истинною верою, то подвергнуть его вразумлению и увещанию в монастыре, по распоряжению Святейшего Синода, если не встретится тому препятствия. Со стороны же собственно политической, действия Щапова подлежат рассмотрению и определению не духовного начальства. V Отношение 37-ми студентов академии к панихиде не довольно выяснено, не по недостатку внимания следователей, но по препятствиям, которые им встретились. Ректор академии, в отношении 10 мая, пишет, что он 16, 17 и 18 апреля допрашивал студентов, но это не послужило к открытию истины, потому что слова их не записаны. Ректор сам говорит за них в означенном отношении, что они торжественно протестуют против всякого нарекания на них. Потом он принял одно за другим два письменные объяснения от всех вместе, и даже небывалый в подобных делах акт-адрес. Таким образом не начальство производило законное дознание, а студенты вели дело, как им рассудилось; очевидно, что такое действование более способно затмить, нежели открыть истину дела. Следователи спрашивали студентов порознь: и они показали, что присутствовали при панихиде без особого намерения; но при сем уже неудобно определить, точно ли сии показания выражают личное убеждение каждого, а не условленное в написанных ими прежде общих объяснениях. Священник Зефиров со слов двух студентов университета говорит, что о панихиде положено у них накануне на совещании, на котором были и академики. Но это свидетельство по слуху не имеет полной законной силы, и могло случиться, что студенты университета представили академиков соучастниками, чтобы лучше склонить священника к панихиде. Ректор, в отношении 10 мая, пишет, что студенты не понимали политической точки зрения на панихиду, доколе он не раскрыл им всего значения панихиды. Трудно представить, чтобы из 37 студентов ни один не понял, что панихида университетских студентов по убитым крестьянам-мятежникам не есть дело просто церковное, и что это дело предосудительное, что поминовение убиенных за свободу и любовь к отечеству есть превращение мятежников в патриотов и следственно оскорбительно для правительства. Необыкновенный в сем деле случай представляет написанное на имя внутреннего академического правления объявление девяти студентов университета о том, что студенты академии были сторонниками при панихиде. Ректор академии принимает сие к оправданию студентов академии; напротив сие подвергает их сомнению. Трудно представить, чтобы студенты университета не призванные вторгались в постороннее ведомство для оправдания студентов академии, если бы последние первым были совершенно чужды, и если бы не были в близких отношениях некоторые студенты академии с университетскими. Следователи замечают, что между воспитанниками того и другого заведения существует тесная связь; что связи сей не отрицает и ректор; что, по одному конфиденциальному сведению между воспитанниками академии и студентами университета в последнее время заключено братство. Незаконную и неблагоприятную для благоустройства академии черту в деле студентов ее представляет еще то, что они действовали скопом, так что некоторые лица вопреки справедливости подписывали общие бумаги. Так Миловский при отдельном вопрошении показал, что был в церкви не более 7 минут, и вышел до окончания панихиды; а Тихов показал, что не знал по ком панихида, и узнал уже после в академии. Сии студенты сими обстоятельствами могли бы оправдываться, как непричастные тому, что было незаконного в панихиде; но они, конечно, уступая скопу, подписали общее объяснение студентов, в котором сказано, что они присутствовали при панихиде, движимые состраданием к убитым крестьянам. Студентов на панихиде было 37; но адрес подписали 44, следственно 7 привлечлены были посторонние делу для того, чтобы числом подписавших усилить скоп. По соображении всего здесь изложенного о 37 студентах казанской академии составляется убеждение, что некоторые из них подлежат подозрению в принятии участия в незаконной панихиде не без предварительного сведения и соглашения с студентами университета; все же они виновны в необдуманном и опрометчивом участии в деле, которого незаконность, по крайней мере отчасти, была для них видима, и в том, что свое неправое дело защищали неправильными средствами. Справедливость и снисхождение к ним были бы соединены, если бы положено было при настоящем окончании академического года в списке поведения поставить их во втором разряде, с тем впрочем, чтобы сие не было преградою для получения степеней магистра и кандидата тем из них, которые в следующем году окажутся достойными по успехам в науках и по поведению. Что касается до тех семи, которые вмешались в чужое дело и подписали адрес, до них непринадлежащий, предоставить местному начальству взять от них по сему объяснение и поступить сообразно с тем, что окажется. VI. Поступки кладбищенского причта могут быть предоставлены рассмотрению епархиального начальства. VII. Наконец, невольно рождается вопрос, как согласовать то, что (по) делу, за которое студенты академии подвергнуты ответственности, виновниками открыто объявляют себя студенты университета, и остаются без всякой ответственности? По сему вопросу духовному ведомству принадлежит не суждение, а только удивление. О состоянии казанской академии обозревавшие сделали наблюдения и собрали сведения столь знаменательные, что простое чтение оных без особых исследований дает немаловажные заключения. I. Как учащие, так и учащиеся во многом отступили от обязанностей, возлагаемых на них уставом заведения, и во многом допустили нарушение порядка и благочиния. Следственно состояние академии вообще неудовлетворительно. II. «Обязанность ходить к общественному богослужению исполняется в последнее время, как следует, немногими студентами; прочие же или не ходят в церковь , или ходят, но не за тем, за чем должно. Начальники академии все это знают, и, когда бывают в храме, видят, однако оставляют без внимания». «Богослужение, при всем сокращении, совершается кое-как». «Частных молитв утренних и вечерних с 1860 года, за исключением времени пребывания ревизоров, по настоящее время вовсе не было». Студенты, в стенах академии, вечером, на третий день пасхи играли комедию «Ревизор», сделав декорации из казенных простынь, не смотря на противоборство эконома. «Не смотря на великие дни поста и говение, твердить роли начали с великого четверга». Сего довольно, чтобы заключить, что отношение академии к обязанностям религии неудовлетворительно. III. «В классы вообще немногие ходят и нередко не более двух или трех человек из отделения». Профессор академии Порфирьев высказывал сожаление, что Булич совершенно отбил у него слушателей. (Булич есть профессор университета, которого начальник округа жандармов почитает вредным человеком). Бакалавр Щапов, но прикомандировании его к университету, «редко и весьма неисправно посещал академические лекции». Все наставники академии написали жалобу на несправедливые и вредные для академии распоряжения и оскорбительное обращение ректора; например, профессора Ильминского 98 , который, с большим трудом, посредством путешествия на восток для изучения арабского и татарского языков, приготовился было для миссионерского отделения академии. Ректор, произвольным перемещением на кафедру математики, принудил выйти из академии, и из духовного звания. Потеря немалая и невозвратимая. Из сего видно, что состояние учебного управления академии неудовлетворительно. IV. Студенты ложатся спать и встают, когда хотят, «им не воспрещается отлучаться, куда и когда хотят, будет ли то, время богослужения, или классов, или время ночи». «Студенты иногда возвращаются в академию в позднюю пору, и не всегда трезвые». «В образе мыслей и жизни их заметна вольность». Из сего видно, что нравственное управление академии неудовлетворительно. V. Преосвященный Никодим 99 о ректоре академии архимандрите Иоанне отозвался, что он «человек ученый, и с счастливыми талантами, но, к сожалению, держит себя отдаленно, надменно и повелительно. Полагаю, что сие охлаждает жизнь академии». «Ректор вовсе не участвует в богослужениях архиерейских». – Недостаток покорности. «Ректор называет наше богослужение болтливым». – (Это говор, сказано в переводном комитете, и не исследовано; впрочем уже то, что сие рассказывают, и сему верят, обнаруживает невысокое мнение о благочестивом образе мыслей ректора.) Ректор и инспектор «не устыдились содержаться на счет студентов, пользуясь их столом и припасами, ректор сам четверть, а инспектор сам третей». (И это тогда, как ректор от одной редакции получает более 3.000 руб.) По мнению большинства лиц, знакомых с академиею, при ректоре Иоанне «академия незаметно стала становиться на ложный путь». «Преосвященный архиепископ Афанасий 100 изволил отозваться, что нынче дух везде нехорош; но что, по мнению его, нет особенной надобности предпринимать что-либо важное, а не лишнее было бы припугнуть, кого следует, и, пожалуй, дать ей другого начальника». Должно согласиться с сею последнею мыслью преосвященного Афанасия. VI. «Студентам академии мудрено научиться, например, трезвости от не всегда трезвого инспектора». Следственно надобно дать академии иного инспектора. VII. «При всем том справедливость требует сказать, что заведение это не в безнадежном состоянии. В большей части студентов видна восприимчивость ко всему благому, когда внушают им доброе». Очень утешительно присоединиться к сему мнению с доверием. Донесение следователей, приложения к нему, и два дела при сем возвращаются. 30 июля. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с просьбою уведомить, кто из чиновников будет назначен для обследования обстоятельств избрания настоятельницы в дивеевском монастыре Вследствие секретного указа Святейшего Синода, коим предписано мне назначить архимандрита для обследования обстоятельств избрания настоятельницы в дивеевском монастыре вместе с чиновником по назначению от вашего сиятельства, отношением, от 7 июля сего года, № 72, я имел честь просить от вашего сиятельства уведомления, кого благоугодно вам будет для сего назначить, и когда назначенный может прибыть в Москву, дабы сообразно с сим мог я дать надлежащее предписание архимандриту. Как ответа на сие мною до сих пор не получено, то нахожу нужным вновь просить о сем ваше сиятельство, дабы указ Святейшего Синода не остался неисполненным. С совершенным почтением и преданностию имею честь быть, вашего сиятельства покорнейший слуга, № 77. Июля 30, 1861 г. 102 31 июля. Мнение митрополита Филарета о письме и объяснениях ректора казанской академии архимандрита Иоанна, по жалобе на него наставников той же академии Князь С. Н. Урусов, при весьма секретном отношении, от 17 июля, 1861 г., за № 4115, препроводил к митрополиту. Филарету, на заключение, доставленные ректором казанской духовной академии архимандритом Иоанном, при письме объяснения по жалобам на него наставников той же академии. О письме и объяснениях ректора казанской академии по жалобе наставников. Объяснения сии получены тогда, как уже написан был ответ на весьма секретное отношение, от 14 сего июля, № 1069. Там приведен был отзыв преосвященного архиепископа казанского 103 о казанской академии: «пожалуй дать ей другого начальника», и заключено, что должно согласиться с сим отзывом. Рассмотрение предлежащих объяснений должно показать, нужно ли изменить сие заключение. Долго было бы делать разбор всех объяснений. Но рассмотрение некоторых может быть достаточно для предположенной цели. 2 августа. Предписание митрополита Филарета архимандриту данилова монастыря с наставлением, каким порядком производить ему исследование обстоятельств избрания настоятельницы в дивеевский монастырь Члену консистории, данилова монастыря архимандриту Якову. Во исполнение секретного указа Святейшего Синода, от 29 июня, № 3, назначаетесь вы для приведения в известность обстоятельств избрания настоятельницы в дивеевский монастырь. Консистория даст вам список с сего указа. Сотрудничествовать вам будет член общего присутствия хозяйственного управления при Святейшем Синоде надворный советник Барков. При сем передаются вам приложения при означенном указе. 1) Отношение г. министра императорского двора. 2) Записка г. Мотовилова. 4) Записка неизвестного лица. 5) Донесение преосвященного Нектария, от 1/12 июня, № 4454. 6) Выписка из определения Святейшего Синода, от 28 июня, № 1408. Приложения сии должны быть возвращены мне по исполнении поручения. Подробности вашего действования должны определиться по мере открытия обстоятельств и сведений на месте; но первые правила могут быть следующие: I. Как нужно спросить сестер, а их много, то прежде всех можно спросить тех шесть, которве первоначально поступили в общежитие при основателе оного отце Серафиме; а потом обратиться к 48 следующим за первыми, как указано в записке г. Карамзина. 1) Каким порядком происходило избрание, как подаваемы были голоса, просило ли большинство сестер об оставлении настоящей начальницы? 2) По требованию преосвященного были ли избраны три кандидатки, кто именно? и, как известно, что большинство назначало нынешнюю начальницу, а меньшинство Гликерию: то кем назначено было третье лицо? 3) Кто написал имена, и запечатал пакеты для жребия? 4) Когда преосвященный вскрыл пакет, и в нем оказалось имя Гликерии, были ли вскрыты и прочие два пакета, для доказательства, что в них были другие имена, не получившие избрания? 5) За сим, вероятно, окажется нужным, спросить кого следовать будет, о ближайших к делу подробностях, указанных в записках. 6) Как большинство, желающее сохранить нынешнюю настоятельницу, не сделало никаких показаний против Гликерии, а опасается чрез нея видеть на монастыре иеромонаха Иоасафа, который некоторое время распоряжался дивеевским общежитием, то нужно из письменных документов общежития и из беспристрастных показаний составить сведение, были ли его распоряжения полезны и благотворны для общежития. 7) На случай, признается не излишним предварить вас, что немедленно по прибытии на место вы должны обратить внимание на то, исполнен ли указ Святейшего Синода о том, чтобы монастырь оставался под управлением нынешней настоятельницы, а не Гликерии, и если бы оказалось, что не исполнен, то вы должны уведомить меня о сем немедленно, не отлагая до конца вашего дела. 8) Для точности не излишне составить три именные реестра сестер: 1) Объявивших желание иметь прежнюю настоятельницу. Реестры должны быть составлены в присутствии следователя. Умеющие писать, могут написать свои имя и сан. 10 августа. Письмо митрополита Филарета к князю С. Н. Урусову 107 , с мнением об отчете по обозрению киевской академии и некоторых семинарий Сообщенный мне обер-прокурором Святейшего Синода, графом Александром Петровичем отчет по обозрению киевской академии и некоторых семинарий при сем возвращаю. При чтении оного, мне встретились мысли, которые, может быть, не излишним было бы отдать на соображение; но я, не имея времени писать, и теперь не имею времени к сему возвратиться. Например, едва ли одобрительны темы: поучение во время скотского падежа; поучение в проводы; поучение к домохозяевам о обращении с работниками; поучение матерям о воспитании (где проповедник встретить матерей без отцов?); поучение при освящении усадьбы; поучение по случаю государственных недоимок; поучение о нетрезвости женщин (разве мужчинам это не нужно?); поучение о дурном обычае давать детям хмельные напитки. Кто и где будет говорить такие поучения? Говоря о таких мелочах не впадет ли проповедник в мирские полемики, вместо чистого нравственного учения? Заслуживает внимания мысль одного смотрителя училища, чтобы соединить у одного наставника предметы сродные, например русскую и славянскую грамматику. В сем случае наставник преподавая русскую грамматику в то же время мог бы указывать на славенскую и обратно; и конечно понимание было бы лучше и успех больше. Катанье на горах не лучшее движение для семинаристов. За строение гор надобно заплатить деньги, для поддержания их поливанием, вероятно, падет работа на служителей; движения не много. Есть способы телодвижения простее и действительнее. 14 августа. Письмо митрополита Филарета к исправляющему должность обер-прокурора Святейшего Синода, князю С.Н. Урусову, по делу о дивеевском монастыре Сиятельнейший князь, милостивый государь. 4 дня сего августа дано было знать в Петербурге назначенному для исследования о дивеевском монастыре надворному советнику Баркову, а 5 дня мне, в Москве, что Святейший Синод слушал донесение преосвященного нижегородского о неисполнении им указа Святейшего Синода и о сделании своего распоряжения, и что я немедленно получу по сему предмету предписание Святейшего Синода, нужное к соображению следователей. Прошло десять дней; но предписания мною не получено. Между тем преосвященный нижегородский, от 11 июля, писал к вашему сиятельству, что, по секретному дознанию, настоятельница дивеевская для спасения ее души должна быть удалена из сего монастыря (а это значит, что она подвержена тайным порокам), и в то же время писал, что намерен сделать ее настоятельницею в другой обители. Чтобы понять это противоречие, необходимо признать первое клеветою; ибо нельзя полагать, чтобы преосвященный решился порочную женщину сделать настоятельницею обители. Но теперь идет дело о том, чтобы клевету обратить в истину. По распоряжению преосвященного, благочинный Розов спрашивал настоятельницу Елисавету (которую он в противность указу Святейшего Синода называет бывшею), часто ли бывает у нее саровский строитель и иеромонах Таков, и часто ли посещал ее келью фельдшер Максимов. (Она отвечала, что строитель бывал у нее два или три раза в год, по нуждам обители, и что фельдшер, честный человек, приглашенный еще предшественницею ее, бывает провожаем в келлии только по нуждам на короткое время). Что будет, если синодальные следователи начнут свое следствие, а благочинный Розов тут же будет продолжать свое? Из сего изволите усмотреть, что такой незаконный ход дела ведет не к открытию истины, но к позору саровской и дивеевской обители и монашества вообще. Поелику Святейшему Синоду благоугодно было вести сие дело чрез меня, и требовать моего заключения; то я не исполнил бы своей обязанности, если бы не обратил внимания вашего сиятельства на вышеизложенное, дабы впоследствии не сделалось неизбежным заключение, что запутанность дела увеличена медленностию в Святейшем Синоде. № 83 августа 14, 1861 г. 109 18 августа. Донесение митрополита Филарета Святейшему Синоду по делу об избрании начальницы в дивеевский монастырь От Данилова монастыря архимандрита Якова и надворного советника Николая Баркова получил я сведение, что они, на место следствия в Дивеев монастырь прибыв, в 10 день августа, нашли, что монастырь находится под управлением рясофорной монахини Гликерии, а бывшая настоятельница, Елисавета Ушакова, устранена и остается в числе сестер того же монастыря. Из сего видно, что преосвященный нижегородский не оказал повиновения указу Святейшего Синода, и что тем причиняется затруднение следователям, которые по силe указа Святейшего Синода должны признавать настоятельницу Елисавету, а встречать на деле не признанную Святейшим Синодом начальницу Гликерию, что запутывает сношения и может отнять свободу сестер в показании истины. Долгом поставляю донести о сем Святейшему Суноду и испрашивать в разрешение указа. № 84. Августа 18, 1861 г. 110 20 августа. Замечания митрополита Филарета на проект об исправительных монастырях, в кои могли бы быть отсылаемы на известное время преступники духовного и светского званий О проекте исправительных монастырей I. Чтобы помещения посылаемых в монастыри отделены были от братских келий, имели особые дворы, и заключаемые не могли иметь свободного общения с братиею и людьми посторонними, – сему едва ли может удовлетворить какой монастырь, кроме кириллова. II. Подлинно ли в петербургской епархии мало посылаемых в монастырь? III. 41 епархия относительно заключаемых в монастыри лиц женского пола оставляются в настоящем положении. IV. Что, если бы в никандровой обители, как в кирилловской, нашлись отдельные здание и местность для заключаемых. Тогда представилось бы не препятствие, а удобство. Тот же вопрос не может ли быть обращен и к некоторым другим обителям? V. Если к 10 часам занятий для заключенных в монастырь присовокупить три часа для утрени, полтора для литургии, час для вечерни, час для обеда и ужина; то не мало ли останется времени для келейной молитвы и для отдыха? VI. На монастыри возлагаются бремена, которые большая часть из оных едва ли могут понести. Например, для каких-нибудь десяти заключенных особая церковь , и следственно потребное число служащих в ней. В женских монастырях два священника, и они ежедневно заняты служением ранней и поздней литургии. Кто же будет служить в церкви арестанток? VII. О неисправном и не исправляющем епитимию лицe светского звания доносится архиерею, и в то же время дается знать судебному следователю. Поэтому следователь придет и сделает, что ему вздумается, прежде архиерейского распоряжения; и дело может запутаться. VIII. Новые правила о посылаемых в монастыри с одной стороны облегчают, а с другой налагают более тяжкие обязанности. Не за что требовать от монастырей воздаяния; налог на монастыри для построения и содержания зданий будет тяжел. Справедливо ли налагать на монастыри налог для того, чтобы имели, где жить, светские невольные убийцы, впадшие в раскол, блудники и прелюбодеи, а также и лишенные сана? IX. Правило, чтобы посылать в монастырь только обвиненных по формальному следствию, не соображено с практикою, например: священник, проливший святая, правилом удаляется от священнослужения на шесть месяцев. Но это неудобно для прихода. Потому нужна краткая, но действительная для очищения и успокоения совести епитимия в монастыре. Нет и нужды таких людей гнать от монастыря: они не отягощают его, как отягчают люди испорченного поведения. Х. Чтобы лица светские совсем не посылаемы были в монастырь, а исправляли епитимию под смотрением духовного отца, – это для большей части таковых людей равняться будет уничтожению полезного действия епитимии. В монастыре позовут в церковь , и неудобно отказываться. Священник приходский не имеет силы привести в действие епитимию, от исполнения которой обыкновенно отказываются разными предлогами. Нужно хотя кратковременное заключение в монастыре, чтобы епитимия подействовала на совесть невнимательного к себе и рассеянного грешника. XI. По новому предположению не без труда будет светскому суду разобрать, кого послать в монастырь, кого нет. Удобно ли ему знать предварительно, кто из подсудимых внесет в монастырь соблазн и кощунство? Обличенный в прелюбодеянии, есть ли благонадежный к исправлению грешник, или безнадежный развратник? Не удобнее ли было бы только дать монастырю и духовному начальству право, причиняющих соблазн в монастыре отсылать к светскому начальству, для окончания епитимии в тюрьме или в смирительном доме? XII. Но вот, что требует внимания. Каких людей лишают духовного сана? Не таких ли, которых нет надежды исправить без лишения сана? Сообразно ли признанных безнадежными к исправлению посылать в монастыри для исправления? Не нужно ли их прямо удалять из духовного звания, с обязательством не жить 7 или 10 лет в епархии, в которой служили, в отвращение соблазна от их встречи особенно с бывшими духовными детьми? Оторванные от прежних связей и знакомств, имея нужду доставать пропитание трудом, не больше ли будут иметь побуждения к исправлению, нежели в монастыре, – в готовом жилище, за готовым столом, в готовой одежде? 23 августа. Предписание митрополита Филарета члену московской духовной консистории, архимандриту Иакову, с наставлением по поводу беспорядков в дивеевском женском монастыре При указе Святейшего Синода, от 19 августа, 1861 года, за № 2603, препровождено было к митрополиту Филарету представление преосвященного Нектария, епископа нижегородского, от 3 того же августа, за № 13, о последствиях произведенного священником Розовым исследования о беспорядках в дивеевском женском монастыре, с предписанием передать сие представление назначенному произвести по сему предмету исследование лицу. На этом указе митрополит Филарет написал: «Августа 23 препровождается с наставлением». Затем, митрополит Филарет дал такое предписание архимандриту Иакову: Члену московской духовной консистории, архимандриту Иакову. Во исполнение секретного указа Святейшего Синода, от 19 дня сего августа, № 2603, препровождаю к вам донесение преосвященного Нектария епископа нижегородского, от 3 августа, в подлиннике, и предлагаю вам и сотруднику вашему: I. Истребовать подлинное дело, на котором основано сие донесение. II. Обратить внимание на то, по чьему доносу начато сие следствие, и в чем оно состояло. III. По ссылке ли ответчиц Ушаковой и Ильиной, или по чьей другой ссылке, под присягою, или без присяги, и вообще на законном ли основании спрошены свидетели. IV. Усмотреть в деле, объявлено ли следствие ответчицам, для подписания удовольствия или неудовольствия, и если сего не сделано, то объявить им оное для сего, и спросить, не имеют ли сомнения в правильном и беспристрастном производстве следствия. V. Так как преосвященный нижегородский полагает продолжать следствие, то и продолжить оное, и взять письменные показания от саровского строителя и иеромонаха Іакова по тем вопросам, которые до них касаются в донесении преосвященного Нектария. VI. Обратить внимание на то, лица, сделавшие показания против Ушаковой и Ильиной, принадлежать ли к числу тех сестер, которые избрали Гликерию, или к числу тех, которые не избирали ее. VII. Как из числа сестер, простирающегося до 500, спрошенными в донесении преосвященного нижегородского показано только до 68, то продолжить объяснение дела вопрошением и других сестер особенно старейших по вступлению в обитель, на которых и прежде вам указано было, и тех, которые преимущественно были одобряемы в ведомостях обители, и особенно на которых ссылаются ответчицы. VIII. Обратить внимание на требование дополнений, сделанное в донесении преосвященного нижегородского. IX. Как предполагаемые преосвященным отношения настоятельницы Ушаковой к разным лицам не иначе разуметь можно, как отношениями подозрительными, но это невероятно и в отношении к одному лицу, а предполагается развить подозрительные отношения Ушаковой: 1) к саровскому строителю, 2) к иеромонаху Иакову, 3) к фельдшеру, 4) к конторщику, 5) к сельскому голове, что совершенно выходит из пределов вероятности; то вопрошения о сем, по возможности, ограничить только лицами принадлежащими к двум монастырям, и не расширять далее гласности, позорной для обоих монастырей, но основанной, вероятно, на клевете. Х. Впрочем, ход дела даст вам еще указания к законному открытию истины. XI. поскольку следствие, производимое вами, доныне происходит о правильном или неправильном избрании настоятельницы, а по донесению преосвященного нижегородского должно происходить следствие о неблагоповедении Елисаветы Ушаковой и Евфимии Ильиной, и поскольку закон возбраняет в одном деле смешивать две разные материи, то последнее следствие должно производить отдельно от первого, а смотря по надобности, брать из первого в последнее копии с показаний или справки. XII. Как указом Святейшего Синода, от 2 сего августа, № 2497, преосвященному Нектарию предписано, чтобы он в точности исполнил указ Святейшего Синода, от 29 июня, об оставлении дивеевской обители под управлением начальствовавшей в общине Елисаветы Ушаковой, а начатое по распоряжению его, преосвященного, следствие о действиях Ушаковой прекратил; то, по получении сего, немедленно доставите вы мне сведение, исполнен ли сей подтвердительный указ Святейшего Синода 112 . 24 августа. Предположенные митрополитом Филаретом изображения, кои должны быть помещены на внутренних дверях храма Христа Спасителя Предположение изображений на внутренних дверях храма Христа Спасителя. Вход Господень в Иерусалим. 1) Царь Давид, держащий в руке свиток с чертежем будущего иерусалимского храма. 2) Царь Соломон, держащий на руке храм иерусалимский, в малом виде. 1) На правой стороне, ангел с хартией, написующий имена благоговейно входящих во храм. 2) На левой стороне, ангел тупым концом трости изглаждающий имена неблагоговейных во храме. Отрок Иисус во храме иерусалимском, беседующий с архиереями, книжниками и старцами. 1) Моисей, держащий кивот завета. 2) Аарон, держащий скинию свидения. 1) Св. равноапостольный царь Константин, с его знаменем, не полотняным, а изображающим крест и имя Христово на древке в одной руке, а в другой со свитком деяний первого вселенского собора. 2) Св. равноапостольная царица Елена, держащая изображение иерусалимского храма Гроба Господня. Введение во храм Пресвятой Богородицы. 1) Зоровавель, держащий изображение второго иерусалимского храма. 2) Неемия, держащий изображение Иерусалима, которого стены он восстановил. 1) Святитель Николай, на руке держащий изображение церкви. 2) Святый благоверный князь Александр с развернутым свитком в руке, на котором написано: «поклоняюся единому Богу, ему же служу». 24 августа. Письмо митрополита Филарета к министру народного просвещения, графу Е. В. Путятину 114 , о перемещении профессора московской духовной академии В. Д. Кудрявцева 115 в с.-петербургский университет на философскую кафедру Граф Е.В. Путятин письмом, от 9 августа 1861 г., просил митрополита Филарета изъявить согласие на увольнение профессора московской академии г. Кудрявцева, для занятия философской кафедры в с.-петербургском университете, так как во вверенном ему министерстве он не усматривает благонадежного для этого лица, а г. Кудрявцев в отзыве своем заявил, что, хотя он и не имеет побуждения оставлять службу при академии, как обязанный ей всем, но во всяком случае будет следовать воле митрополита Филарета. Почтенным письмом вашего сиятельства, от 9 дня сего августа, о профессоре Кудрявцеве поставлен я в великое затруднение. Не могу не отдать совершенной справедливости вашему попечению, чтобы в петербургском университете преподаваема была философия здравая, и потому естественно согласная с истиною христианскою. Утешительно мне видеть, что на профессора Кудрявцева обращено ваше внимание, с доверием и надеждою. Никак не желал бы сделаться преградою исполнению вашего благотворного намерения. Но на мне также лежит обязанность пещись, чтобы в духовной академии преподаваемо было учение философии не только здравое и чистое, но и с достаточною силою и влиянием на ум, для чего требуется профессор не только способный, но и опытный. Духовные училища постоянно испытывают затруднение от того, что наставники, по необходимости, часто переменяются, переходя в другую службу. Тем более необходимо сохранять немногих наставников, долее других остающихся в академической службе, и особенно на кафедре философии, которая менее других терпит новичка. Московская духовная академия не имеет теперь наставника, достаточно приготовленного, чтобы удовлетворительно занять место профессора Кудрявцева. Посему я не исполнил бы своей обязанности, если бы не решился покорнейше просить вас, милостивый государь, не ослаблять философской кафедры в московской духовной академии взятием от нее профессора Кудрявцева. Надеюсь, что говорю сие не против и его желания. С благодарностию к нему должен я упомянуть, что он пред сим отклонил сделанное ему приглашение на кафедру в московский университет, несмотря на выгоды сего перемещения. Как скудны средства духовной академии в сравнении со способами университета. Трудно в ней выработать нужное. Легко ее ослабить. А ослабить ее не полезно и для министерства просвещения. Она дает законоучителей высшим и средним училищам; а сии законоучители, в настоящее время, имеют нужду в значительном философском образовании, потому что лжефилософия не молчит и на кафедрах, и в печати, и в обществе. Что касается до намерения вашего сиятельства дать университету второго законоучителя, я не премину, с моей стороны, по возможности, готовиться к исполнению сей мысли, когда настанет для того время. 13 сентября. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.II. Толстому, с препровождением записки с мнением о телесных наказаниях с христианской точки зрения Обер-прокурор Святейшего Синода, граф А.П. Толстой, в отношении к митрополиту Филарету, от 5 августа 1861 г., за № 4452, писал: «Имею честь препроводить к вашему высокопреосвященству, в списках, отношение ко мне главноуправляющего II отделением собственной Его Императорского Величества канцелярии 117 , записку князя Н. А. Орлова 118 об уничтожении телесных наказаний и журнал комитета, учрежденного для рассмотрения проекта воинского устава о наказаниях. Существо вопроса об отмене или удержании телесных наказаний до духовного ведомства не касается. Но поскольку в основании предполагаемых мер приводятся соображения, почерпнутые будто бы из христианского учения, то весьма важно рассмотреть со строгостию сии соображения, подносимые на высочайшее рассмотрение, дабы обсудить, согласны ли они с учением православной церкви и не заключается ли в них каких-либо произвольных выводов. А именно, в записке князя Орлова приводятся рассуждения об ограждении «святителями всех вероисповеданий» человеческой личности, о христианском равенстве и т. д. Посему имею честь обратиться к вам, милостивый государь и архипастырь, с покорнейшею просьбою сообщить мне по сему делу ваше мнение. К сему поставляю долгом присовокупить, что трудно, кажется, согласиться с мыслями, будто для предупреждения конечной порчи народной нравственности, и для обеспечения порядка в государстве необходимо отменить телесные наказания; будто они ослабляют силу военной дисциплины, подрывая живую связь между офицерами и нижними чинами и поселяя в них чувства взаимного неуважения и нерасположения. Что же касается до слов князя Орлова, что мы недалеко от времени, когда наказания телесные будут приводить к открытому сопротивлению или к самоубийству, и что это страшная, но неминуемая крайность, то в них выражается обвинение против русского народа, несправедливость которого достаточно доказана историей». На это отношение митрополит Филарет, от 13 сентября того же 1861 года, отвечал графу Толстому следующее: Ваше сиятельство, препроводив ко мне, от 5 августа 1861 г., за № 4452, список с отношения г. главноуправляющего II отделением собственной Его Императорского Величества канцелярии, записку князя Орлова и журнал комитета о телесных наказаниях (при сем возвращаемых), требовали моего мнения, согласны ли с учением православной церкви некоторые соображения означенных записки и журнала, почерпнутые будто бы из христианского учения. Рассмотрение сего предмета изволите усмотреть в препровождаемой при сем записке: о телесных наказаниях с христианской точки зрения. При сем находится записка, писанная собственноручно митрополитом Филаретом, и озаглавленная: «Журнал комитета о наказаниях 19 апреля, 6 и 25 мая, 1861 г.», следующего содержания: Телесные наказания составляют такое в государстве зло, которое оставляет в народе самые вредоносные последствия, действуя разрушительно на народную нравственность и возбуждая массу населения против установленных властей, что телесные наказания могут быть терпимы в государстве лишь в самых необходимых случаях. Необходимо озаботиться о принятии иной системы наказаний для обеспечения спокойствия и общественного порядка в государстве. Из отзывов главных начальников губерний При наказании женщин случалось даже, что лица, совершенно незнакомые с преступницами, приходили в земский суд просить их в замужество, предполагая тем избавить их от наказания плетьми комитета. Сии наказания, не соответствуют ни достоинству человека, ни духу времени, ни успехам уголовного законодательства: ибо они ожесточают нравы, поражают в наказываемом всякое чувство чести, и если не устраняют вовсе, то, по крайней мере, затрудняют возможность нравственного его исправления. Сослано в каторжные работы и на поселение: т. е. менее десятью процентами. Изъятие в пользу лиц женского пола. Преступления женщин большею частию совершаются не из корысти, или закоренелости в пороках, а вследствие преобладающей в их природе впечатлительности и чувственности. Князь Орлов заменяет исправительные наказания розгами, во всех случаях, денежными взысканиями. О телесных наказаниях, с христианской точки зрения I. Попечение об устройстве такой системы наказаний, которая была бы направлена к цели – исправлять виновных, и противодействовать поползновениям к проступкам и преступлениям, и которая бы с тем вместе умягчала правосудие кротостию, – коснувшись пределов духовного ведомства, породило вопрос: какое может быть правильное воззрение на телесные наказания со стороны христианства? II. При рассмотрении сего вопроса, прежде всего надобно иметь в виду, что Христос Спаситель созидал церковь , а не государство. Силою внутреннего благодатного закона, Он благоустрояет внутреннюю и внешнюю жизнь человеков. Государство старается силою внешнего закона поставить в порядок, и охранить в порядке частную жизнь человека и общественную жизнь государства. III. И посему государство не всегда может следовать высоким правилам христианства, а имеет свои правила, не становясь чрез то недостойным христианства. Например, христианство говорит: хотящему судиться с тобою, и (посредством неправды в суде) ризу твою взяти, отпусти ему и срачицу ( Мф.5:40 ). Но государство не может сказать ограбленному: отдай грабителю и то, что еще не отнято у тебя. С таким правилом не могло бы устоять государство, в котором есть и добрые, и злые. Оно по необходимости говорить ограбленному: иди в суд; по суду грабитель (хитрый или наглый) должен возвратить отнятое, и быть обличен и наказан. IV. Вот изречение Христа Спасителя, касающееся наказаний, определенных в законе Моисеевом: слышасте, яко речено быть: око за око, и зуб за зуб. Аз же глаголю вам не противитися злу ( Мф.5:38, 39 ). То есть, по закону Моисееву выколовший у другого глаз должен быть наказан выколотием глаза, выбивший зуб выбитием зуба, но вы не противоборствуйте делающему вам зло, не воздавайте обидою за обиду, терпите великодушно, предоставляйте Богу отмщение. И вот опять правило, которому не может следовать законодательство государственное. Спаситель не кодекс уголовный исправляет, не о том говорить, чтобы изменить род и степень наказания; Он преподает духовный закон: терпеть и не домогаться наказания за обиду. V. Итак, вопрос: об употреблении или неупотреблении телесного наказания в государстве, стоит в стороне от христианства. Если государство может отказаться от сего рода наказания, находя достаточными более кроткие роды оного: христианство одобрит сию кротость. Если государство найдет неизбежным, в некоторых случаях, употребить телесное наказание: христианство не осудит сей строгости, только бы наказание было справедливо, и не чрезмерно. VI. Некоторые полагают, что телесные наказания действуют разрушительно на народную нравственность. Нельзя думать, чтобы Господь Бог чрез Моисея узаконил телесное наказание виновному: числом четыредесять ран да наложат ему ( Втор.25:3 ) с тем, чтобы это разрушительно действовало на нравственность еврейского народа. VII. Полагают, что телесное наказание поражает в наказываемом всякое чувство чести. В силе сего возражения против телесных наказаний многое препятствует убедиться. Преступник убил в себе чувство чести тогда, когда решился на преступление. Поздно щадить в нем сие чувство во время наказания. Тюремное заключение виновного менее ли поражает в нем чувство чести, нежели телесное наказание? Можно ли признать правильным такое суждение, что виновный из-под розог идет с бесчестием, а из тюрьмы с честию? Если какое сознание подавляет виновного, производить в нем упадок духа, и тем препятствует ему возвыситься к исправлению, то это сознание сделанного преступления, а не понесенного наказания. Имеющие случай обращаться с совестию таких людей, замечают иногда, что они чувствуют внутреннее облегчение, понеся унизительное наказание, сим удовлетворением правосудию укрепляются в надежде небесного прощения, и побуждаются к исправлению. Прежде, когда телесные наказания были суровее, приезжающие в Сибирь, со страхом, встречались с людьми, имеющими клеймо на лбу, и не имеющими ноздрей; но тамошние уверяли, что это люди честные и достойные полного доверия. Видно, телесное наказание не препятствовало им из бездны преступления возвыситься до совершенной честности. Неизвестно, так ли теперь: может быть, не бывшие под наказанием, не такой, как прежде, пример подают наказанным. Но да возвратится слово на христианскую точку зрения. Апостолы, претерпев от Синедриона безвинно телесное наказание, идяху радующеся от лица собора, яко за имя Господа Иисуса сподобишася бесчестие прияти ( Деян.5:41 ). Апостол Павел пишет к коринфянам: трищи палицами биен был ( 2Кор.11:25 ), не думая, что тем унижает себя пред ними. Итак, по христианскому суждению, телесное наказание само в себе не бесчестно, а бесчестно только преступление. VIII. Некоторые полагали бы совсем уничтожить телесные наказания, и заменить их тюремным заключением. Для сего при многолюдном городе потребовалось бы построить и содержать почти город тюремный. Для сего потребовались бы огромные издержки, единовременные и непрерывные. Из каких сумм? Из государственных доходов. Откуда государственные доходы? Из налогов на народ. Итак, чтобы облегчить, истинную или мнимую тягость виновных, надобно положить новую тягость на невинных. На сей случай и христианское, и просто человеческое, милосердие может сказать: хорошо миловать виновных, но еще нужнее не отягощать невинных. IX. Указано в направлении против телесных наказаний, следующее изречение: «святители всех вероисповеданий постоянно защищали личность существа созданного по образу и подобию Божию». Много указано свидетелей: жаль, что ни один не наименован, и не показано хотя о некоторых, что именно говорят они. Указаны даже и не существующие. То, что мы называем святителями, в некоторых исповеданиях не признается, и не существует. Из того, что святители защищают личность существа созданного по образу и подобию Божию, нельзя вывести никакого заключения против телесных наказаний. Защищать личность существа, созданного по образу Божию, не значит защищать личность преступника. И что значит защищать личность человека? Не значит ли сделать ее неприкосновенною? Но если можно сделать личность виновного неприкосновенною для розг, можно ли сделать личность всякого виновного неприкосновенною для оков? Богодухновенные писатели защищают личность созданного по образу Божию не от телесного наказания, а от порока и его последствий. Ты побьешь его жезлом: душу же его избавишь от смерти ( Притч.23:14 ). Х. Есть мысли, блещущие нравственною красотою так, что в них, как в солнце, не вдруг можно усмотреть темное пятно, хотя оно и есть. Таково следующее изречение: «закон милосердия и кротости безусловно осуждает всякие насильства и истязания». Прекрасно. Однако, если рассмотреть внимательно, то в сем блистательном изречении найдется некоторое пятно, то есть, нечто неистинное. Нельзя осудить всякое насилие безусловно. Если кто буйствует неукротимо, то необходимо употребить насильство, чтобы связать его. Если надобно поймать и задержать преступника, вора, разбойника; он, конечно, не допустит сего добровольно, а надобно употребить насильство, чтобы его схватить и сковать. Таким образом мысль блистательная, но не строго верная, не обещает надежных заключений в отношении к вопросу о наказаниях. XI. Слышно, что недавно в Англии рассматриваем был вопрос об уничтожении телесного наказания в военном звании, и что тамошние военачальники подали голос сохранить оное, не опасаясь разрушить в воинах чувство чести, особенно для них важное, и даже признались, что без сего им трудно было бы сохранить дисциплину в нижних военных чинах. Но слово уже выходит из пределов предложенного вопроса. Время молчати. Сентября 11, 1861 г. № 12 120 . 16 сентября. Донесение митрополита Филарета Святейшему Синоду, по делу об избрании начальницы в дивеевский монастырь Указом Святейшего Синода, от 24 июня, предписано было преосвященному Нектарию 121 , епископу нижегородскому, оставить дивеевский монастырь под управлением начальствовавшей в дивеевской общине Елисаветы. Сие не исполнено. Указом Святейшего Синода, от 2 августа, подтверждено исполнить сие. И сей подтвердительный указ Святейшего Синода остается без исполнения, как видно из доставленного мне производителями назначенного Святейшим Синодом следствия, архимандритом Яковом и надворным советником Барковым, официального сведения, от 6 дня сего сентября (№ 4), прилагаемого при сем в подлиннике. Чтя законность и достоинство Святейшего Синода, опасаясь затруднения для следователей, запутанности следствия и действия вредного примера, не могу не донести о вышеизложенном Святейшему Суноду. № 97. Сентября 16, 1861 г. 122 К сему приложено донесение следователей такого содержания: Во исполнение XII пункта секретного предписания вашего высокопреосвященства, от 23 августа, № 89, на имя первого из нас, которое получено нами 5 сентября, в семь часов вечера, долг имеем покорнейше донести вашему высокопреосвященству, что подтвердительный указ Святейшего Синода преосвященному нижегородскому Нектарию, от 2 августа, № 2497, об оставлении дивеевской обители под управлением начальствовавшей в общине Елисаветы Ушаковой, до сего 6 сентября не приведен в исполнение. 16 сентября. Донесение митрополита Филарета Святейшему Синоду по делу об избрании начальницы в дивеевский монастырь Симбирский советный судья г. Мотовилов обратился ко мне с письмом, от 4 сего сентября, о том, что госпожи Шубина и Копьева, угрозами и прещениями новеньких сестер дивеевского монастыря записав, вовлекли в принужденно насильственную подписку под насильственно поставленную новую начальницу Лукерью, и пр. Приняв в соображение что по Приняв в соображение, что по записке Мотовилова начато Святейшим Синодом дело и назначено следствие о избрании настоятельницы дивеевского монастыря, долгом поставляю письмо г. Мотовилова представить Святейшему Синоду в подлиннике. № 98. Сентября 16, 1861 г. 123 . 19 сентября. Записка митрополита Филарета по поводу освящения православной церкви в Париж Возвращаю недоброго други, и письмо. Как больно, что так жестоко касаются благочестивейшей души! – Только искреннее благочестие верит искреннему благочестию. Неискренний везде подозревает неискренность. Чтобы кто-нибудь думал из протоиерея церкви в Париже сделать не епархиального, а приходского епископа, невероятно. А чтобы такого рода епископов сделать для епархий, о том, слышно, мечтают, но не те, на которых недобрый друг возлагает подозрение. Неизлишне обратить внимание на статью о болгарском движении. Говорят, что на восток, куда теперь посылается Софония 124 , хотели послать Ювеналия 125 . Это было бы нехудо. И жаль, что он не согласился принести сию жертву Господу. 21 сентября. Письмо митрополита Филарета к графу Е.В. Путятину по поводу просьбы графа о предупреждении Императора Александра Николаевича о крайне опасном современном положении для государства и Императорской фамилии Граф Е.В. Путятин 127 в письме, «весьма секретном», от 12 октября 1861 года, к митрополиту Филарету писал, что «со времени отъезда Государя Императора из С.-Петербурга», в нем «постоянно становилось неспокойнее», и что цель «преступных действий направлена была к ниспровержению существующего порядка и даже, по-видимому, династий». Для подтверждения своих соображений, граф Путятин препроводил к митрополиту «некоторые бумаги», по прочтении которых просил его возвратить ему «с тем же лицом», от которого он получил их. Обстоятельства эти и верноподданнические чувства вызвали графа просить митрополита, «выразить каким он признает лучшим способом сообщить Его Величеству, что настоящее положение дел крайне опасно для государства и Императорской власти и убедить Его, что при нынешних обстоятельствах нужна большая твердость и сильные меры». На это митрополит отвечал: Господь да благословит вашу ревность о благе Царя и отечества. Господь да наставляет и укрепляет вас на поприще, исполненном трудностей, которые приготовлены прежде вас, но против которых вам суждено выдерживать борьбу. Их можно было предусматривать: и оказалось возможным устранить, или не допустить, чтобы они открылись так сильно. Вы желаете возбудить мою ревность. Может быть, я имею в сем нужду. Но для моей ревности есть круг, очерченный моим призванием. Сей круг есть церковь , или, если судить строже, епархия. Если действование мое в пределах моих обязанностей окажется неудовлетворительным, могу облегчить мою скорбь много тем, что действовал по необходимому долгу, при посильном разумении. Но если произвольно выступлю за пределы моих обязанностей, и последствия окажутся нежелаемы, я буду иметь в совести сугубый упрек, что действовал не к пользе, и что своею произвольною виною открыл себе путь к неполезному. Не мало думал я над тем, что мне сообщено: и много скорбел, и много недоумевал. Что теперь требуется? Возбудить внимание к опасности? Возбудить внимание к потребности благоразумных и твердых мер? Но в читанных мною печатных и письменных воззваниях опасность так ярко видна, что болят глаза; она говорит сама о себе таким громким и угрожающим голосом, что нельзя представить себе, чтобы это не возбуждало внимания. Рука не поднимается, чтобы переписать многое из того, что я прочитал. Укажу для примера на одно. Великорусс хочет отделить от России не только Польшу, но и Южную Русь, а, по теории, на которой сие основано, конечно, и многое другое. Можно ли не видеть, что хотят разрушить Россию? Вспомните при сем, что в отчете следственной комиссии, по происшествию 14 декабря, упомянуто было, что тогда хотели разделить Россию на семь республик. Сие ведет к заключению, что великорусс высказал не мимолетную мечту одной или немногих голов; но что прилежная подземная работа разрушения выходит наружу. Посему нельзя думать, чтобы не было возбуждено внимание и к потребности благоразумных и твердых мер. Рассуждать же о сих мерах я не имею не только призвания, но и возможности. Сие не требует доказательства. Примечаю и долг имею поставлять во внимание себе, и, кому могу, что мы много согрешили пред Богом охлаждением к православному благочестию, в чем особенно вредные примеры подаются из высших и образованных сословий, ослаблением нравственных начал в жизни частной и общественной, в начальствовании, в суде, в области наук и словесности, роскоши и даже в скудости, – пристрастием к чувственным удовольствиям, расслабляющим духовные силы, – подражанием иноземному, большею частию суетному и несродному, чем повреждается характер народа и единство народного духа, – преследованием частной и личной пользы преимущественно пред общею. Умножившиеся грехи привлекают наказание, по реченному: накажет тя отступление твое ( Иер.2:19 ). Средства против сего: деятельное покаяние, молитва и исправление. Недостатки охранителей обращаются в оружие разрушителей. Добродетели охранителей вырывают из рук оружие у порицателей и возмутителей. Не время бездеятельности, да возбудится ревность; да умолкнуть разделение и частные виды; да станут все верные и благонамеренные, в силе единства, в крепкий подвиг под общим знаменем: вера, царь и Россия. Вот что должен я говорить и говорю, поколику могу, имеющим уши слышати. 27 сентября. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с приложением писем к королю Греции и к сановникам его Понесите мою тяготу, примите труд для меня. Письмо к его министру в ответ на его письмо, и для поднесения письма царю. Письмо к греческому посланнику, которым прошу его препроводить два первые. Все они открыты, чтобы вы могли видеть содержание и рассудить не погрешил ли я в чем в сношении необыкновенном, и не нужно ли приложить перевод письма к царю, на французском языке. Если сие последнее найдете нужным, то покориейше прошу приказать сделать сие. Наконец, посылаю письмо к нашему в Греции посланнику, запечатанным, потому что о содержании его нет особой заботы. Все сие благоволите препроводить к греческому в Петербурге посланнику. Простите, что обременяю вас. Призывая вам благословение Божие, с совершенным почтением и преданностию пребыть честь имею, вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, № 385. Сентября 27, 1861 г. Форма письма к министру греческому соответствует форме его ко мне письма. I. Письмо к королю Греции Всемилостивейший Государь. Высокою нечаянностию было для меня то, что ваше величество, далеко за пределами вашего царства, взыскали меня взором вашего благоволения, и удостоили сопричислить к ордену Спасителя. Не могши отнести сего к моим заслугам, изъясняю сие тем, что ваше величество благоволите поддерживать и уважать древний союз народов греческого и русского, основанный христианством и, не смотря на продолжение и превратности времен, сохраняемый во взаимном сочувствии. Глубочайшую благодарность мою к вашему величеству не иным чем могу изъявить, как смиренною молитвою, да Христос Спаситель душ и царств, в руце которого сердца царей, сохраняет вас под святым Своим покровом; да укрепит и распространит ваше царство, и да располагает сердце ваше всегда споспешествовать деятельному союзу народов русского и греческого и благу всего православного восточного христианства. Всемилостивейший Государь! Вашего величества нижайший слуга, II. Письмо к министру короля Греции. Высочайшую грамоту его величества царя Греции и при ней знаки ордена Спасителя, препровожденные ко мне при отношении вашего превосходительства, имел высокую честь получить. Приняв дерзновение глубочайшую благодарность мою его величеству принести посредством моего нижайшего письма, покорнейше прошу поднести оное его величеству. Искренно чтя наследственное духовное родство российской православной церкви и народа с греческою православною церковию и народом, сие самое чувство прилагаю я и к видимому знамению, которым теперь некоторым образом приобщен я к греческому народу. Примите, благосклонный ко мне посредник царского ко мне благоволения, признательнейшую благодарность мою, и с тем вместе удостоверение в совершенном моем почтении. III. Письмо к греческому посланнику в Петербурге. Благосклонное расположение, с которым ваше сиятельство приняли труд лично посетить меня, дабы возвестить мне благоволение ко мне его величества царя Греции, обязывает меня признательнейшею к вам благодарностию, и с тем вместе дает мне свободу обратиться к вашему благосклонному посредству. Его величеству царю Греции возымел я дерзновение принести благодарность мою нижайшим письмом. Письмом к г. министру греческого царского двора и иностранных дел ответствую на его письмо и прошу о поднесении моего письма его величеству. То и другое, прилагая при сем, покорнейше прошу препроводить по принадлежности. Господи, спаси греческого царя, греческую православную церковь и греческий народ! Призывая вам благословение Божие, с совершенным почтением имею честь быть, вашего сиятельства, покорнейший слуга, 21 сентября. Донесение митрополита Филарета Святейшему Синоду по делу о избрании начальницы в дивеевский монастырь От назначенных Святейшим Синодом следователей, по делу дивеевского монастыря, имею, от 19 сентября, новое сведение, что и третий подтвердительный указ Святейшего Синода, от 23 августа, об оставлении начальницею сего монастыря Елисаветы Ушаковой, в исполнение не приведен. Обителью распоряжается предназначаемая в игумении Гликерия и в ее духе новоизбранная казначея и благочинная. Призываемые свидетелями для вопрошения «страха ради могут «показывать, изменяя истине, подобно тому, как прежде еще «приезда их в обитель, некоторые из стариц и сестер «подписывались, на изготовленном реестре, носимом по чтя законность и достоинство Святейшего Синода, при очевидной опасности, что дело запутано будет неверными показаниями, вследствие преобладающего влияния незаконной начальницы, не могу не донести о сем Святейшему Синоду. № 101. Сентября 29, 1861 г. 130 29 сентября. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, о неисполнении преосвященным нижегородским Нектарием указа Святейшего Синода Сиятльнейший граф, милостивый государь. По известному делу дивеевского монастыря и третий указ Святейшего Сунода остается без исполнения. Сведение сие имею от 19 сентября, то есть чрез 27 дней издания указа. Было время исполнить. Очевидно, что не хотят. Не слыхивал я подобного резкого противления Святейшему Синоду. Доношу Святейшему Синоду о неисполнении троекратного предписания. Благоволите и вы обратить внимание на охранение достоинства Святейшего Синода, и на поддержание дисциплины в церковном управлении, в такое время, когда неповиновение повсюду распространяется и усиливается. Рече Господь: аще свет, иже в тебе тьма, то тьма кольми. Если в духовном ведомстве разрушится повиновение, это будет горше, нежели в светском. По молитвам отца Серафима, Господь да внушит полезное Святейшему Синоду, и вам, и преосвященному Нектарию. В Лавре. Сентября 29, 1861 г. 131 30 сентября. Письмо митрополита Филарета к князю С.Н. Урусову о книге: «Догматическое изложение учения англиканской церкви», распространяемой английскими миссионерами в Молдавии Князь С.Н. Урусов, в письме к митрополиту Филарету, от 21 августа, 1861 г., за № 4762, писал: «Консул наш в Галаце 132 представил в министерство иностранных дел «Догматическое изложение учения англиканской церкви», на греческом языке, которое, как объяснил консул, в числе других подобного рода книг раздаются молдавским священникам английскими миссионерами; но такая протестантская пропаганда, по мнению его, не может иметь никакого успеха в Молдавии. Означенную книгу препровождая при сем к вашему высокопреосвященству, имею честь обратиться к вам, милостивый государь и архипастырь, с покорнейшею просьбою, не изволите ли признать нужным поручить московской духовной академии просмотреть эту книгу и извлечь из нее краткое содержание с указанием тех мест, которые в особенности враждебны православному учению, и о последующем почтить уведомлением». На это письмо митрополит Филарет писал князю С. Н. Урусову следующее: Согласно с требованием вашего сиятельства, от 21 августа (№ 4762), догматическое изложение учения англиканской церкви, на греческом языке, поручал я московской духовной академии просмотреть и извлечь из него краткое содержание, с указанием тех мест, которве в особенности враждебны православному учению. Академическое правление, 29 сентября, представило мне разбор означенной книги, сделанный бакалавром Сабуровым 133 . Академическое правление соглашается с окончательным заключением бакалавра Сабурова. Англиканский епископ корчемствует истиною, рассчитывая на невежество греков. Например, он рассуждает сам с собою так: если сказать, что мы отвергаем седьмой вселенский собор и иконопочитание, то греки тотчас отвергнут книгу и нас. Итак, скажем, что принимаем четыре вселенских собора и прочие согласные с ними: в сем случае греки могут подумать, что мы и все их соборы принимаем, и могут быть пойманы на сию удо. Таким образом книгою сею доказываются не догматы англиканские, но только хитрость писателя. Разбор книги и самую книгу при сем препровождая, с совершенным почтением и преданностию имею честь быть, вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, № 391. Сентября 30 дня, 1861 г. 134 3 октября. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, об учреждении женского монастыря при московском единоверческом кладбище Ревнитель единоверия, Владимир Андреевич Сапелкин, идет в Петербург ходатайствовать об утверждении женского единоверческого монастыря при московском единоверческом кладбище, о чем от меня представлено Святейшему Синоду. Благоволите быть благосклонны к ходатаю и к делу. Раскольники привлекают на свои кладбища православных и совращают в раскол: не поможет ли Бог единоверческому монастырю привлекать раскольниц и присоединять к православной церкви. Чтобы твердо поставить и образовать новый монастырь, нужна игумения опытная и благонадежная. Такую г. Сапелкин указывает в единоверческом монастыре черниговской епархии. Она, кажется, согласна потрудиться для нового монастыря; но епархиальный преосвященный не желает отпустить ее. Из сестер устроенного уже монастыря можно избрать такую, которая поддержала бы порядок, уже учрежденный. Строить вновь надобно более знания и силы. Благоволите и на сие обратить попечительное внимание. Призывая вам благословение Божие, с совершенным почтением и преданностию имею честь быть, вашего сиятельства, милостивого государя, покорнейший слуга, В Москве. Октября 3, 1861 г. 135 . Высочайшее повеление на учреждение женского единоверческого монастыря при всесвятской церкви, на единоверческом кладбище, в Москве, состоялось 27 января 1862 г. 12 октября. Письмо митрополита Филарета к К. В. Чевкину 136 по делу отопления успенского собора капитаном Быковым 137 Ваше высокопревосходительство, милостивый государь. Из производящегося в московской Святейшего Синода конторе дела об отоплении московского успенского собора открывается следующее: 1) при происходившем 16 и 20 февраля 1859 года формальном освидетельствовании устройства отопления собора, через назначенных для сего членов комиссии, для построения в Москве храма Христа Спасителя с другими лицами, инженер-капитан Быков, производивший устройство отопления, в представленной им докладной записке, изъясняя причины, по коим до того времени употреблялось на отопление собора много более назначенного по договору количества дров 80 сажен, просил, чтобы ему дозволено было топить собор в продолжение следующих двух зим, с платою от собора за 80 сажен лучших березовых дров, длиною в 11 вершков по современным справочным ценам, каковое предложение г. Быкова производившими свидетельствование и затем всем присутствием комиссии признано было полезным, чтобы все получили полную уверенность, что при устроенных г. Быковым печах для отопления собора не требуется во все холодное время более 80 сажен означенных дров, при чем г. Быкову поставлено было в обязанность поддерживать температуру в соборе, не менее 11-ти градусов тепла и принять на себя в течение тех двух лет производство ремонтных исправлений по отоплению, на что он и объявил согласие. 2) Но двухлетний опыт показал, что условие контракта относительно количества дров, потребных для отопления собора, далеко не достигает исполнения, ибо и в первый год вышло на сие гораздо более 200 сажень, а во второй год по точному дознанию употреблено 293 сажени березовых только не лучшего качества дров, а сие количество выше количества, потребного при амосовских печах, как это исчислено в акте освидетельствования устройства отопления, ибо там выведено, что при амосовских печах потребовалось бы на отопление собора, во все холодное время года, 240 квадратных сажень, то есть на 53 сажени менее против употребленного г. Быковым в последнюю зиму количества. 3) При всем том температура в соборе редко достигала той степени, которую обязался поддерживать г. Быков, ибо в первую зиму она была обыкновенно от 7 до 9 градусов, когда не было стечения народа, а во вторую иногда 8, большею же частию 9 и 10 градусов, и очень редко возвышалась до 11-ти, но в эту последнюю зиму собственно для собора и даже для ризницы, где на один только градус было менее тепла против собора она признавалась удовлетворительною, не совсем достаточна была только в двух приделах, находящихся в отделениях алтаря: здесь она была постоянно ниже температуры собора и среднего отделения алтаря, потому что проведенные от печей в отделения алтаря теплопроводные трубы тепла не давали, а алтарь только нагревался вытяжною трубою, привлекающею в алтарь тепло из собора. Г. Быков, для приведения сих труб в надлежащее действие предполагал в теплом корридоре при печах устроить поперечную железную стенку, но это доныне остается неисполненным. 4) Все три устроенные г. Быковым для отопления собора печи, в прошедшем 1860 году, оказались повредившимися от непрочности фундамента, и две из них в октябре и ноябре того года им, г. Быковым, были перекладены, третья же, по наступившим тогда морозам, осталась не перекладенною, впрочем, в прошлую зиму она могла еще топиться, но ныне, по ветхости, топиться уже не может. 5) Г. Быков, по принятому на себя обязательству производить в течение двух лет ремонтные по отоплению исправления, сам признавал себя обязанным, к зиме сего 1861 года, как перекласть означенную третью печь, так и устроить упомянутую в 3 пункте железную стенку и также заделать надлежащим образом отверстие, находящееся в вытяжной трубе, при выходе ее из под земли у синодального дома, которое только на время было закрыто железным листом и засыпано землею. 6) Посему контора Святейшего Синода, в мае сего 1861 года, по настоятельной просьбе г. Быкова, присудив выдачу последних причитавшихся ему за двухлетнее отопление собора денег, поручила протопресвитеру собора просить его г. Быкова, чтобы он, не пропуская летнего времени, исполнил вышеозначенные исправления по устройству отопления; просить также о сообщении сведения, почему условие заключенного с ним контракта относительно количества дров доныне не достигло исполнения и можно ли надеяться, что впредь, хотя в средние зимы, при условленном количестве дров, достаточно будет условленного их количества; а как печи для отопления собора устроены г. Быковым по изобретенному им самим и никому другому не известному способу, и топка оных доныне производилась под непосредственным его наблюдением; то по случаю прекращающейся ныне со стороны его г. Быкова обязанности отапливать собор, просить его также, чтобы в руководство на будущее время дано было им подробное наставление относительно отопления и также, чтобы в случае могущих встретиться недоразумений, или повреждений в устройстве отопления, дозволено было обращаться к нему для получения нужных указаний. 7) Ныне протопресвитер собора доносить, что г. Быков прошедшим летом отправился в С.-Петербург, где остается и доныне, и несмотря на неоднократные его протопресвитера просьбы, как словесные, через сына его, г. Быкова, так и письменные, ответа никакого не дает, ни к производству означенных исправлений никаких распоряжений не делает; между тем наступило время отапливать собор, и хотя он может отапливаться посредством двух перекладенных в прошедшем году печей, но сими двумя печами, в сильные морозы, достаточно нагреваться не может, да и поперечная стенка в корридоре при печах, для сбережения тепла в соборе, необходима, потому что без нея теплопроводные трубы в алтаре остаются без действия и для нагревания алтаря всегда должна быть открыта вытяжная труба, а она, привлекая в алтарь тепло из собора, уносить его наружу. Почему протопресвитер и просить контору Святейшего Cинода о принятии со стороны ее мер, как к устранению представляющегося в настоящее время затруднения по отоплению собора, так и к предотвращению подобных затруд-нений на будущее время, которые, судя по настоящему опыту, будут неизбежны, если кроме г. Быкова ни к кому другому не можно будет обращаться для получения нужных указаний, в случае могущих произойти повреждений в устройстве отопления. 8) В прошедшем 1859 году о побуждении г. Быкова к скорейшему окончанию некоторых быв-ших тогда неоконченными до осени работ по устройству отопления и к произведению бывших тогда нужными ремонтных исправлений, контора Святейшего Синода входила в сношение с комиссиею для построения в Москве храма Христа Спасителя, но комиссия отношением, от 8 октября того года, за № 711, ответствовала, что устройство отопления собора поручено г. Быкову с высочайшего соизволения, по представлению вашего высокопревосходительства, а на ком-миссию возложено было одно делопроизводство по устройству отопления, за окончанием коего она не может входить ни в какие дальнейшие по сему предмету распоряжения. Наконец, 9) из дела видно, что при начале работ по устройству отопления собора, о сохранении главного алтаря собора неприкосновенным от производства в нем работ, представляемо было Святейшему Синоду, а Синодом, чрез господина обер-прокурора оного передано было сие дело на рассмотрение вашего высокопревосходительства. Контора Святейшего Синода, приняв во внимание вышеизъясненные обстоятельства дела, хотя признавала, что о представляющемся ныне затруднении по отоплению успенского собора следовало бы представить Святейшему Синоду, коему непосредственно подведом собор, для начальственного благоусмотрения и принятия надлежащих мер к устранению сего затруднения; но как необходимые для беспрепятственного отопления собора исправления, по близости зимнего времени, требуют немедленнаого исполнения, то чтобы дать сему делу скорейшее движение, предоставила мне отнестись непосредственно к вашему высокопревосходительству и просить вас о изыскании и указании способов, как к исполнению в настоящее время того, что нужно для беспрепятственного и более успешного отопления собора, так и к предотвращению на будущее время могущих встретиться по отоплению собора затруднений, а также дабы благоволено было обратить внимание на надобность в получении требуемого конторою Святейшего Синода от г. Быкова сведения относительно количества дров и наставления относительно производства отопления. С совершенным почтением и преданностию имею честь быть вашего высокопревосходительства, милостивого государя, покорнейший слуга, № 1052. Октября 12, 1861 г. 138 16 октября. Письмо митрополита Филарета, к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с приложением мнения: «о случае в греческом классе с.-петербургской духовной академии Конференция с.-петербургской духовной академии, отношением, от 7 октября, 1861 г., за № 201, на имя обер-прокурора Святейшего Синода, графа А.П. Толстого, доносила, что 27 числа сентября на классе греческого языка из воспитанников высшего отделения академии было только четыре человека, несмотря на подтверждение со стороны преосвященного ректора академии идти в класс, а 4 числа сего октября, несмотря на объявленную им волю его высокопреосвященства, с предостережением, что те, которые не пойдут в класс, будут уволены из академии, их явилось только двадцать три человека. Между тем, студенты академии высшего отделения, как не приходившие на класс греческого языка в означенные дни, так и приходившие, за исключением 13 человек, представили в конференцию объяснения по сему предмету с собственноручными подписями. Конференция, по рассмотрении объяснений студентов, нашла необходимым просить высшее духовно-училищное начальство, чтобы в случае упорного отступления от порядка в заведении со стороны того или другого из студентов, предоставлено было академической конференции право, с утверждения его высокопреосвященства, немедленно увольнять их из академии в епархиальные ведомства, или лишать казенного содержания и жительства в академии. Из 25-ти студентов, не желавших слушать лекции греческого языка, 5 студентов изъявили желание быть принятыми в академию по предоставленному им праву. Из дела, производившегося в духовно-учебном управлении при Святейшем Синоде, видно, что вопрос об ослушании студентов, был препровожден к московскому митрополиту Филарету. В письме к графу А.П. Толстому, от 10 октября 1861 г., митрополит Филарет писал: О случае в греческом классе петербургской духовной академии что было мне сообщено, то мною прочитано и при сем возвращается. Какие мои по сему делу мысли, изволите усмотреть из прилагаемой при сем записки. О случае в греческом классе с.-петербургской духовной академии. I. Из объяснений студентов открывается многое, требующее внимания. II. Признаются в небрежении о сем классе. Черта, располагающая к снисходительному суждению. III. Просят обращения внимания на небрежение бакалавра Предтеченского 139 , который по одному экземпляру неизвестную книгу читал с одним студентом так, что прочие оставались без участия в сем занятии. Это уменьшает вину студентов и обвиняет наставника. IV. Винять бакалавра за то, что он отсутствующих записал в журнал, и почитают эту меру годною только для малолетних детей. В этом они очень виноваты. Это мера законная. Для сего заведен журнал. V. Невероятно, чтобы и у других наставников не случалось отсутствующих. Но, видно, они не показывали сего в журнале, то есть, не исполняли данного правила, позволяли себе послабление. В таком случае на них падает часть вины студентов, которым законная мера, долго не употребленная по небрежению, показалась оскорбительною и ребяческою. VI. Студенты жалуются, что бакалавр в официальных мерах ищет средства привести всех студентов к занятиям. Удивительно, что употребление официальных мер студенты почитают преступлением. VII. Что студенты просили у ректора другого наставника и не получили удовлетворения, сие не препятствовало идти в класс из уважения к порядку. VIII. Студенты говорят, что находили невозможным идти в класс к Предтеченскому: отзыв ни на чем не основанный. IX. Говорят, что не находили средств восстановить нравственную связь с бакалавром. Но сие, в ожидании лучших отношений, не препятствовало сохранить учебную связь, то есть, слушать его лекции. Х. Говорят, что нашли невозможным идти в класс 4 октября, по особенному приказанию его высокопреосвященства. Мысль о невозможности ложная. Поступок тяжко нарушающий обязанности повиновения. XI. Говорят, что не хотели отказаться от своего нравственного достоинства. Напротив того, повиновением они оказали бы свое нравственное достоинство, а неповиновением сами оскорбили свое нравственное достоинство. XII. Говорят: не думали оказывать противления начальству. Напротив того на деле оказали противление, когда начальство говорило: идите в класс, а они не пошли. XIII. Объяснение подписали 25 студентов. Это не в законном порядке, и в сем случае иные увлекаются силою других к тому, чего по собственному свободному рассуждению не сделали бы. Истина лучше открылась бы, если бы каждый был спрошен и сказал, что думает. XIV. Жаль, что произнесена была угроза изгнанием. Она тяжела была для тех, на которых падала и уменьшала свободу начальства в оказании снисхождения. XV. В другом объяснении шестнадцать студентов говорят, что 4 октября были в классе, повинуясь воле его высокопреосвященства. Это законно и одобрительно. XVI. С тем вместе они говорят, что разделяют убеждение небывших в классе 4 октября, следственно, разделяют и то убеждение, высказанное 25 студентами в объяснении, что не нашли возможным идти в класс 4 октября. Итак они, в одно и то же время, и не могли быть в классе, и были в нем. Примечательный пример, до какой странности доводить порабощение собственного рассудка духу соумышления. XVII. Хорошо, что из 25 студентов 19 приобрели снисхождение начальства. Но было бы лучше для настоящего и будущего, если бы сие было не в отмену слова, прежде сказанного начальством. Свободное снисхождение начальства располагает к добрым чувствованиям; уступка не имеет сего действия. XVIII. Наблюдение над случившимся может дать следующие советы: 1) Академическое начальство должно бдительно смотреть, чтобы установленный порядок наблюдаем был, как наставниками, так и студентами неупустительно, дабы привычка к попущенному нарушению порядка не сделала ненавистным порядок. 2) Наблюдать и внушать, чтобы студенты о том, в чем находят себя неудовлетворенными, обращались к начальству каждый от себя, непосредственно, или чрез старших, а не всею массою, чем затрудняют и себя, и начальство, потому что такое движение несогласно с законом. 3) Академическое начальство неудовлетворительное действие наставника должно открывать и исправлять собственным наблюдением или при начинающихся жалобах тщательно дознавать и принимать нужные меры, не допуская. 4) Исправляя проступки студентов и нарушение порядка соответственными кроткими средствами, академическое начальство должно употребить особенную силу надзора и увещания, и правосудия, если кто из студентов окажется не только позволяющим себе важные отступления от порядка, но и усиливающимся распространять оные влиянием на других. Такового, если не примет увещаний и кротких мер исправления, надлежит немедленно и решительно удалить из академии, и о сем обстоятельстве донести высшему начальству к сведению. 5) Внушить как наставникам, так и студентам, что достоинство духовной академии и ее особенное назначение требует, чтобы в ней преимущественно соблюдаемо было внутреннее благоустройство и доброе согласие между всеми ее сочленами; и что в направлении к сей цели все наставники должны споспешествовать начальствующим, своими отношениями к начальству и своим действованием на студентов в классе и вне классов. 24 октября. Донесение Святейшему Синоду митрополита Филарета, о крестьянах, волоколамского уезда, московской губернии, уклонившихся в раскол Во исполнение указа Святейшего Правительствующего Синода, от 29 сентября 1860 года, № 4468, благопочтеннейше представляю у сего составленную в консистории записку из дела об уклонении от православия в раскол из числа прихожан волоколамского уезда, спасской, села Ивашкова, церкви, крестьян деревень: Кельич, Острога, Стараго-Несытова и Новаго-Несытова. При сем долгом поставляю представить вниманию Святейшего Правительствующего Синода следующее: 1) Показание благочинного, что отпадение крестьян от православия произошло по влиянию ржевских раскольников и вследствие распространяемого мнения о покровительстве правительства раскольникам, заслуживает доверие. Раскол в Ржеве силен и тамошние богатые раскольники поддерживают расколоводителей. 2) Примечательно признание отпадших, что они за лучшее сочли отделиться от православной церкви, потому что перейти в раскол и жить по-раскольнически ныне, по милости царя, возможно, как они наслышались. Они не говорят о своих убеждениях и о превосходстве учения раскольнического, а идут в раскол потому, что это оказалось удобным, и (чего они ясно не скажут) потому, что жить в расколе удобнее. Православный священник не согласится венчать брак при несовершеннолетии, или в близком родстве, или оставленную мужем без законного развода; не согласится хоронить усопшего в царский день; или усопшего скоропостижно, без исследования, и пр. Для раскольнических лжесвященников не существуют сии затруднения. 3) Сильным соблазном и поводом к отпадению в раскол служит то, что все знают, где живут и куда приходят раскольнические лжеархиереи, где служат и даже иногда на открытом воздухе совершают молебствия и крестные ходы лжесвященники; видят крестьян отращиванием волос, оказывающих себя священниками, – и все сие не подвергается никакой ответственности. № 114. Октября 24, 1861 г. 141 26 октября. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с мнением по делу о беспорядках в пермской семинарии Обер-прокурор Святейшего Синода, граф А.П. Толстой, при отношении, от 21 октября 1861 года, за № 8398, препровождая к митрополиту Филарету донесение профессора с.-петербургской духовной академии В. Н. Карпова о последствиях произведенного им, по поручению Святейшего Синода, дознания о нравственном состоянии пермской семинарии, вместе с делом о беспорядках в ней, просил сообщить заключение по сему предмету, с возвращением сих бумаг. На это отношение митрополит Филарет, от 26 октября 1861 года отвечал: Отношением, от 21 дня сего октября (№ 8398), полученным мною 23, ваше сиятельство требуете моего мнения по донесению г. профессора Карпова 142 о нравственном состоянии пермской семинарии. Прочитал я 26 листов сего донесения, при котором нет никаких документов, на которых оно основано. По рассмотрении главнейших предметов оного, в соображении с целью произведенного дознания, представляется вниманию следующее. I. Из донесения получается убеждение, что ректор Дорофей и инспектор Иннокентий, если говорить языком послужного списка, неспособны и неблагонадежны. В важных случаях их действование не представляет ни законности, ни благоразумия, ни справедливости. Донесение представляет на сие два рода доказательств: во-первых, показания учеников. Доказательства сего рода не выше сомнения, потому что неясно, правдивые ли ученики дали такие показания, и нравственное состояние семинарии таково, что трудно отличить правдивых от лукавых; другой род доказательства, исключающий всякое сомнение, заключается в самых действиях ректора и инспектора, несомненно и частию официально дознанных. Например, ученик Кудрявцев, тайным доносчиком обвиняемый в разбитии стекол, не быв выслушан, исключен из семинарии с неодобрительным свидетельством о поведении, а чрез четыре месяца ректор узнал истинно виновных и Кудрявцева изгнанного возвратил в семинарию. II. Но при несомненной виновности начальников семинарии, имеет еще место вопрос: они ли собственно, и одни ли они причиною нравственного расстройства пермской семинарии? Донесение отвечает на сие: «внешнее влияние на пермскую семинарию было очень вредно; однако ж не здесь вижу главный источник происшедших в ней беспорядков, а во влиянии внутреннем». Главнейшею виною зла оно почитает систему шпионства и дурное обращение начальников с учениками. Во мнении сем есть истина; но нет ли неточности? Не вернее ли было бы сказать: система шпионства и дурное обращение начальников с учениками были очень вредны для пермской семинарии; но главного источника зла надлежит искать во внешнем влиянии. Система шпионства могла быть поводом к образованию в семинаристах противодействующей системы скрытности, лукавства, соумышлений, ябед. Но каким образом шпионство могло довести нравственность учеников до такого крайнего и общего повреждения, что ученик Кузнецов, окончивший курс в первом разряде, следственно считавшийся одним из лучших и по поведению, прогневавшись за то, что ему не дали желаемого учительского места, напился пьян и выбил стекла в ученических комнатах? Можно ли из системы шпионства изъяснить то, что у семинаристов появились, и ими списывались: послание стража (?) Кондратия, мятежное сочинение Искандера и Гаврилиада, до крайности кощунственное стихотворение? Можно ли из системы шпионства изъяснить то, что некоторые ученики выказывали в своих дневниках грубое неверие в Богооткровенное учение религии? Что тайный разврат, как выражается донесение, получил даже и помощь и лекарство, что сей разврат перестал даже быть тайным и о нем писали на коридорных стенах и наконец фонарных столбах? Не в семинарской голове родились и сии мысли, чтобы старших выбирали сами ученики по большинству голосов, чтобы не было журналов нравственности, чтобы не было никаких наказаний, под угрозою бунта и стерения начальников с лица земли. Это зарожденные в семинарию семена демократии, которые сеет по России враг, спящим человеком. Донесение, возражая против мнения семинарского начальства о источнике беспорядков во влиянии на семинаристов неблагонамеренных лиц и библиотеки Иконникова, говорит: «сколько таких людей в городе? Только ли Шиловский, Ефименко, Иконников, Готлевский? Их можно встретить едва ли не на каждой улице и во всех городах России. Что же? Надобно ли запереть семинарию? На сие отвечать можно: что же? Разве отворить ворота и пустить их проповедовать в семинарии нечестивое и мятежное учение? Не надобно отрезывать учеников от общества; однако устав семинарии велит остерегать учеников от вредных книг, все равно и от сообщества вредных людей, поколику это возможно. III. Впрочем по той ли больше, по другой ли причине нравственное состояние пермской семинарии, очевидно, расстроено. Как это поправить? В записке 29 июня, при открывшемся безобразном состоянии предложено было вниманию, не нужно ли закрыть ее и составить вновь, из материалов, по возможности, чистых. Это была бы конечно тяжкая мера, которой надобно избежать, если можно. Не очищена ли уже пермская семинария происшедшим отделением от нее немногих вредных членов? Нет, говорит производивший дознание: «она и доныне скрывает источник нравственных беспорядков, который может снова разлиться и возмущать ее безнравственными явлениями». Из сего нельзя не заключить, что нужно было бы подробнее исследовать ее, с возможною достоверностию открыть, чтобы отсечь от нее члены, особенно сильно зараженные и заражающие. Но сего-то и не сделано. Не поручить ли сие новому ректору? Лучше было бы, чтобы сия болезненная операция произведена была до него, и он пришел бы довершать врачевание. А если он начнет службу сею неприятною мерою, он может произвесть неблагоприятное для себя впечатление в учениках, приучившихся не любить начальников. Мне неизвестно, удалены ли начальники неблагонадежные, и кто поставлены на места их; и потому мне неудобно по сей части дела дать определенное мнение, а также и по недостатку других сведений, основанных на документах. Возможным к очищению пятен семинарии средством в настоящих обстоятельствах представляется следующее: 1) Настоящую часть учебного года принять за время испытания семинарии в нравственном отношении. 2) К декабрьскому испытанию составить комитет из членов семинарского правления и двух лиц из старшего епархиального духовенства, по усмотрению преосвященного пермского. 3) Комитет тщательно произведет испытание, примет в соображение: замечания, сделанные о учениках по прежним делам, поведение их в текущие месяцы, с обращением особенно внимания на 50 учеников, подписавших требование, чтобы они сами выбирали себе старших, и за сим учеников, зараженных вредными правилами и пороками, назначить к исключению из семинарии. IV. По жалобе учеников на продолжительность церковного богослужения, производивший дознание замечает: почему бы не укоротить богослужения? Невероятно, чтобы богослужение в семинарии было чрезмерно протяжно: а определенного сведения о сем не взято. Вероятно, что только введена была полнота служб без пропусков и чтение не спешное столько, чтобы могло быть вразумительно. Итак не надобно по сему предмету увлечься мнением сочинителей подметного письма, чтобы не покровительствовать чтению и пению от поспешности невнятному и отправлению богослужения небрежному и усеченному. V. По предосторожности против запутанности при разбирательстве дела не излишне обратить внимание на замечания производившего дознание в его рассуждении о следственном комитете по случаю подметного письма: «почему не требовалось подтверждение учеников, будто ректор имел неблагородное обращение с ними? На сие отвечать должно: потому, что если бы взять от учеников доказательство, то потребовалось бы от ректора оправдание, и таким образом произошло бы следствие над ректором, к чему комитет не был призван. Он призван был произвести следствие о сочинителях подметного письма. Донесение производившего дознание и дело при сем возвращаются. 16 ноября. Донесение Святейшему Синоду митрополита Филарета об антиминсах Святейшему Правительствующему Синоду от члена оного Филарета, митрополита московского, донесение. В древние времена антиминсы устроились из льняной ткани, в малом виде, с изображением креста и с надписью. В 17 веке начали быть устрояемы в большем виде, с изображением положения Господня во гроб, также из льняной ткани, а по времени и из шелковой. Антиминсы на льняной ткани употреблялись без повреждения лет 70 и более. Антиминсы на шелковой ткани, особенно в новейшее время, по уменьшившейся прочности, становятся неспособными к употреблению лет чрез 25 и менее. От сего происходит затруднение сохранять святые мощи при частом перенесении их из ветхого антиминса в новый. На востоке доныне употребляются антиминсы из льняной ткани, и притом, по особому рассуждению, что христианскому бескровному алтарю более приличествует ткань из растительного, нежели из животного царства, к которому принадлежит шелк. Долгом поставляю представить сие вниманию Святейшего Синода, не признано ли будет за благо восстановить употребление антиминсов из чистой льняной ткани. № 458. Ноября 16, 1861 г. 144 16 ноября. Письмо митрополита московского Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, о болезни ректора вифанской семинарии архимандрита Порфирия Что сейчас писал я в владыке новгородскому, то и вам пишу. Вифанский ректор Порфирий 145 возвратился из Самары с улучшенным здоровьем, но как скоро принялся за уроки и управление семинариею: возобновилось кровотечение из горла. Говорят, что для спасения его жизни нужно освободить его от забот и трудов настоящей его службы. А его жизнь особенно достойна сохранения, как человека имеющего основательное образование и ученое, и монашеское. Настоятельство в симоновом монастыре, может быть, послужило бы лекарственно. 20 ноября. Донесение Святейшему Синоду митрополита Филарета, праздновании дней рождения и тезоименитства членов императорского дома в ближайший воскресный день Святейшему Правительствующему Синоду, от члена оного, Филарета, митрополита московского, донесение. В православной российской церкви празднуются: дни страстной недели – 3. прочие праздники Господни – 8. праздники Пресвятой Богородицы – 8. Государя Наследника Цесаревича – 2. прочих членов императорского дома – 28. Соборным молебном празднуются: кавалерские праздники – 3. При благословенном умножении императорского дома, число царских дней достигло необыкновенного превосходства пред числом прежних времен. Из сего происходят неудобства: 1) Как меньшие царские дни не считаются праздничными для присутственных мест и для училищ, то священнослужители – члены консистории, духовных правлений и наставники не имеют удобства исполнять сии должности в сии дни, будучи заняты церковным праздничным служением и молебным пением. 2) Как в царские дни не позволяется погребать усопших; то происходит отсрочение дня погребения, затруднительное для тесно помещенных семейств, особенно в летнее время. 3) Меньшие царские дни, при занятии народа работами, не довольно благообразно празднуются в безлюдных церквах, кроме соборных, где бывают архиерейские служения. Для отклонения сих затруднений нужным оказывается особое распоряжение, которое могло бы состоять в следующем: I. Дни собственно Императорские и Государя Наследника Цесаревича праздновать по прежнему со всеми, присвоенными им преимуществами. II. Празднование рождений и тезоименитств прочих членов императорского дома совершать в ближайшие воскресные дни. III. В сии 28 дней не возбранять погребение усопших. IV. поскольку воспоминаемые в церкви дни побед, как например, взятие Фрегатов, имели значение только для своего времени, кроме дня победы под Полтавою; то сохранить молебное пение только в сей день, а прочие прекратить. Долгом поставляю представить сие на благоусмотрение Святейшего Синода. № 467. Ноября 20, 1861 г. Вследствие донесения митрополита Филарета, состоялся циркулярный указ Святейшего Синода, 29 марта, 1862 года, «о праздновании дней рождения и тезоименитств членов императорского дома, кроме дней собственно Императорских и Государя Наследника Цесаревича, в ближайшие воскресные дни, и о проч.» 147 . 24 ноября. Мнение митрополита Филарета о хозяйственном деле томской семинарии О хозяйственном деле томской семинарии I. Ректор семинарии 148 более 1600 р. церковных денег расходовал без правильной записи, безотчетно, по большей части, без очищения расхода расписками. Инспектор семинарии 149 точно так же расходовал от 5000 до 7000 р. денег пенсионерских. Преосвященный Порфирий 150 подверг сие дело следованию. Дело не очень хорошо само в себе; но ставшие в прекословие между собою стороны сделали его еще худшим. II. 20 апреля 1861 г., на страстной неделе, преосвященный дает предложение семинарскому правлению, чтобы ректор и инспектор внесли в семинарское правление церковные и пенсионерские деньги с документами, и велит предложение сие выслушать в тот же день, а завтра не позже 12 часов представить ему суждение о сем, а в 5 часу эконом и секретарь должны донести, будет ли исполнено предложенное. Распоряжение неспокойное и оскорбительное для ответствующих. Преосвященный как будто воров ловить и спешить, чтобы не ушли. III. Семинарское правление в объяснении своем говорит, что ведение официальным порядком самим правлением экономии по квартирам, в некоторых случаях совсем невозможно. Это неправда. Во всех семинариях есть бурсачные и, (все равно) пенсионерские деньги, по которым записи и отчеты ведутся официально в семинарском правлении. И само семинарское правление тут же опровергает себя, говоря, что изъявило полное согласие на такое ведение дела. К сему инспектор не кстати прибавляет то, что это сделано в надежде сохранить мир с епархиальным преосвященным. Епархиальный преосвященный и семинарское правление не суть два независимых государства, между которыми может быть мир и война. IV. Преосвященный над действиями ректора и инспектора назначает следственную комиссию, и тотчас уполномочивает ее спрашивать учеников. Уважая достоинство ответчиков, он мог бы назначить следствие секретное, ограничив оное вопрошением членов семинарского правления и рассмотрением документов. Может быть сего было бы достаточно для дела; и начальствующие в семинарии были бы охраняемы от неприятной гласности, особенно пред подчиненными. V. Преосвященный говорит, что записи писаны задними числами, то есть, обвиняет в подлоге. Семинарское правление говорит, что преосвященный не мог (как он говорит) вразумлять ректора, потому что ректор у него совсем не был; следственно семинарское правление обвиняет преосвященного в ложных словах. При таких обстоятельствах нельзя прекратить дело каким-нибудь снисхождением, без полного дознания и правильного решения. Если в глазах обеих сторон слова: «доброе имя», «доброе мнение» не суть слова без значения, то преосвященный не должен допустить, чтобы ему сказали: ты не оправдался в ложных словах; равно и ректор и инспектор, чтобы им сказали: вы не оправдались в подлоге документов. VI. Семинарское правление в виде оправдания говорит, что инспектор переписал только прежнюю свою запись на бело. Тогда, как дело идет о подозрении несвоевременного составления и неверности записей, переписывать запись и представлять переписанную без коренных документов есть или крайняя безрассудность, или действительно усилие прикрыть неверность. VII. Семинарское правление изъявляет сомнение: «могла ли быть наряжена следственная комиссия для учета семинарского правления без ведома Святейшего Синода». Здесь, во-первых, замечается неверное показание. Ректор и инспектор сами говорят, что счеты вели и писали они лично; и следственно комиссия наряжена лично над ректором и инспектором, а не над семинарским правлением. Во-вторых, здесь видно, что ректор и инспектор недовольно вникают в семинарский устав. По силе 1 главы статьи 8, архиерей имеет право: по личному своему усмотрению неисправности по экономической части устранить ответственное лицо от присутствования в семинарском правлении, следственно и ректора, и инспектора, и отрядить двух профессоров к рассмотрению дела с остальными членами правления. Преосвященный облегчительнее поступил, когда не удалил ректора и инспектора от присутствования в правлении, и для рассмотрения дела назначил два лица не подчиненные ректору. VIII. Преосвященный в резолюции своей ректора и инспектора по отчетности ставит ниже старость церковных, ниже старость сельской расправы, и ниже мальчика. Жаль, что преосвященный употребил такие выражения, которые ничего не доказывают, бесполезно оскорбляют, и в нем самом обнаруживают неспокойный дух. Так поступил он не раз в настоящем деле. IX. Инспектор говорит, что его приходорасходная книга написана в апреле и мае с таких записей, которые не могли быть представлены преосвященному. Почему не могли? – Когда надобно оправдаться против подозрения в несовременности и в подлоге записей, и можно и должно было представить первоначальные записи, хотя бы они и были неблаговидны. Непредставление их есть подкрепление подозрения. Х. Семинарские начальники оправдываются иногда неверным толкованием слов, обвиняя в том же других. Вот пример: следственная комиссия поставляет на вид семинарскому правлению, что оно в самом представлении своем об общей квартире обязалось, в том, что суммы по общей квартире будут расходуемы самим семинарским правлением, под главным наблюдением епархиального преосвященного Семинарские начальники, чтобы увернуться от сей улики, говорят: комиссия прибавила слово: самим, то есть правлением, дающее мысль о непосредственном расходовании означенной суммы самим семинарским правлением; тогда как буквальное значение слова не дает сей мысли. Неправда. Читать, или пропустить слово: самим, смысл один, что семинарское правление, а не кто-либо другой, должно расходовать сумму. Так оно и делало в начале; но потом пенсионерская сумма оставлена без надзора в руках инспектора. XI. Семинарское правление наконец сознает, что оно поступило действительно не по установленному для таких дел порядку, и питает надежду на благоснисхождение начальства. Если бы в сем духе составлены были все объяснения семинарского правления, то легко было бы окончить дело снисхождением в доверии к благонамеренности действователей. Но семинарское правление обвиняло преосвященного и оправдывалось с такими натяжками, что само усиливало на себя подозрение. XII. Семинарское правление признается, что вело дела по приходу и расходу церковному не так, как требовал лучший порядок, по неимению положительных правил. Положительные правила есть; но оно их не соблюдало. Оно говорит, что вело сии дела по примеру прочих церквей; а для них есть правило в инструкции церковного старосты, чтобы все записываемо было своевременно и очищено расписками, чтобы был годовой отчет. Но сего семинарское правление не исполняло. Странно, что ректор своею рукою пишет приходорасходные церковные книги, как будто ему нечего делать. XIII. Да если бы и не было положительных правил, правило благоразумия, правило осторожности, правило охранения своего доброго имени требуют, чтобы каждый, кому попадают в руки чужие чьи бы то ни было деньги, употреблял их с своевременною, ясною и документальною записью, дабы не сомневаться после самому, и не вводить в сомнение других. Несоблюдший сих правил требует исправления, наставления, испытания, чтобы потом можно было оказывать ему полное доверие. XIV. Впрочем следственная комиссия не открыла ясно, чтобы какая-нибудь сумма была получена и не вступила в свое место, или вышла не в должное место и подлежала возвращению. Посему, сколько несообразно с делом, столько же незаконно, оскорбительно и стеснительно распоряжение преосвященного о вычете двух третей жалованья. XV. Долго было бы замечать в сем деле все, что требует замечания. Замеченного доселе достаточно, чтобы определить дальнейшее направление оного. XVI. Что ректор и инспектор допустили беспорядки, то обнаружено, и частию ими самими признано. Остается в свое время определить степень беспорядков и нужное побуждение к порядку. XVII. Вопрос, не употреблена ли часть пенсионерских денег незаконно, и не подлежит ли взысканию, и в каком количестве, не приведен в ясность. Спрашивать о сем учеников не надежно для открытия истины, и не благоприятно для училищной дисциплины. Спрашивать всех присылавших деньги – большая работа, большая гласность, а на точные сведения не много надежды. Надобно, по возможности, ограничиться всеми документами, какие есть, и нужным дополнением объяснений, взятых от ответственных лиц. XVIII. Чтобы начатое шумно окончить тише, следственную комиссию закрыть, и производящееся в ней дело со всеми документами передать в семинарское правление, в котором заседать будут новые непричастные сему делу ректор и инспектор. XIX. Ректора, назначенного в костромскую семинарию, и инспектора, – в петербургскую академию, отпустить к их назначению, по сдаче томской семинарии немедленно, взяв от них, если еще остаются в их руках какие документы к делу. XX. Удержанное жалованье выдать. XXI. Семинарское правление исполнить сказанное выше в статье XVII. XXII. Оно рассмотреть по делу, сделаны ли бывшими ректором и инспектором подлоги, которые им приписывал преосвященный, как то: делание записей задним числом, и просто ли это канцелярская запутанность, или за нею скрывается незаконное употребление сумм. XXIII. Семинарское правление представить все дело с мнением в академическое правление, а сие по рассмотрении, с своим заключением Святейшему Синоду. XXIV. Святейший Синод, между прочим, определить, должно ли освободить преосвященного Порфирия от обвинений, взведенных на него, как то: будто он написал, что увещевал ректора, тогда как ректор совсем у него не был, и не мог слышать от него увещаний. XXV. Ректор и инспектор своими действиями прежде и во время сего дела сделали нужным то, чтобы в новых местах служения употреблено было в отношении к ним особенное наблюдение и руководство, которое обеспечило бы полную доверенность к ним начальства на будущее время. XXVI. Святейший Синод, по всей вероятности, найдет нужным преподать преосвященному Порфирию полезные советы и, может быть, не без подробностей и сильных выражений. XXVII. Иеромонаха Сергия, который еще прежде в уфимской епархии признан неспособным к должности учителя и инспектора училища, и который, как из дела видно, лежит камнем претыкания между преосвященным и семинарским правлением, нужно перевести в другую епархию. 24 ноября. Донесение Святейшему Синоду митрополита Филарета о неисполнении нижегородским и тамбовским епископами указов Святейшего Синода по делу о беспорядках в дивеевском монастыре 152 , перечисленном Святейшим Синодом из нижегородской в тамбовскую епархию Указом Святейшего Синода, от 15 октября 1861 года, за № 3250, поручено было митрополиту Филарету предписать следователям, чтобы они, в случае надобности относиться к начальнице дивеевского монастыря, относились к Елисавете, а не к Гликерии, и указ о сем Синода также объявить монастырю. На сем указе митрополит Филарет написал собственноручно: «Октября 22. Следователям для них собственно послать полный список с сего указа; а относительно объявления монастырю в особом предписании выписать из сего указа только то, что к сведению монастыря нужно». Затем митрополит Филарет, вследствие сего указа, доносил Святейшему Синоду, от 24 ноября 1861 года, следующее: Указом Святейшего Синода, от 15 октября, № 3250, предписано мне между прочим, чтобы производители следствия по дивеевскому монастырю объявили означенный указ Святейшего Синода об оставлении прежней начальницы Елисаветы в сей должности. Но они отправились в обратный путь, прежде нежели достигло до них предписание о сем. От прибывших в Москву из саровской пустыни сделалось известным, что и со стороны преосвященного тамбовского 153 вышеозначенный указ Святейшего Синода в первых числах сего ноября не был еще объявлен, что неправильно назначенная начальница монастыря Гликерия выехала из него, и кто начальствует в нем, неизвестно. Долгом поставляю довести о сем до сведения Святейшего Синода, по опасению последствий от безначалия. Ноября 24 дня, 1861 г. 154 3 декабря. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, с мнением о мерах к возвышению лиц духовного ведомства, а именно: 1) о наделе сельского духовенства землею, 2) о предоставлении некоторых прав и преимуществ воспитанникам семинарий и академий и 3) о назначении преосвященных в государственный совет Бывший министр внутренних дел П.А. Валуев, ныне граф, в письме своем, от 13 ноября 1861 года, между прочим, писал митрополиту Филарету: «Мне кажется, что под влиянием впечатления, произведенного некоторыми из замечаний вашего высокопреосвященства, я, при вчерашнем разговоре, забыл упомянуть об одном из тех предположений, которые имелось в виду передать на обсуждение особого комитета, об учреждении коего я вам докладывал. Прошу позволить мне при настоящем случае исправить ошибку моей памяти. «Семейства некоторых священнослужителей так многочисленны, что трудно обеспечить будущность всех священнослужительских детей при безвыходном оставлении их в духовном сословии. Между тем, в настоящее время, по силе действующих постановлений, выход из этого сословия затрудняется тем, что он не сопровождается приобретением надлежащих прав и преимуществ, в составе других сословий. Имелось в виду рассмотреть вопрос о предоставлении таковых прав и преимуществ священнослужительским детям. Тот же самый вопрос может быть возбужден и в отношении к детям церковнослужителей. В настоящее время, как не безвестно вашему высокопреосвященству, кандидатов на места священников и причетников гораздо более, чем открывается вакансий. Эта несоразмерность еще увеличится, если, как давно уже о том была речь, в некоторых местностях сократится число приходов, для лучшего обеспечения остальных, без одновременного увеличения числа приходских церквей в некоторых других местностях, где в них ныне ощущается недостаток, например в вятской епархии». Через несколько дней, 24 ноября, и бывший обер-прокурор Святейшего Синода, граф А.П. Толстой, в конфиденциальном письме своем, по тому же вопросу уведомлял митрополита Филарета: «Вчера был у меня министр внутренних дел, чтобы, по повелению Государя, сообщить мне о предположениях своих, уже известных вашему высокопреосвященству. Он мне сказал, что еще в Ливадии им был представлен Государю проект о мерах к возвышению у нас духовного сословия, которве должны состоять в наделении сельского духовенства землею, в предоставлении некоторых прав и преимуществ воспитанникам семинарий и академий и в введении епископов в государственный совет. О свидании с вашим высокопреосвященством г. Валуев передал мне, что вы изволили одобрить первые два предположения и возразить против того, чтобы епископы присутствовали в государственном совете и указали на (мне еще неизвестную) статью «Регламента», по которой в случае нужды члены Сената соединялись с членами Святейшего Синода в особом собрании. Это возражение г. Валуев желал представить в таком виде, что им отвергнута не основная его мысль – участие духовенства в государственных делах, – но только предложено исполнить ее в другом виде. Кроме меня г. Валуев должен был, по воле Государя, сообщить свой проект только митрополиту Исидору и протопресвитеру Бажанову. Наконец, он мне передал, что по высочайшему повелению, предмет сей будет рассматриваться в особом комитете, под председательством великого князя Константина и просил моего содействия к исполнению его мыслей. «В ответ на все это я похвалил г. министра за то, что он обладает одним из первых свойств государственного мужа, т. е. умеет сохранять намерения свои в глубокой тайне, но что именно по новости для меня столь многообъемлющего плана во всей его полноте, мне нужно иметь некоторое время произнести какое-либо мнение. «Тотчас по свидании с преосвященным Исидором и Василием Борисовичем буду иметь честь сообщить вам, милостивейший государь и архипастырь, то, что от них услышу. Но так как у нас теперь самые важные дела бывают спешными и срочными, то может быть в скором времени представится необходимость сказать об этом деле свою мысль Его Величеству, и потом в комитете, который откроется по приезде великого князя 155 . Мысли мои в главных чертах изложены в прилагаемой записке, и до сих пор не вижу причин, по совести, чтобы от них отказаться. Не знаю найду ли поддержку в комитете, а так как мне одному защищать их будет очень трудно, то обращаюсь к вам, высокопреосвященнейший владыка, с усерднейшею просьбою сообщить мне и ваши мысли по сему важному преобразованию, чтобы я мог ими или подкрепить или исправить свои. Позвольте, владыко святой, мне здесь выразить ту радость и глубокую, сердечную благодарность, с которою принимаю всякое доверительное сообщение от вашего высокопреосвященства, и то великое душевное утешение, которое доставляет мне единомыслие с вами». К письму приложена была записка; записка так, как и письмо графа А.П. Толстого, писана рукою Н. А. Сергиевского . Записка следующего содержания: «Назначение первенствующего члена Святейшего Синода и других епископов, наравне с светскими сановниками, членами государственного совета, было бы, кажется, нововведением неудачным и под благовидною наружностью сильным ударом для церкви. «Доныне, когда государственный совет по делам, касающимся церкви, нуждался в ее мнении, то министры и другие члены государственного совета съезжались к митрополиту новгородскому в комитет, в котором он председательствовал, хотя бы в заседании участвовал великий князь, как было часто по делам раскола. Такой порядок в производстве дел отделял в достоинстве церковь от министерств, т. е. светского управления. «Епископы ваши не посвящены в дела, о которых рассуждается в государственном совете, а потому присутствие их, без участия, безмолвное, однако с обязанностью подписывать протоколы, может только уронить их в общем мнении и при теперешнем направлении подать повод к кощунству. Епископы будут разделять ответственность за дела, которые будут подвергаться критике, ответственность, от которой были доселе свободны. «При господствующем направлении нельзя надеяться, чтобы государственное управление приняло характер церковный, напротив можно опасаться, что государственный совет, пользуясь присутствием епископов, будет решать дела, подлежащие Синоду, и таким образом светское управление еще более прострет свою власть на церковь . «Вообще кажется несомненным, что всякое коренное преобразование теперь не ко времени, и может только усилить общее колебание мыслей, весьма естественное, когда столь важные нововведения предпринимаются с такою легкостью». Ваше сиятельство, после разговора вашего с г. мин. внутр. дел о некоторых предположениях, касающихся духовенства, требуете моего мнения о сих предметах. Как г. министр сообщил вам о разговоре, который он имел со мною о тех же самых предметах; то нахожу нужным коснуться сего разговора, в предосторожность против могущих случиться недоразумений. Вы говорите, что предложение г. министра, для возвышения духовного сословия, имеет три предмета: 1) наделение сельского духовенства землею, 2) предоставление некоторых прав воспитанникам семинарий и академий и 3) введение епископов в государственный совет. Мне кажется, главный предмет проекта есть последний; а два первые указаны более для примера, какие предметы требуют суждений соединенных духовных и светских лиц в государственном совете 156 . На вопрос, о введении духовных членов в государственный совет, сперва отозвался я, что на столь важный вопрос, нечаянно предложенный, трудно мне решиться дать импровизированный ответ; потом, что если бы я, по недоверию к своему мнению, остался в недоумении, однако более был бы наклонен на сторону отрицательную; наконец, – при дальнейшем рассуждении, решительно принял я сторону отрицательную. Причины моего мнения, которые теперь изложу, может быть, несколько полнее, нежели в нечаянном разговоре, следующие: I. Лица духовного звания, по своему образованию и служебным занятиям, не приготовлены к суждению о предметах, рассматриваемых в государственном совете, и подавание голоса, иногда наугад, было бы тягостию для совести, и малонадежно для государственной пользы. II. Как побуждение ко введению духовенства в государственный совет высказана мысль о возвышении духовенства. По рассуждению, более строгому, государственный совет наполнять должно не для возвышения какого-либо звания, но для вернейшего достижения государственной пользы. Но голос немногих духовных лиц, если бы и был значителен сам в себе, едва ли может иметь значительное влияние на движение мнений в государственном совете, составленном из многочисленных членов. III. В случае вступления духовных членов в государственный совет, естественно ожидать, что он свободнее будет касаться своими суждениями и решениями таких предметов, которые должны подлежать рассмотрению церковного управления; но чрез сие уменьшилось бы значение Святейшего Синода и свобода его суждений; а сие было бы несообразно и со справедливостию, и с достоинством и пользою церкви, и с высочайшею всемилостивейшею волею возвысить духовенство. IV. При чрезвычайной обширности епархий, и вследствие того при обременении епархиальных архиереев епархиальными делами, отвлечение их от епархий для присутствования в Святейшем Синоде, составляет великое затруднение и для архиереев, и для епархий. Сие затруднение увеличилось бы чрез отвлечение архиереев от епархий и от Синода для присутствования в государственном совете. V. Указывают на пример епископов англиканской церкви, которые присутствуют в верхнем парламенте. При внимательном рассмотрении сего примера, на него указывать должно не для подражания, а для предостережения. Парламент решить и церковные вопросы; а соборы церковные не допускаются; почему ревнующие по церкви признают англиканскую церковь притесненною. Кроме сего епископы, погруженные в политическую сферу, теряли иногда дух церковный. Так во время прений, о допущении в парламент евреев, граф Винченси заклинал лордов, не одобрять билля, внушенного только духом неверия; а дублинский архиепископ, напротив того, соглашался допустить в парламент евреев. Здесь видно более церковного духа в графе, нежели в епископе. VII. Российское духовенство издревле доныне, твердо держась алтаря, с тем вместе всегда предано престолу и отечеству. В настоящее время деятельность его значительно возбуждена. Рассуждения о лучшем устройстве духовных училищ с начальством разделяют добровольно и подчиненные. Примечая распространяющуюся в светской литературе заразу неверия, материализма, безнравственности, духовная литература обнаруживает новые благонамеренные усилия противостоять злу. Ревность духовенства о распространении первоначального образования в народе возрастает и расширяется. Не полезнее ли держать и поддерживать духовенство в сей свойственной ему сфере, нежели вводить его в менее свойственную ему, и обширнейшую сферу, тогда как в сей господствует тревожное движение разнообразных идей, взаимно борющихся и обуревающих общество? VII. Говорят, что есть предметы, требующие совокупного рассмотрения духовных и государственных людей. Пусть будет сие признано для некоторых особенных случаев. Но частные случаи не дают основания тому, чтобы переустраивать государственные учреждения. Вместо того довольно вспомнить старое забытое постановление. Когда учрежден был Святейший Синод, а Сенат был тем, что ныне государственный совет: Святейший Синод в своем 5 докладном пункте 157 , обратил внимание Императора Петра I на то, что в сенатских приговорах бывают «генерально о всех определения, в чем и синодская команда заключается» и предложил: «с общего согласия такие определения заключать, чтобы было к лучшему общей пользы усмотрению». Император написал: «быть тако» 158 . На сем законном основании, в чрезвычайных случаях, могут быть конференции Святейшего Синода и государственного совета, без нарушения отдельной взаимно независимой целости каждого из сих учреждений. Таковы были, таковы и теперь мои мысли по вопросу о назначении членов государственного совета из духовенства. Относительно нового наделения сельского духовенства землею, я сказал и теперь остаюсь в тех же мыслях, что мера сия для многих мест не довольно надежна, частию по малоземелию, частию по нерасположению прихожан и неудовлетворительной деятельности начальств; почему и определенной уже законом полной тридцати-шести-десятинной пропорции земли не можно иногда добиться. Более образованные из сельского духовенства отстали от земледелия. Для заведения оного вновь нужен капитал, которого у них нет, и изучение оного опытное, которое более или менее отвлекало бы их от дел по обязанности. Отдавание земли в аренду не много обещает успеха и пользы особенно ныне, когда и помещики ограничивают возделывание своей земли, потому что свободный труд в некоторых местах оказывается ленивым и несговорчивым. Вопрос о предоставлении воспитанникам академий и семинарий прав, которые способствовали бы им из обремененного числом их духовного звания переходить в другие, заслуживает внимания. Но как о сем не сообщено мне никакого определенного предположения; то неудобно мне представить о сем какое-либо определенное мнение. О составлении комитета из духовных и светских лиц для рассмотрения некоторых вопросов, относящихся до внешнего быта духовенства, мой отзыв был и есть тот, что сие может быть полезно с тем, чтобы комитет не касался предметов внутреннего устройства духовного звания, которое особенно нужно охранить от потрясения, когда многое потрясено. Наконец, высказанной мне мысли о возвышении духовенства да будет позволено и мне коснуться. Возвышенное и смиренное положение духовенства существенно зависит от алтаря Божия, близ которого оно поставлено Богом. Именем Божиим оно благословляет, учением наставляет, таинствами освящает вельможу, равно как и поселянина. За сим в общественном мнении и быть возвышает духовенство его благочестие и добродетели и благочестивое расположение общества, в котором оно служит. Посему может быть, не столько нужно то, чтобы епископ заседал в правительственном собрании вельмож, сколько то, чтобы вельможи и благородные мужи чаще и усерднее, вместе с епископом, окружали олтарь Господень, украшая тем церковь и ея праздники, утешая своим общением и поощряя епископа, и подавали назидательный пример народу, который довольно прилежно окружает епископа в праздники церковные. № 133. Ноября 30, 1861 г. Декабря 3 159 . 5 декабря. Письмо митрополита Филарета к министру внутренних дел П.А. Валуеву, с мнением по поводу предполагаемого назначения преосвященных в государственный совет как бы делегатами Министр внутренних дел П. А. Балуев, в конфиденциальном письме, от 2 декабря 1861 г., писал митрополиту Филарету: «Имею честь довести до сведения вашего высокопреосвященства, что известные вам предположения были сообщены, по возвращении моем из Москвы, высокопреосвященному Исидору, митрополиту с.-петербургскому, протопресвитеру Бажанову и обер-прокурору Святейшего Синода графу Толстому. Отзывы двух первых не заключали в себе существенных возражений, последний остановился преимущественно на том самом сомнении, которое встречено вами, по вопросу о приглашении нескольких иерархов к настоящему присутствованию в государственном совете. Этот вопрос, по-видимому, будет разрешен согласно с данными вами наставлениями, т. е. вместо постоянного присутствования, вероятно будут приглашены некоторые члены Святейшего Синода к участию в рассмотрении отдельного, или отдельных вопросов, например, об устройстве сельских училищ. Кажется, что это будет то самое, что вашему высокопреосвященству угодно было назвать делегациями. Между тем, вслед за возвращением из-за границы великого князя Константина Николаевича, будет учрежден комитет, о котором я имел честь вам докладывать. Членов предполагается в нем, со включением графа Толстого и князя Урусова, до 10-ти, из высших духовных и светских лиц. Государь Император желает, чтобы один из духовных членов был назначен по личному указанию вашему. Посему имею честь обратиться к вам с покорнейшею просьбою не отказать в сообщении мне, для доклада Его Величеству, кого именно из наших иерархов вам угодно будет для сего наименовать». Из письма вашего высокопревосходительства, от 2 дня сего декабря, полученного мною 4 дня, усмотрел я, как трудно сделать удовлетворительными одни словесные сношения по предметам значительной важности и немалой сложности. Изволите упоминать о приглашении некоторых членов Святейшего Синода в государственный совет, и присовокупляете, что это кажется то, что будто бы я назвал делегациями. Слово: делегация, не было мною употреблено, потому что могло бы подать не ту мысль, которая мною была предложена. Изволите согласиться, что действительный член государственного совета может иметь более значения и силы, нежели лице делегированное, то есть временно отряженное в государственный совет. Изволите вспомнить мое мнение, что три или четыре действительные члена из духовенства ради многочисленности прочих членов государственного совета не имели бы значительного влияния и не принесли бы значительной пользы. Следовательно, не мог я думать, что более влияния имели бы два или три делегированные временно из духовенства, и потому не мог предложить делегации. Мною употреблено было слово: конференция, под которым я понимал совокупное рассуждение о некотором определенном предмете Святейшего Синода и государственного совета, на равных правах, с сохранением целости и взаимной независимости того и другого сословия. Сей случай побуждает меня искать средство, чтобы мысли мои были у вас, милостивый государь, в виду с совершенною точностию, и другого средства для сего не нахожу, как препроводить к вам при сем письменное изложение бывшего словесного сношения. Что касается до требования, чтобы я наименовал одного кандидата из духовенства в члены предполагаемого комитета: мне трудно исполнить сие потому, что я уже двадцать лет нахожусь непрерывно в пределах московской епархии, и потому наблюдения мои над прочим духовенством очень ограниченны. Только, повинуясь высочайшей воле, не смею не сказать моего мнения. Приглашение в комитет первенствующего члена едва ли удобно потому, что в случае изъявления им своего мнения в комитете и перехода дела в Синод, здесь уже нельзя было бы исполнить закона о подавании голосов младшим прежде первенствующего. Из прочих преосвященных, находящихся в Петербурге, довольно известен мне преосвященный тверской Филофей, служивший со мною в звании викария и участвовавший со мною в делах с благоразумием, верностью и способностью излагать свое суждение основательно и правильно. Поелику за мои мнения в последнем письме должен я отвечать пред Богом и Государем, и потому обязан употребить всевозможную предосторожность против могущего случиться недоразумения; то нахожусь в необходимости покорнейше просить, чтобы настоящее мое письмо и прилагаемое письменное изложение 160 бывшего словесного сношения представлены были на высочайшее Е. И. В. усмотрение. 20 декабря. Письмо митрополита Филарета к бывшему московскому генерал-губернатору П.А. Тучкову, относительно читаемой в церквах г. Москвы во время богослужения вновь составленной особой молитвы об избавлении России от затруднительного положения, в коем она будто бы находится Министр внутренних дел, П.А. Валуев, в конфиденциальном отношении к московскому генерал-губернатору П.А. Тучкову, от 14 декабря 1861 года, за № 1561, писал: «Здесь говорят, что будто бы в церквах г. Москвы во время богослужения читается недавно составленная особая молитва, об избавлении России от того затруднительного положения, в котором она будто бы находится в настоящее время. Имею честь покорнейше просить ваше высокопревосходительство почтить меня уведомлением, насколько справедлив этот слух, и, если действительно читается какая-либо молитва, которая могла подать повод к подобным толкам, доставить мне копию с оной». П.А. Тучков, вследствие вышеприведенного отношения министра внутренних дел, от 14 декабря 1861 года, за № 666, просил митрополита уведомить его, насколько справедлив слух о том, что в церквах г. Москвы, во время богослужения, читается недавно составленная особая молитва, об избавлении России от затруднительного положения, в коем она будто бы находится, и, если какая-либо молитва действительно читается, доставить ему копию с ней. Митрополит Филарет на отношение П.А. Тучкова, в конфиденциальном отношении своем, от 20 декабря, за № 141, писал ему: Г. министр внутренних дел требует сведения, справедлив ли слух, что в церквах Москвы, во время богослужения, читается недавно составленная особая молитва, об избавлении России от того затруднительного положения, в котором она будто бы находится в настоящее время, и доставления копии с оной молитвы. О сем на конфиденциальное отношение вашего высокопревосходительства, от 16 дня сего декабря (№ 666), ответствую. Не составлено, и в церквах Москвы не читается особой молитвы об избавлении России от затруднительного положения, в каком она будто бы находится в настоящее время. Во время общественных бедствий, как например, во время войны, на литургии коленопреклонно произносится священником особая молитва, примененная к обстоятельствам времени. Ничего такого нет в настоящее время в московских церквах. Вероятно, слух, дошедший до г. министра, произошел от перетолкования действия, просто церковного, не соединенного ни с каким указанием на политические обстоятельства России. На всякой вечерне, воскресной и праздничной, на литии (если сия не опускается для сокращения богослужения) между прочим, читается следующее молитвенное прошение: «Еще молимся – о еже милостиву быти благому и человеколюбивому Богу нашему, отвратити всякий гнев на ны движимый, и избавить нас от належащего и праведного Своего прещения, и помиловати нас». Сие прошение, с присоединением немногих выражений, не заключающих в себе особого прошения, а только возбуждающих к сердечной молитве, с некоторого времени, в моей домовой церкви, произносится диаконом между прочими прошениями так называемой сугубой ектении на вечерне, утрени и литургии. Все обыкшие слышать вышеозначенное прошение на вечерне воскресной и праздничной, знают, что оно составлено в древности, в Греции, и следственно не указывает ни на какие необыкновенные обстоятельства России, и, будучи произносимо в радостной праздничной службе, не есть выражение каких-либо затруднительных или скорбных обстоятельств, а есть просто смиренное и покаянное молитвенное прошение. Только люди, которые не ходят к праздничной вечерне, и мало знакомы с церковною службою, могли принять оное за новость, и дать оному произвольное догадочное толкование. Записка, заключающая вышеозначенное прошение, была также передана мною в кафедральный монастырь и в кафедральный собор, с разрешением, что оное могут употреблять священнослужители, поколику сознают нужду особенно возбуждать себя и других к смиренной и покаянной молитве. Записка сия отдана мною в том самом виде, как при сем прилагается, и без моей подписи, дабы ее не принимали за предписание, а могли употреблять только желающие. Побуждение, которое руководило мною, и которому, конечно, последовало большее или меньшее число священнослужителей, есть религиозное и нравственное. Оно выражено в начале вышеупомянутой записки в следующих словах: «Понеже умножились грехи наши, и наипаче требуется «покаянная и умиленная молитва». Если бы на сие потребовалось объяснение, справедливость требует сказать, что с некоторого времени мысли и учения противухристианские, противу нравственные и противуправительственные особенно сильно распространяются в литературе, цензурной и безцензурной, в молодом поколении и проникают до низших слоев общества. За умножением грехов мысленных следует умножение и грехов деятельных, частию незастенчиво обнаруживающее себя в прискорбных зрелищах пред глазами общества, частию примечаемое в признаках скрытой заразы. Не думаю, чтобы это нужно было доказывать. Сделаю однако немногие указания на то, чтò близко вижу, или легко могу вспомнить. I. В «Современнике» была напечатана статья, в которой излагался и доказывался материализм, – учение, конечно, не дружное с религией и нравственностью. Баккалавр киевской академии написал на сию статью опровержение, которому отдали справедливость основательные ученые. Проповедник материализма не умел защищаться; но не уступил, а отвечал насмешками и оскорблениями. Материалист одинокий не был бы так смел. Так поступить мог только надеющийся встретить многих сочувствующих, и во многих произвести сочувствие вновь. II. Студенты московского университета (и, говорят, не одного московского) долго скрытно от цензуры литографировали и распространяли переводы иностранных противухристианских сочинений, и противуправительственные статьи русской заграничной литературы (не знаю, удержаны ли от сего ныне); и потом плоды сих грехов мысленных показали в действиях, которые сами, только поздно, признали погрешительными. III. В «Светоче» (1861 г. кн. IX) в статье под заглавием: «Петр Великий, как юморист», говорится о «всепьянственнейшем соборе», о «сумазброднейшем соборе»; Бутурлин является «петербургским владыкою», а Петр Великий «протодиаконом». Описывается избрание и постановление князя папы, и кощунственно предаются осмеянию и поруганию не только избрание и посвящение папы, но также и православнве церковнве действия, и избрание и посвящение православных архиереев, как то: В процессии идут диаконы, попы, монахи, архимандриты, Бахус, несомый монахами великой обители, ковш, несомый от плешивых. «Что убо брате пришел еси, и чесого просиши от нашея немерности?» «Пьянство Бахусово да будет с тобою». «Како содержиши закон Бахусов»? «Бахусовым (питием) чрево свое, яко бочку, наполняю. И тако всегда творю. И учити врученных мне обещаюсь. Инако же мудрствующия отвергаю». «Налагают руки архижрецы». «Рукополагаю аз пьяный сего нетрезвjго». «Налагают шапку с возгласом: венец иглы Бахусовой налагаю на главу твою». «После чего поет: аксиос». Во всем этом явно пародируется чин православной архиерейской присяги и посвящения; и выражения из него взяты и изуродованы. Так литература вдруг оскорбляет и религию, и нравственность, и царский род. То, что сие основано на современных письменных документах, не служит к оправданию. Нечистоты существуют; но их выносит на улицу и показывать народу может решиться только лишенный здравого рассудка, или потерявший всякое чувство приличия. IV. В «Северной Пчеле» (1861 г., № 256) по случаю критики на одну христоматию, выписаны слова Христа Спасителя: «вы соль земли» и проч. ( Мф.5:13,14 .), и после критических замечаний на некоторые слова текста, прибавлено: «мы можем только сказать, что это издается для народа, которому, по мнению г. Невского, логичность в мысли совершенно излишня». То есть, критик полагает, что в точных словах Христа Спасителя совершенно нет логичности мысли. Так судящий Христа, видно, не имеет притязания быть и почитаться верующим во Христа. А между тем, судя Христа, и провозглашая это в народ, он, видно, надеется заслужить рукоплескания за свое свободное суждение, и желает распространить свой образ мыслей. Между тем, как государственная мудрость изыскивает средства законами и правительственными мерами преградить разрушительное влияние противурелигиозных и противу нравственных мудрований и направлений, и охранить дух религиозный и нравственный, который есть истинная душа и сила жизни общественной; не есть ли долг церкви и ее служителей, при виде ослабления сего духа, не тревожным, но тихим действованием возбуждать в народе сознание своей греховности и расположение к смиренной покаянной молитве, для избежания гнева и прещения Божия, и для привлечения высшей помощи делу самоисправления и общественного исправления? Не благо ли было бы, если бы такими чувствованиями действительно одушевились чада московской церкви, – и не одной московской 162 . К письму была приложена копия следующей молитвы: Понеже умножились грехи наши, и наипаче требуется покаянная и умиленная молитва: сего ради на вечерни, утрени и литургии, при окончании сугубой ектении, плаголи и сие: «Еще молимся, о еже милостиву и благоуветливу быти благому и человеколюбивому Богу нашему, отвратити всякий гнев на ны движимый, и избавити нас от належащаго и праведнаго Своего прещения, и простити нам всякое согрешение вольное и невольное, и помиловати нас недостойных рабов Своих, в сердце сокрушенном речем вси: молимтися, услыши и помилуй». На подлинной написано рукою митрополита Филарета: «Верно. Декабря 20, 1861 г.» 27 декабря. Мнение митрополита Филарета по делу о беспорядках в дивеевском женском монастыре Секретным указом Святейшего Синода, от 29 июня сего 1861 года (№ 3), предписано, чтобы для приведения в достоверную известность обстоятельств, сопровождавших избрание настоятельницы в дивеевский монастырь Гликерии, произведено было обследование по высочайшему повелению сообщенных сведений и донесения преосвященного Нектария, епископа нижегородского по сему предмету, (для чего назначены даниловский архимандрит Иаков и надворный советник Барков), и чтобы исполнительное донесение Святейшему Синоду представлено было чрез меня, с моим мнением. Таковое донесение с делом на 245 листах, и с описью дела, при сем Святейшему Синоду представляю. Обстоятельное изложение произведенного дела Святейший Синод изволит найти в представляемом донесении. Посему обязанностию моею остается изложить мое мнение, с указанием обстоятельств дела и соображений, которве составляют основание моего мнения, и делают его необходимым. I. Избрание в настоятельницу Гликерии надлежит признать неправильным и не подлежащим утверждению, по следующим соображениям. 1) Уже Святейшим Синодом усмотрено, и в указе 15 октября признано, что буквальный смысл указа Святейшего Синода не представлял основания к избранию, вместо Ушаковой, новой настоятельницы, тем более, что епархиальное начальство в декабре 1860 года о переименовании общины в монастырь ходатайствовало, – по уважению к внутреннему и внешнему благоустройству общины под управлением Ушаковой, – что, и в случае надобности избрания новой настоятельницы, избрание ее, но силе указа Святейшего Синода, принадлежит обществу сестер; но преосвященный произвел сие своим личным настоятельным действованием, он не уважил мнения большинства сестер, и неправильно употребил жребий. 2) Ксения Ильина, одна из сестер, при начале общины под руководством старца Серафима вступившая в оную, по ведомостям за 1858, 1859 и 1860 свидетельствованная поведения весьма хорошего, показала ход избрания настоятельницы в следующем виде. Пред литургиею в церкви преосвященный сказал: надо избрать начальницу. Сестры не отвечали. После обеда к больнице собралось их около ста, и 20 упали в ноги ключарю, чтобы просил преосвященного оставить начальницею Елисавету, а по выходе преосвященного из больницы, все упали ему в ноги с тою же просьбою. После всенощной в трапезе преосвященный велел сестрам, которые были на стороне Лукерьи, становиться вперед к образам, а прочим двинуться назад. (Размещение сие знаменательное; оно выражало предпочтение лукерьиных, и желание привлечь на сию сторону прочих, которым выражено неблаговоление отсылкою их назад). Приверженные к Елисавете, на коленях, со слезами, просили преосвященного оставить ее начальницею; преосвященный сказал: «я ее не оставлю; избирайте три лица; «а если вы не изберете, я, кроме Елисаветы и Лукерьи «изберу сам третье лицо из среды Лукерьи Васильевны; «и если жребий вынется на Лукерью Васильевну, а вы не «будете ей повиноваться, то я вас вышлю вон». Мы сказали: «нас 400». Он на это сказал: «и 400 вышлю». Таким образом преосвященный отвергает большинство; – не в порядке; входить сам в избрание, желая сам назначить кандидатку, и притом непременно из партии меньшинства. Избрание в отношении к сестрам не свободное, а со стороны преосвященного не безпристрастное; и следственно по справедливости не подлежащее утверждению. 3) Евдокия Ефремова, также одна из первоначальных сестер обители, поведения за 1858 и 1859 очень хорошого, а за 1860 хорошего, также показала, что преосвященный не желающим Лукерьи угрожал изгнанием, и присовокупила: «я, Евдокия, стоя пред ним со слезами говорила ему: «святый владыко, пощади нас, Иоасаф гонит нас 30 лет; «и ты гонишь нас; нам Лукерьи не нужно». Преосвященный отвечал: «Иоасаф добрый человек»; а я продолжала: «я, батюшка, живу 60 лет в обители, и мне уже осьмой «десяток; старших нас шесть сестер; на нас обитель «завел о. Серафим; мы с ним трудились; ему служили. «Архиерей сказал: что мне до того, что тебе 70 лет; вы «мне не нужны; у меня и молодая будет начальницею. «Сестры плакали и рыдали». 4) Прасковья Иванова Пашина, (поведения очень хорошого) показала: в трапезе брать преосвященного сказал: избранницы проходите вперед. Прошло вперед, может быть, человек 80; а 400 человек остались назади. Это желающин Елисавету. 5) Ксения Иванова Муникова (за два года поведения очень хорошого, и за один хорошого) и согласно с нею несколько сестер, показали, что по выходе преосвященного из больницы человек сто или полтораста со слезами поклонились ему в ноги, и просили оставить Елисавету. А Варвара Абрамова показала, что она, и другия, человек 20, приходили к преосвященному на гостинницу с объявлением, что избирают Лукерью. Вот сторона Лукерьи сама объявляет свое слабое меньшинство, пред вышепоказанным числом. 6) Прасковья Павлова Ерофеева сама о себе свидетельствует, что только 15 человек просили преосвященного ввести ее в жребий. И, не смотря на сие ничтожное меньшинство, она введена в жребий. 7) Глафира Семенова Маккавеева показала, что написала письмо к преосвященному, и подала по прибытии его в монастырь от 30 сестер, но за одною своею подписью, о избрании Лукерьи. 25 согласных на сие письмо она наименовала. Из них, по ведомости за 1858 год, только 4 показаны поведения хорошего, 3 изрядного, одна неизвестного по новости, 17 неблагонадежного, и сама Глафира своевольного. Вот какие люди избирали Гликерию! И следственно вот какие люди, одолжив Гликерию своим избранием, имели бы преимущественное влияние в обществе! 8) Ефросиния Васильева, обстоятельно рассказывая о избрании в главных чертах согласно с тем, что показано – выше под числом 2, говорит, между прочим, что избирающих Гликерию было не более 40, а все прочие были на стороне Елисаветы, что желавших выказать достоинство Елисаветы преосвященный не выслушал; что избрание Гликерии в начальницу всеми понято, как покорение Иоасафу; что жребий считают невероятным, потому что не было слухов при ком он писан. В самом деле преосвященный не употребил достаточной предосторожности против сомнения. Сам написав и запечатав жребий, и положив на блюдо в известном ему порядке, он мог взять тот, который желал; и под видом жребия исполнил свою волю. 9) О числе избиравших Гликерию показали принадлежащие к ее стороне: две – кажется, больше чем на Елисаветиной стороне, 7 – меньшая часть, 1 – гораздо менее, 1 – в половину, 1 – по равной части, 1 – до 150, 9 – до 100 или более, 1 – 50 или 100, 2 – 70. Таким образом партия Гликерии сама признает более или менее слабое меньшинство голосов в пользу Гликерии, кроме двух догадочно приписывающих Гликерии большинство голосов, что очевидно, опровергается собственною их партиею. Находящиеся на стороне Елисаветы о числе голосов в пользу Гликерии показали: 6 – меньше, нежели на стороне Ушаковой, 4 – 40 или 50, 1 – слишком 40, 1 – быть может 80, 21 – 40. Очевидно преобладает число 40. 10) Следователи, кроме спросов, составили еще избирательные списки. В список избирающих Елисавету записалось 293, в список избирающих Гликерию 104, избирающих Параскеву 2. Осталось нейтральных и не вписавшихся по болезни или отлучке 63. Избирающих Елисавету и здесь втрое больше. Но если принять в рассуждение, что от стороны Елисаветы многие отвлечены, уже после избрания Гликерии начальническим усилием ее и партией ее, «на что есть в деле доказательства», то остается неопровержимым, что при первоначальном избрании на стороне Гликерии было только около 40 сестер, и следственно на стороне Елисаветы в десять раз больше, и на сей стороне старейшие и достойнейшие сестры. 11) Доказательством усиленного отвлечения сестер от стороны Елисаветы, к стороне начальствующей уже Гликерии, служит показание благочинной Ерофеевой, что Гликерия послала ее и Глафиру, начинательницу действовать в пользу Гликерии, по кельям и они собрали подписку 230 сестер. Но при следствии объявили из них: 40, – что подписались страха ради; 23, – что их записали без их согласия, и сей подлог обличается тем, что некоторые из них, сами умея писать, записаны, как не умеющие. В сей список записаны 12 бывших во время подписи в отсутствии, 1 – выбывшая из обители еще в великий пост, 1 – малоумная, 1 – повредившаяся в рассудке. Ясно, что сей список не заслуживает доверия, и должен быть отвержен как незаконный. Он доказывает только то, что управление Гликерии неправдиво и притеснительно. 12) Монастырский духовник, священник Садовский, показал, что на сторону Гликерии отошло человек около 50, а около 200 единогласно упрашивали преосвященного о Елисавете, как достойной. Священник Феликсов, – что малая часть сестер желала Гликерию. Священник Софийский, – что на сторону Гликерии отошло не более 40 человек. Две посторонние свидетельницы под присягою, – что на сторону Гликерии отделилась четвертая часть. 13) 10 сестер показали, что во время избрания в трапезе третьего лица никто не называл. Брат преосвященного показал, что преосвященный сам написал жребий для избрания. Новое доказательство неправильности введения в жребий Параскевы, и неправильности самого жребия. 14) Одним способом можно было бы объяснить усиленное действование преосвященного нижегородского для устранения Елисаветы, если бы предположить, что он каким-либо образом дознал ее недостоинство; но сей мысли нельзя допустить, потому что он в то же время предлагал ей быть начальницею давидовой общины. Сие подтверждают г. Мотовилов, княжна Енгалычева, благочинный архимандрит Иоаким, печерский наместник, и сам преосвященный. Нельзя предположить, чтобы он недостойной и порочной женщине предложил быть настоятельницею обители. II. Г. Мотовилов, приписывая преосвященному очень строгое обращение во время избрания, писал, что он пихал ногами лежащих пред ним сестер. Некоторые сестры показали, что он, проходя между ними, задевал некоторых ногою. Обстоятельство сие, как следствие тесноты, может быть оставлено без внимания. III. Г. Мотовилов писал, что преосвященный назнаменовал к изгнанию Устинью Иванову, за то, что она после обедни сказала ему: грех вам, батюшко, обижать нас. Устинья призналась, что сказала ему: «батюшко Серафим нас собрал; а вы будете разгонять; Бог вас накажет»; и показала, что она трижды просила простить ее и не исключать из обители, из которой не выходить дал ей заповедь отец Серафим; но преосвященный выслал ее в ардатовский монастырь, где она уже и находится три месяца. (Теперь уже шесть месяцев). Устинья одна из старейших сестер обители дивеевской. Она некогда избрана была в начальницы; но не утверждена потому, что писать не умеет. Ардатовская начальница одобряет ее, как прилежную к молитве и церковному богослужению. Преосвященный Нектарий не оскорбил бы своего сана, если бы поставил себя выше оскорбления грубою простотою старухи. Но если и надлежало наказать ее, довольно шестимесячного изгнания, и время возвратить ее туда, откуда не исходить заповедал ей отец Серафим. IV. поскольку вместе с запискою г. Мотовилова о дивеевских происшествиях, прислано было также к следствию письмо г. Карамзина, то необходимо было дознание и о предметах сего письма, имеющих важное значение в настоящем деле, и в судьбе дивеевского монастыря. Г. Карамзин писал: мифическая община (так называет он партию Иоасафа и Гликерию) затеяла строить какой-то скит, цели и пользы которого в действительной общине никто не знает. Начальница общины, что ныне монастырь, Елисавета показала следователям, что иеромонах Иоасаф имел намерение в 3-х верстах от сей обители, к стороне саровской пустыни, в 2-х верстах от деревни построить скит, с тем чтобы, по подобию Антония и Феодосия печерских , и здесь была обитель отца Серафима, и своя обитель ученика его, то есть Иоасафа, о 12 вратах подобно небесной скинии. Там в 1850 году выстроена была келлия для благочинной Татьяны Буржумовой, у которой Иоасаф в обители имел пребывание, но начальница Лодыженская признала сию келлию неполезною и сломала. Из сего видно, что предприятие скита исполнено странностей и несообразностей. Иоасаф некстати сравнивает себя с преподобными печерскими, до которых он, конечно, не дорос, и которые не строили двух женских обителей. Строить скит еще ближе дивеевского монастыря к саровскому, неудобно в предосторожность от нареканий. Строить обитель о 12 вратах по подобию скинии небесной, есть мечта, выходящая из пределов здравомыслия. Темное начало скита представляется и в том, что Иоасаф пребывал в обители у благочинной Татьяны; потом для сей Татьяны построил в пустом месте келлию; и потом на сем месте хочет строить скит. Это начало скита становится еще более темным, по принятии в соображение выписки из журнала следователя, исправника Бетлинга, 18 ноября 1861 года. Из сего журнала видно, что тогда в общинской келлии в лесу жил зять Иоасафа–Муранов с женою; что там же проживали сестры общины, которве были свидетельницами драки Фоминой с женою Муранова. В постановлении того же следователя 10 декабря 1850 года сказано: обстоятельства относящиеся до Иоасафа, объявленные девкою Фоминою, представлены на рассмотрение консистории. Нижегородская консистория определила: Муранова, по недоказательству в преступлении, от суда освободить, а Фомину за любодеяние предать церковному покаянию. Вот какое поруганное место Иоасаф хочет украсить скитом. Надлежит признать справедливым мнение саровского строителя, что благомыслящие видят совершенную бесполезность устройства скита; и что он мог бы послужить причиною расстройства дивеевской обители. V. Г. Карамзин писал о дивеевской общине, что ныне монастырь: всех сестер теперь до 500. В бедности, посте и молитве живут они мало известные миру, под руководством любимой, всеми уважаемой начальницы, духовника старого, почтенного, всеми ими любимого. Удалось одному монаху создать какую-то фантастическую мифическую дивеевскую общину. Много я о нем расспрашивал, и ни единого не встретил человека, который бы замолвил о нем доброе слово. Но в мифической дивеевской общине, им сочиненной, этот монах святой человек, любимый ученик Серафима, поставленный им самим покровителем общины. Одно время он как-то обошел и действительную общину, много у них распоряжался, мутил, и наконец был изгнан оттуда, оставив в массе сестер самое тяжелое воспоминание и замарав в общем мнении мирян всю общину. С тех пор Иоасаф насильственно отлученный от действительной общины, которая без него обрела опять мир и тишину при большой бедности, перенес весь запас своих лжей и интриг на мифическую общину. Следователями о иеромонахе Иоасафе и об отношениях его к дивеевской обители открыто следующее: 1) В 1844 г. вследствие просьбы дивеевских (сестер) иметь духовником Иоанна (что ныне иеромонах Иоасаф) и указа Святейшего Синода, преосвященный нижегородский Иоанн 163 отклонял сие, представляя, между прочим, молодость рясофорного послушника Иоанна, но полагал допустить его содействие обители по внешней хозяйственной части. 2) Преосвященный тамбовский Николай 164 также не желал допустить духовничества Иоанна, которого в саровской обители и пострижения достойным не признавали и свидетельствован, он был поведения своевольного. 3) В 1846 г. благочинный монастырей доносил консистории, что в дивеевской общине по постройкам распоряжается саровский послушник Иоанн без участия больной начальницы, что Иоанном сломан деревянный корпус, и другой, очень прочный, назначен к ломке, что старшие сестры жаловались на неудовлетворение их некоторыми потребностями, между прочим, потому, что откладывались до приезда Иоанна, причем объявили, что не просили Иоанна в духовники, хотя впрочем на сие возражала казначея Юлия (принадлежавшая к партии Иоасафа). 4) В марте 1850 года, от имени больной и бездейственной начальницы Кочеуловой, рукою зятя Иоасафа написано прошение к преосвященному Иакову 165 , чтобы иеромонаха Иоасафа утвердить духовником, благочинным и строителем храма. Прошение сие оставлено без последствий; но оно доказывает, что не общество доверяло Иоасафу, а он сам старался уполномочить себя. 5) В том же году, происходило тяжкое, известное и Святейшему Синоду, дело о дивеевской послушнице Фоминой. В прошении на имя исправника она объявила, что была беременна от зятя Иоасафова Муранова; призналась в сем Иоасафу на исповеди; он открыл сие благочинной Татьяне; сия выпроводила ее из обители для разрешения от бремени; потом Фомина возвратилась, и Хоасаф (вместо того, чтобы выслать ее из обители) принуждал ее идти к нему на исповедь, но она не согласилась, потому что он нарушил тайну исповеди. При следствии Татьяна объявила, что Иоасаф имеет помещение в ее келлии; а она переходит в другую. Но правила, не велят монаху ночевать в женском монастыре; притом близ монастыря есть гостиница, где он мог иметь помещение. Вследствие прошения Фоминой г. гражданский губернатор просил преосвященного Иустина 166 удалить Иоасафа из дивеевской обители, что преосвященным и исполнено. 6) Из дознания протоиерея Милорадовского в 1856 году и из резолюций преосвященного Иеремии 167 видно, что Иоасаф чрезмерно растянул ограду дивеевской обители, несправедливо ссылаясь на предание о. Серафима и на план, якобы утвержденный преосвященным Иаковом. Ограду полагалось растянуть на несколько верст. Некоторым сестрам в трапезу и в церковь понадобилось бы пройти около версты. Предприятие сколько самочинное, столько же и нерассудительное. 7) В марте 1851 года отрешенный от дивеевской обители иеромонах Иоасаф, как доносила начальница Лодыженская, без ведома начальства приехал в Дивеево. Начальница не пустила его в монастырь, и запретила сестрам выходить к нему в гостиницу. Сие нарушили две: Глафира и сестра Иоасафа. 8) В 1858 году, как видно из объяснения начальницы Лодыженской, Иоасаф присылал в обитель офицера Назимова, который с купчихою Таракановою усиливался войти в церковь ; но не был допущен. Он проклинал общество и начальницу за устранение Иоасафа. На другой день офицер перелез чрез ограду, вошел в церковь; заставлял сестер прикладываться к принесенному им образу; причем возобновил свои ругательства. 9) В 1857 году начальница Лодыженская искала с Иоасафа денег за проданные книги, напечатанные в пользу общины; и билета в 3000 р. с., пожертвованного г. Поповым на ограду. Иоасаф книги и деньги за них объявил своею собственностию; а о билете сказал, что Попов, умерший, переменил намерение, и билет отдал его приказчику. Это, конечно, не показывает в Иоасафе благотворителя обители. 10) Из списка зданий видно, что Иоасаф многие здания строил, ломал, переносил по безотчетному произволу, и один жилой корпус сломал за то, что построен без его спроса. 11) Для объяснения отношения Иоасафа к обители, Ушакова ссылалась особенно на священника Садовского, служащего при обители более 30 лет, пользовавшегося одобрением и доверием преосвященных Иакова, Иеремии и Антония 168 . Его показание достойно быть вполне выслушано. Вот главное его содержание. Иоасаф о. Серафимом духов-конапитанных, отличавшихся монашескими добродетелями, презирал и уничижал; младшим оказывал особенное покровительство; подавал повод к неповиновению, требовал себе повиновения более, чем начальнице; приверженных к себе сестер по малу отделял от начальницы и прочих, отчего при Екатерине Лодыженской и Елисавет Ушаковой произошло возмущение сестер против начальницы. По несколько месяцев сряду жил в одном корпусе с благочинной Татьяной и прочими сестрами, коих было до 15. Стоял на клиросе между сестрами. На работы ходил окруженный толпою сестер. Разрешение от преосвященного на пребывание ему в обители испрашиваемо было приверженными к нему посредством прошений на бланках, подписанных начальницею Кочеуловою. От имени начальницы и старших сестер, без ведома их, подаваемы были прошения об определении Иоасафа в попечителя и духовника. Насильно посылали сестер исповедываться у Иоасафа. 169 12) Примечательно сказанное следователям первоначальницею ардатовского монастыря, восьмидесятилетнею старицею, Евдокиею: по учению Иоасафа и ложь во спасение; лжет на о. Серафима, и дивеевских – научил лгать. Уверял, будто бы батюшка возложил на него попечение о трех общинах: дивеевской, ардатовской и зеленогорской. Это ложно. Иоасафа я не допустила мешаться в наши дела, и обитель наша, за молитвы о. Серафима, утешилась. И в Дивееве, если бы не мешал Иоасаф, давно бы устроилось и жили бы сестры спокойно, благодаря Бога и о. Серафима. Что Иоасаф об о. Серафиме не всегда правду говорил, сие можно усмотреть из разноречий в разных его изданиях жития о. Серафима. Отзыв о сем, почитателя о. Серафима, г. Бетлинга, достойный прочтения, в конце прилагаемый при сем под буквою А 170 . Из всего здесь изложенного необходимо заключить, что отношения Иоасафа к дивеевской обители вредны в отношении к ее миру, благочинию, хозяйству, и к духовному устроению сестр 171 ; и потому нужно пресечь оные совершенно, и обратить на него бдительное внимание там, где он ныне служит. VI. За сим необходимо следует вопрос: как умиротворит разделенную обитель? Без сомнения, надобно преимущественно поддержать ту сторону, которая представляет сильное большинство, и к которой принадлежат первоначальные ученицы о. Серафима, и привести ее в безопасность от меньшей партии, к которой принадлежит много неодобренных в поведении, и неодобрительными оказавшихся по настоящему делу. Посему нужно удалить из обители благочинную Прасковью Павлову Ерофееву, которая принуждением и страхом составляла по келлиям список избирающих Гликерию и внесла в него отсутствующих и безумных. Глафиру Семенову Маккавееву, писавшую к преосвященному письмо о Гликерии, и сделавшуюся предводительницею ее партий. Лукерью Васильеву Занятову, как сделавшуюся главным камнем претыкания и соблазна в обители. VII. Наконец предусмотрительности Святейшего Синода предлежать будет найти исход из следующих затруднений. Дивеевскому монастырю неудобно оставаться долго в ведении тамбовского преосвященного, а тем менее быть причислену совсем к тамбовской епархии. Пределы епархий должны быть тверды. Притом гораздо полезнее, чтобы два монастыря мужской и женский, недалеко отстоящие один от другого, надзираемы были двумя епископами двух епархий, дабы тем более удовлетворительна была верность надзора, в предосторожность от нареканий, к несчастию уже возникших, хотя и неосновательно, как видно будет из другого дела о дивеевском монастыре. Но обстоятельства сих дел показывают, что преосвященный нижегородский сам предубежден в пользу партии Иоасафа и Гликерии, и с необыкновенным напряжением поддерживает оную; и неправильно употребленный жребий для избрании Гликерии, кажется, доныне почитает делом провидения. Посему трудно ожидать, чтобы он изменил свое воззрение и направление, которого нельзя согласить с миром и благоустройством дивеевской обители. № 144. Декабря 27, 1861 г. 172 27 декабря. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, о болгарском архиепископе Иосифе, изъявившем желание присоединиться к православию Отношением, от 6 ноября, № 6261, ваше сиятельство требовали моего мнения о прошении к Святейшему Синоду болгарского архиепископа Иосифа. Мнение сие ваше сиятельство могли уже усмотреть в двух записках моих о архиепископе Иосифе, и в записке моей 25 ноября, под числами V, VI и VII. Впрочем обращаюсь к прошению. Архиепископ изъявляет свое искреннее раскаяние о своем тяжком падении и пламеннейшее желание быть паки в приискреннем общении с единою святою православною церковию. Он глубоко и всецело осуждает свое несчастное отпадение от православной церкви, и приносит о нем пред Святейшим Синодом чистосердечное и слезное раскаяние. Он говорит, что никогда не признавал папы главою церкви и своим, а искал только самостоятельности болгарской церкви и ее независимости от патриарха константинопольского. Трудно представить, как он мог получить от папы рукоположение, не признав его главою церкви. Он просит, чтобы Святейший Синод от Бога данною властию изрек ему прощение и разрешение от всякого отлучения. Он объясняет, что не мог явиться ко вселенскому патриарху, чтобы не подвергнуть опасности своей жизни, или по крайней мере свободы, и теперь не может, чтобы не быть невольно виною новых волнений народных: и потому просить Святейший Синод исходатайствовать ему прощение от Святейшего патриарха. Между прочим, он изъявляет опасение, что в случае возвращения его теперь в Турцию, западная пропаганда может схватить его, держать в плену, и действовать его именем ко вреду православия. Первый в сем деле вопрос есть следующий: может ли Иосиф при принятии его в православную церковь признан быть архиепископом, и по какому чиноположению должен быть принять? Ответ мой на сие находится в записке об архиепископе Иосифе, от 1 июля под числами IV и V и в записке. 25 ноября под числами V и VI. Затруднение сего первого вопроса зависит от второго вопроса: можно ли, и как, приобрести Иосифу прощение от вселенского патриарха, и его согласие, чтобы Иосиф снисходительно принят был в общение российской церкви? Разрешение сего вопроса, по сведениям, указанным выше, трудно и несомнительно. Надобно, чтобы святейший патриарх отступил от своего строгого суждения о Иосифе, которое выразил архимандриту Антонину, и чтобы согласился оставить Иосифа без преследования, как своего подчиненного, вышедшего из повиновения. Для сего надобно много снисхождения со стороны святейшего патриарха, тогда как напротив он оказывал в деле болгар много непреклонности. Если бы Святейший Синод написал о сем к вселенскому патриарху, и получил отказ: дело пришло бы в неразрешимое положение, и обнаружило бы важное нарушение согласия церквей, не без опасности дальнейшего вреда. Если бы российское в Константинополе посольство было в совершенно желаемых отношениях с вселенским патриархом, то могло бы оказать сему делу помощь доверенным словесным представлением патриарху, позволить ли он Святейшему Синоду ходатайствовать пред ним о прощении Иосифа. Такая почтительная скромность Святейшего Синода не только не угрожала бы раздором, но и располагала бы патриарха к дружелюбному снисходительному ответу. Если сие неудобно, нельзя ли поручить архимандриту Антонину смиренно довести до сведения вселенского патриарха, что российское духовенство находит полезным для православной церкви, чтобы Иосифу оказано было снисхождение, и что Святейший Синод решился бы ходатайствовать пред патриархом о прощении Хосифа, если бы имел надежду благосклонного принятия сего ходатайства. По ответу на сие патриарха можно было бы судить о дальнейшем ходе дела. Между тем нужно приобрести достоверное сведение, кто из отпадших в унию членов константинопольского духовенства возвратились в православную церковь с сохранением церковных степеней, и по какому чиноположению были приняты. Архиепископа же Иосифа не излишне уведомить, что Святейший Синод благосклонно приемлет его прошение, и если не тотчас разрешает оное, то для того, чтобы сие произошло с сохранением мирных отношений к вселенскому патриарху. Письмо митрополита киевского и прошение архиепископа № 146. Декабря 27, 1861 г. 173 28 декабря. Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, графу А.П. Толстому, по делу о беспорядках в дивеевском женском монастыре Отправляя в Святейший Синод следствие о избрании в начальницу дивеевского монастыря Гликерии, нахожу нужным обратиться к вашему высокопревосходительству с некоторыми дополнительными сведениями, относящимися к сему делу. Сведения сии неудобно было ввести в дело во-первых потому, что они собраны одним архимандритом Яковом, отдельно от другого следователя, и не официально, во-вторых потому, что некоторые сведения о иеромонахе Иоасафе слишком неблагообразны, и гласность их подвергла бы монашеское звание глумлениям, к которым ныне многие расположены. Некоторые дивеевские сестры архимандриту, как духовному лицу, открывали такие обстоятельства, о которых не хотели говорить при другом следователе, или лице светском. Посему препровождаю на усмотрение ваше следующие бумаги: 1) Донесение архимандрита Якова, от 17 ноября. 2) Выписку из сказания жизни старца Серафима, с замечаниями архимандрита Иакова. 4) секретнейшую записку о иеромонахе Иосафе. Что касается до упоминаемой в донесении записки г. Бетлинга, она приложена к моему донесению в Святейший Синод. Секретнейшую записку нужно иметь в виду, чтобы знать с какою осторожностью надобно смотреть на иеромонаха Иоасафа. 30 декабря. Донесение Святейшему Синоду митрополита Филарета с заключением его по рапорту епископа Нектария о поведении начальницы дивеевского монастыря Елисаветы Ушаковой Секретным указом Святейшего Синода, от 19 дня августа, сего 1861 года, № 2665, предписано мне донесение преосвященного Нектария, епископа нижегородского, касательно дивеевского монастыря, или точнее, о поведении начальницы его Елисаветы Ушаковой, передать для производства исследования назначенным уже прежде следователям. Исполняя сие предписание, я предложил следователям, чтобы сие дело, как имеющее особый предмет, произведено было отдельно от прежде назначенного следствия о избрании начальницы. 13 дня сего декабря, следователи представили мне, при своем донесении, представляемое при сем следственное дело, на 145 листах. Епархиальное дело началось репортом эконома архиерейского дома, иеромонаха Феодосия. 5 пунктов доноса все падали на начальницу Елисавету. В доносе не наименовано ни одно лицо, от которого доноситель получил сведения: и таким образом скрыты изветчики, от которых надлежало бы требовать доказательства доноса; и сбережены для того, чтобы изветчики могли превратиться в свидетелей. Донос от 29 марта до 19 мая оставался без действия. Из того, что в сей самый день преосвященный Нектарий предлагал Елисавете быть начальницею в другой обители, следовало бы заключить, что он почитал донос не заслуживающим уважения. Но в сей самый день преосвященный поручил ключарю произвести по оному дознание. Если же сие распоряжение принять за признак, что преосвященный находил донос уважительным: то не понятно, как он в тот же день допустил Елисавету в число кандидаток для избрания в начальницы по жребию, а не отложил избрания, доколе объяснилось бы, справедлив или ложен донос. В репорте ключаря, от 31 мая, повторены те же статьи доноса, сказано, что одне сестры подтверждают донос, а другие не подтверждают; но опять ни одна из них не названа по имени; и замечено, что в пристрастных свидетельствах неспокойных в то время сестер трудно было найти правду. Таким образом дознание было также явно неосновательно, как и предшествовавший донос: однако преосвященный предписал благочинному Розову произвести по ним строжайшее и подробное исследование. Доноситель простирал позор от дивеевской начальницы Елисаветы до саровского настоятеля Серафима. В изследовании священника Розова Елисавета отвечала, что строитель посещал дивеевскую обитель раза два или три в год, по ее приглашению по нуждам обители, также и иеромонах Иаков не более двух раз; что саровскую обитель она посещала не более трех раз в год для поклонения гробу старца Серафима, и по делам обители с сестрами и кучером, но однажды по занятию рабочих людей и лошадей, ездила с одною сестрою в одну лошадь. Свидетели по ссылке Елисаветы под присягою Бывшая благочинная Ксения Ильина, подтвердив показание Елисаветы, дополнила, что Иаков, как слышала, был для составления описи церковных имуществ, – что он и строитель до позднего вечера никогда не оставались. То же показали 68 сестер. Указанные по списку Гликерии, следственно принадлежащие к ее партии, показали: Прасковья Павлова начала порицанием сестер, давших показание в пользу Елисаветы. Приписывает им дерзость и ссылается на преосвященного; без сомнения, в отношении к происшествию при избрании Гликерии, в котором случае от приверженных к Елисавете была настоятельная просьба; а не дерзость. Затем, говорит, что строитель и Иаков посещали начальницу и казначею первый раза три в год, а второй однажды для писания каких-то бумаг, первый пробыл суток полтора, а второй по два дня; возвращались в гостиницу в 10 часов вечера. То же показали 33 сестры. Варвара Иванова и с нею 20 – посещали часто. Глафира и немногие, – что они весьма соблазнялись. Старшая на гостинной Матрона – строитель и Иаков бывали раза три в год; последний однажды ночевал на конном дворе. Прасковья и Варвара – не знают о беспорядках, а слышали. Прасковья Павлова и с нею 57 – начальница часто посещала саровскую пустынь. 14 – гостила в Сарове дней пять, чем они весьма много соблазнялись. (А когда Иоасаф по целым месяцам жил в келье благочинной, они не соблазнялись. Ясно, что не за нравственное достоинство ревнуют, а наветуют на начальницу не из их партии). Наконец, по отобрании показаний от всех сестер, Глафира Васильева припомнила, что бывшая начальница Елисавета, в последнее время, пред приездом преосвященного, ездила в саровскую пустынь раза три в неделю, держала в келлии и употреблять послушницам не запрещала хлебное вино и проч. Священник Розов, представляя следствие преосвященному, сам признался в своем незаконном поступке, что следствие не дал прочитать ответчице Елисавете, и подписать, довольна ли она, или нет; это якобы для того, чтобы не возникла сильнейшая вражда между партиями. Затем, следователи, назначенные от Святейшего Синода, в следствии священника Розова открыли еще следующие незаконности: свидетели со стороны Елисаветы приведены к присяге без нее; свидетели против нее приведены к присяге без нее, и притом самим следователем; Елисавета не спрошена, не имеет ли причин к отводу свидетелей; от нее, как ответчицы, оправдания не взято. Итак следствие священника Розова вообще не имеет законного достоинства. Новыми следователями следствие Елисавете объявлено: и она осталась им недовольна, представив, между прочим, следующее: следователь не объявил ей лиц, которве допустил к спросу против нее, которых большая часть принадлежит к враждебной партии Иоасафа; приводил к присяге без нее, и сам, тогда как при обители есть два священника, принял против нее новые доносы, которые не были в репортах ключаря и казначея; не спросил Гликерию, откуда она взяла список сестер, чрез которве якобы ключарь и эконом делали дознание. (Здесь заметить должно, что если этот список справедлив, то ясно, что бывшие доносительницами эконому в следствии превращены в свидетельниц). Наконец, Елисавета почитает невероятным, чтобы Феодосий мог расспрашивать 65 сестер, судя по недолгому его пребыванию в обители, при многих других занятиях. Елисавета просила исследовать дело по правде. Во взятом от нее оправдании она полнее и доказательнее подтвердила то, что прежде показала в допросе. Саровский строитель объяснил, что в дивеевской общине случалось ему быть раза два или три в год, и заходить к настоятельнице, на короткое время, при чем каждый раз сопутствовал ему старец Евгений; прошедшею зимою, не застав князя Шахаева, заехал в дивеевскую обитель; были у начальницы в 4 часа по полудни; и по причине вьюги остались ночевать на гостинице. Настоятельница Елисавета бывала в Сарове раза два, а иногда, может быть, и три раза в год, виделась с ним в церкви и на гостинице, для принятия благословения и для нужды обители. В мае нынешнего года она ни разу не была в Сарове. Монах Евгений подтвердил показание строителя. Глафира Васильева, спрошенная в доказательство, показала, что не припомнить, когда после Пасхи Елисавета ездила в Саров. О неблагочинном обращении начальницы Елисаветы следователю Розову не говорила, а говорила это про казначею Евфимию. Анисья Солдатова показала, что ездила с Елисаветою за кучера в Саров, но также и в Арзамаз; в мае с нею не ездила, а в июне ездила по поручению Гликерии просить леса. Пелагия Гумиллевская, что после пасхи Елисавета в Саров не ездила. Гликерия – о сем не знает, а слышала; а о поездке в июне подтвердила. Свидетельница по ссылке Елисаветы Ксения Мусина показала, что строитель бывал в дивеевской обители два или три раза в год, и в келлии Елисаветы на час или на два много на три, что пересуды о сем от сестер Иоасафовой партии она считала вражиим учением. Прасковья Пашина – не знает и не слыхала. Анисья Солдатова – о пересудах не слыхала и не было ничего соблазнительного. Дарья Каменская (построившая церковь ) – что она постоянно находилась в келлиях начальницы Елисаветы; при посещении строителя было одно назидательное и полезное для жизни духовной. Екатерина Енгалычева – о пересудах не слыхала; строитель, по благочестивой жизни, заслуживает полного уважения, – в Елисавете всегда видела назидательный пример духовной жизни. Матрона Бобкова – о неприличиях не слыхала; Елисавета для всех добрая мать; о строителе ничего, кроме хорошего, не знает. Дарья Мамонова – не находила ничего неприличного; строитель духовной жизни; Елисавета примерной жизни. Глафира Харкевич – обстоятельно и сильно выражает доверие и уважение к строителю и Елисавете. Екатерина Бурова – никто не соблазнялся посещением строителя и Якова, а все довольны были. Без присяги, по уклонениям от оной, Ксения Пушкова – ничего соблазнительного не было; Елисавета ездила в Саров редко, когда для обители, и для поклонения гробу старца Серафима. Мавра Элькова, Прасковья Болдырева – то же. Настасья Ворошилова ничего не знает, – внимает себе. Пять сестер объявили, что они при следствии священника Розова ничего не показывали против начальницы; и решительно отказались от показаний, написанных священником Розовым. Матрена Осипова объявила, что в список сестер, делавших показания против Елисаветы, она внесена без ее ведома. Почтенный священник Садовский показал: строитель посещает дивеевскую обитель и начальницу два или три раза в год, на самое короткое время, и всегда сопровождаемый кем-либо из саровских старцев. Посещения его показывали в нем достоуважаемого начальника. Елисавета вела и ведет жизнь смиренную и богоугодную; с вверенными управлению ее сестрами обращается всегда с материнскою любовию, кротко, духовно-благородно. Бывший ардатовский пристав 1 стана Колумбов говорит, что мнение общества о Елисавете было с отличной стороны. Княгиня Шахаева, по ссылке Елисаветы, пишет, что Иоасаф безсовестно заставил пострадать невинную г-жу Ушакову за то, что она ограждала монастырь от его безобразного владычества. Начальницы общин ардатовской и алексеевской, игумения никольского арзамазского монастыря, благочинный монастырей архимандрит Иоаким, все отозвались о Елисавете одобрительно. Девять особ дворян отозвались о Елисавете, как отличной и примерной по жизни и управлению общиною. Следователи замечают, что священник Розов свидетельниц против Елисаветы спрашивал не по указанию старших сестер, но по списку, составленному Марьею Карауловою, в который внесено 57 сестер, избравших Гликерию, то есть, составляющих ее партию. Из них 26 в ведомостях за 1858 г. начальницею Лодыженскою показаны поведения неблагонадежного, своевольного и дерзкого; 10 таких, которые до 1859 года состояли в неповиновении начальству, – и от которых, по отзыву Лодыженской, перемены к лучшему не ожидалось. В сем списке записана также сестра Иоасафа, вдова Муранова, которой и в списках монастырских нет. Напротив того, из числа сестер, свидетельствовавших в пользу Елисаветы, 30 за три года рекомендованы поведения очень хорошего и весьма хорошаго; а не одобренных нет ни одной. Еще замечают следователи, что священник Розов вписал в следствие показание от имени Анны Юдиной: а оказалось, что в бытность его в Дивееве ее не было в обители. Еще замечают, что во время выбора преосвященным Нектарием настоятельницы, когда большинство сестер свидетельствовало о достоинстве Елисаветы, противная партия имела случай, свидетельствовать против Елисаветы, если бы знали за нею худое; но тогда никто не изъявил сомнения о честной ее жизни. Вопрос об отношениях начальницы Елисаветы к саровскому настоятелю отделен здесь от прочих частей дела, для того, чтобы множество разных показаний, по многим разным предметам не запутывало внимания при рассмотрении дела; и чтобы непрерывный ряд показаний и соображений по оному ясно и прямо вел к заключению. Заключение же из всего выше изложенного, по моему мнению, должно быть то, что строитель Серафим и начальница Елисавета суть почтеннве лица не подлежащие нареканию, и что изветы на них суть клевета от неблагонамеренных людей. Не имею времени разбирать подобным образом каждый из прочих пунктов доноса; но, прочитав донесение следователей, полагаю, что разбор оных не приведет к заключению несогласному с тем, которое теперь предложено, в отношении к начальнице Елисавете. Что касается до бывшей казначеи Евфимии, о ней свода доносов и показаний мною не сделано по вышеизложенной причине. Сие предлежит сделать канцелярии Святейшего Синода. При сем прилагается также донесение следователей. Декабря 30, 1861 г. 175 . В декабре. Письмо митрополита Филарета к московскому военному генерал-губернатору, П.А. Тучкову, с мнением о домогательстве раскольников получить разрешение на распечатание алтарей в часовнях рогожского богаделенного дома Московский генерал-губернатор П.А. Тучков, отношением от 11 декабря 1861 г., за № 651, просил высокопреосвященного митрополита Филарета сообщить отзыв по прошению попечителей рогожского богаделенного дома, московских купцов, А. Досужева и Е. Бочина, о распечатании в часовнях на том кладбище алтарей, и чрез то освободить находящиеся там: утварь от порчи и тления, а св. иконы от плесени. В ответ на сие митрополит писал: На отношение вашего высокопревосходительства, от 11 декабря, 1861 года, № 651, с приложением прошения, поданного попечителями рогожского богаделенного дома, московскими купцами Андреем Досужевым и Евсеем Бочиным к г. министру внутренних дел, о распечатании в часовнях на рогожском кладбище алтарей, для освобождения находящихся в них утвари и св. икон от таения и плесени, – честь имею объяснить следующее: 1) сведения, изложенные в отношении г. министра внутренних дел, не вполне соответствуют с действительными обстоятельствами дела о запечатании алтарей в рогожских часовнях, бывшего в московском секретном совещательном комитете по делам раскольническим и сектаторским – 1856 года, июня 9 дня. В отношении г. министра излагается, что алтари в означенных часовнях запечатаны по высочайше утвержденному постановлению секретного комитета по делам о раскольниках, вследствие письма иеромонаха Парфения о самочинном оказательстве раскола в этих часовнях 23 января 1856 года 176 ; произведенным же следствием такого оказательства не обнаружено; почему высочайше повелено, поставить на вид иеромонаху Парфению голословность сведений, им сообщенных; но – алтари отпечатаны не были. Между тем из дел комитета, в коем хранится точная копия «особого журнала с.-петербургского секретного комитета о раскольниках 12 марта, 5 апреля и 16 мая 1856 года, «по делу о действиях раскольников, так называемого, «рогожского кладбища в Москве», видно: что, высочайше утвержденным постановлением оного комитета, в означенном деле, вследствие собственноручной Его Императорского Величества резолюции: рассмотреть немедля в секретном комитете, и принять неотложные меры к обузданию преступного своеволия раскольников, – было положено; отделить два, один от другого независящие вопроса: первый: кто из раскольников рогожского кладбища должен быть признан виновным в самочинном оказательстве раскола? второй: какие на точном основании высочайшей воли должны быть приняты неотложные меры к обузданию преступного своеволия раскольников? Для решения первого вопроса было назначено следствие. Второй вопрос разрешен предварительно следствия и независимо от него, запечатанием алтарей в рогожских часовнях. Последовавшим на сие высочайшим утверждением 12 июня 1856 года решительнее выражена независимость меры запечатания алтарей от следственного дела и его исхода. На подлинном журнале с.-петербургского комитета собственною Его Императорского Величества рукою написано: исполнить по мнению шести членов, тем более, что так как на рогожском кладбище священников нет и не должны быть допускаемы, если не присоединятся к православию или единоверию, то и алтари для службы не нужны. Посему: алтари и не могли быть и не были распечатаны, несмотря на известный исход следствия. 2) В отношении г. министра изъясняется, что в отношении к богослужению раскольников и вообще к действиям с ними гражданского и духовного начальства, в октябре 1858 года (Циркуляр министерства 15 октября 1858 г. и отношение, от 18 октября того же года, № 1660) последовали подробные указания, применяясь к коим должны быть разрешаемы вопросы, возникающие по настоящему предмету; а высочайшим повелением 21 апреля сего года высший надзор за распоряжениями по рогожскому богаделенному дому поручен главному и непосредственному его, г. министра, руководству. Но настоящий вопрос касательно алтарей, запечатанных по высочайшему повелению, решительно не подходит под указания, изложеннве в означенном циркуляре 15 октября 1858 г., для руководства при исполнительных действиях и совещаниях по делам, до раскола относящимся. Что же касается до отношения, от 18 октября 1858 г., оно мне совершенно неизвестно. Равно неизвестен мне и точный смысл высочайшего повеления 21 апреля сего года о степени полномочия, данного г. министру в отношении к распоряжениям по рогожскому богаделенному дому: однако, без сомнения, высший надзор за означенными распоряжениями, порученный главному и непосредственному г. министра руководству, обнимает собою и надзор за исполнением высочайшего повеления касательно запечатания алтарей в рогожских часовнях, состоявшегося 12 июня 1856 года. 3) Попечители рогожского богаделенного дома просят о распечатании алтарей под благовидным предлогом, дабы освободить хранящияся в алтарях утварь от порчи и тления и св. иконы от плесени. Но для такого освобождения потребно только временное открытие алтарей, при чем утварь и иконы могли бы быть вынесены для хранения оных в более удобном и доступном месте. А затем алтари должны быть возвращены в положение, в которое поставило высочайшее повеление 12 июня 1856 года. Но в силу вышеизъясненных соображений, и таковое временное распечатание алтарей не должно быть допущено без особого высочайшего повеления 177 . Не ранее 1861 г. Мнение митрополита Филарета о древних иконах надзирателя преображенского богаделенного дома Сорокина Надзиратель преображенского богаделенного дома Сорокин 178 имеет собрание древних образов, книг и рукописей, и ищет случая сбыть это собрание, особенно иконы, без раздробления, с целию отечественной и церковной пользы. Это собрание досталось ему по завещанию его родственника 179 вместе с домом и молельнею в нем безпоповщинского толка, которую Сорокин, вскоре после присоединения его к единоверческой церкви, уничтожил. У Сорокина раскольники покупали дом и молельню со всем собранием, давая весьма значительную сумму, но он им ничего не продал потому, что допустит продолжение молельни ко вреду православия признает преступным для присоединившагося к св. церкви. Такой свой образ мыслей он доказал делом, когда другую, бывшую у него коллекцию древних икон, уступил в гуслицкий монастырь за такую цену, против которой вдвое более давали ему раскольники 180 . Покойный митрополит Григорий (†17 июня 1860 г.) купил было у Сорокина несколько икон из остающейся у него коллекции, но, по неизвестной причине, возвратил оные Сорокину. Некоторые из сих икон обратили на себя внимание Государыни Императрицы и были Ей представлены. Сорокин, имеющейся теперь у него коллекции икон приписывает особенную важность и по древности и по искусству, так что они в руках духовного начальства могли бы послужить образцами для восстановления древнего иконописания 181 . Напротив того, если они перейдут в руки раскольников из рук единоверца, то будут для раскола важным приобретением, и, по всей вероятности, послужат основанием где-либо новой раскольнической моленной. Между тем Сорокин, по своему ограниченному состоянию, не может их долго удерживать у себя. Не окажется ли возможным приобрести иконы сии в духовное ведомство? 182 Батюшков, Помпей Николаевич, состоя при министерстве внутренних дел, имел наблюдение за постройкою церквей в северо-западном крае, сооружаемых на казенный счет. Леонид, еп. дмитровский, потом архиеп. ярославский и ростовский, сконч. 15 дек., 1876 г. См. о нем, т. III, стр. 396, прим. 5 сего издания. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № 3. Толстой, граф Александр Петрович, обер-прокур. Св. Синода; ум. 22 сент., 1873 г. Горский, Александр Васильевич, см. о нем III т. сего издан., №367, стр. 468, прил. 1. С автографа, хранящ. в секрет. бумагах канц. обер-прокур. Св. Синода, 1856 г., № 190, лл. 56 и 57. т. е. Исидору (Никольскому) , митрополиту новгородскому и с.-петербургскому. Дело канцел. обер-прокурора Св. Синода, 1861 г.; № по арх. 114, л. 20. Палаузов, Спиридон Николаевич, болгарин, воспитанник в Александровском лицее; магистр московского университета; ум. в Павловске, 14 августа 1872 г. См. о нем подробные сведения в отдельном 5 томе сего издания, № 45, стр. 223 и 224, прим. 4. С собственноручного чернового подлинника, хранящегося в архиве Св. Синода, по описи № 95, т. I, докум. № 41. Панин, граф Виктор Никитич, министр юстиции, председатель комм. по крестьянским делам, чл. госуд. сов., д. т. с.; ум. 12 апр., 1874 г. Танильский, Михалл Иванович, сенатор, тайн. сов.; ум. от апоплексич. удара, 2 января, 1883 г. Любопытные и характерные сведения об отношениях митропол. Филарета к М. И. Тапильскому, посланному к московскому владыке для разъясненія яекоторых вопросов, могущих встретиться при составлении проекта манифеста об освобождении крестьян, напеч. в ст. академика М. И. Сухомлинова, в журн., «Исторический Вестник», 1885 г., янв., стр. 71–79, под заглавием: «Два эпизода из эпохи освобождения крестьян». Как изложения мыслей, так и проекта манифеста, в бумагах митрополита Филарета не нашлось. С собственноручного чернового подлинника, хранящегося в архиве Св. Синода, по описи № 79, докум. № 5. Во 2-м П. С. З. Р. И., т. XXXVI, № 36650, стр. 131, напеч. «убедились», и слова: «были признать» выпущены. Во 2-м П.С.З.Р.И., т. XXXVI, №36650, стр.131, дополнено: «а с согласия помещиков они могут приобретать в собственность полевыя земли». Во 2-м П. С. З. Р. И., т. XXXVI, №36650, стр. 132, дополнено: «и заводах». Во 2-м П. С. З. Р. И., т. XXXVI, №36650, стр. 132, дополнено: «с соблюдением правил, постановленных для рождения». С собственноручного черноватого подлинника, хранящегося в архиве Св. Синода. По описи №79, докум. №6. См. 2-ое П. С. З. Р. И., т. XXXVI, №36650, стр.130–134, где напечатан манифест с незначительными разночтениями, указанными под текстом проекта манифеста, составленного митрополитом Филаретом. С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи №79, докум. №7. С собственноручного чернового подлинника, хранящегося в московской епархиальной библиотеке, отд. II; листы 122–123. Макарий, иеросхимонах, старец Оптиной пустыни; ум. 7 сент., 1860 г. Первые 8 пунктов с копии, а последние с собственноручного подлинника, хранящегося в архиве Св. Синода, по описи № 23, докум. № 3. Подлинн. бумаги хранят, в деле кандел. Св. Синода, 1861 г., № 3954. Дело духовно-учебн. управл. при Св. Синоде, 1860 г., № 2647. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № по архиву 123. Исидор (Никольский) митроп. новгородский и с.-петербургский, с 1-го июля, 1860 г. Дело канцелярии Св. Синода, 1861 г., № 3954. Горчаков, светл. князь Александр Михайлович; ум. 27 февр., 1883 г. С собственноручного чернового подлинника, хранящегося в архиве Св. Синода, по описи №74, докум. №18. См. о нем выше № 571, стр. 20. Леонид (Кавелин) , иером. оптиной пуст., ныне наместник троицкой сергиев. лавры. Дело московского комитета для цензуры духовных книг, 1861 г. № 5. Дело Св. Синода, 1861 г., № 119, № 124. Сведения об архим. Феодоре (Бухареве) и о его сочинениях см. в Ист. моск. д. акад. С. Смирнова , М. 1879 г., стр. 463–465. С собственноручного чернового подлинника, из бумаг митрополита Филарета, хранящихся в московской епархиальной библиотеке, отд. ІІІ, лл. 106–116. С собственноручного подлинника митрополита Филарета, из бумаг его, хранящихся в московской епарх. библиотеке. Отд. III, лл. 117–120; копия с предложения хранит. в секретн. бумагах, канцелярии обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № 203. Нектарий (Надеждин), архиеп. нижегородский, с 14 мая 1867 г., а до сего, с 22 сент. 1860 г., епископ; с 21 янв. 1869 г., харьковский; ум. 7 сент. 1874 г. См. «Списки иерархов и настоятел. монаст. российские церкви», сост. П. Строевым, Спб., 1877 г., столб. 966. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861, № по арх. 11, д. 20 и 21. Кирилл, св., епископ иерусалимский; прест. в 385 г. Арий, пресвитер александрийский, умерший бедственною смертью и скоропостижно, в 336 году. Гегель, Георг Вильгельм Фридрих, основатель новой филосовск. школы; ум. от холеры, 14 нояб., 1831 г. Сочинения его изданы друзьями, в Берлине, в 1832 году. Никита, раскольн. поп, прозванный «Пустоскитом», жить прежде в г. Суздале и был священником в годы царствования царя Алексея Михайловича. Ему поручено было с другими лицами исправление богослужебных книг, но исправленные им книги были полны лжеучений, за что он и был отлучен от церкви. С подлин. бумаг, подписанных митроп. Филаретом и хранящ. в особом сборнике; в библиот. спб. дух. акад., лл. 24–41. К князю А. М. Горчакову , о котором см. выше, №575, стр. 29. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № 297. Ланской, Сергий Степанович, министр внутренних дел, действ. тайн. сов., чл. госуд. совете, сенатор; ум. в 1868 г. Олферьев, Николай Иванович, в то время занимал должность обер-секретаря Святейшего Синода. Афанасий (Соколов), архиеп. казанский с 3 ноября 1856 г.; уволен на покой в кизическом мон., 9 ноября 1866 г. Никодим (Казанцев), еп. чебоксарский с 14 февр., 1854 г., а с 18 сент., 1861 г. еписк. енисейский; уволен на покой 9 апр., 1870 г. С подливника и копия, хранящ. в архиве Св. Синода, опись № 61, документ № 2 и к № 6/6. Дело канц. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № 149. Т. е. Исидор (Никольский) , митрополит новгородский и с.-петербургский. Дело канцел. обер-прокурора Св. Синода, 1861 г., № по арх. 114, дл. 113–115. С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи, №61, докум. №7.б. дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., №149. Митрофан, св., первый еписк. воронежский, управлявший епархиею 21 год; прест. 23 ноября 1703 г.; пред смертию принял схиму с именем Макария. Память его празднуется 23 ноября. Дело канцел. обер-прокурора Св. Синода, 1860 г., № 2, лл. 31–33, Впрочем Щапов не выдумал ничего нового: демократическое христианство провозглашено было в парижскую революцию 1848 года. Пред толпою мятежников носили крест и священников заставляли освящать дерево свободы. Демократическое христианство стреляло в христиан не демократических; и когда парижский архиепископ хотел прекратить кровопролитие, демократическое христианство убило архиепископа на баррикадах. С копии, исправленной и дополненной рукою митрополита, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи №61; докум. №8 Дело канц. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., №149, л. 83. С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи №15, докум. №1. Например графиня Разумовская не была признаваема в царствовании Александра I. Вельгорские, именно за брак их, не были допускаемы ко двору до кончины Императрицы Марии Феодоровны. Это были ясные неодобрения незаконности, охранительные от распространения соблазна. Во Гвоздеве не представляется ли пример человека, который, уклонившись от правосудия в обществе человеческом, постигнуть судом Божиим? Прим. митроп. Филарета. С копий, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи № 50, докум. № 23. Говорский, Ксенофонт Антонович. Из секретн. бумаг канц. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., №115; л.26. С собственноручного подлинн., хранящ. в архива Св. Синода, по описи № 4, док. № 2. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № по арх. 11, лл. 37 и 38. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., №152. Витебская семинария, до 1855 г. находившаяся в г. Полоцке и называвшаяся полоцкою , в этом году переведена была в Витебск с тем же названием; но в 1871 г. переименована в витебскую . В 1860 г. производил ревизию полоцкой семинарии профессор саб. дух. академии В.Н. Карпов († 1867 г.) и нашел ее, по всем частям управления в таком расстроенном состоянии, что признал справедливым закрыть ее, а воспитанников разместить по ближайшим семинариям. С копии, хранящейся в архиве Св. Синода, по описи № 113, докум. № 15. Дело канцел. Св. Синода, 1861 г., № 3072. Иаковиты – сирские монофизиты. Название свое они получили от Якова Барадея, ученика Севера, патриарха антиохийского-ересеначальника (VI в.). С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи № 4, докум. № 9. Впоследствии епископа смоленского († 1869). Село Бездна, казанск, губ., спасского уезда, имение помещика Мусина-Пушкина. Село это приобрело печальную известность событиями, последовавшими по обнародовании Положения об освобождении крестьян в 1861 г. Щапов А.П. бакалавр русской истории в казанской д. акад. Этот же предмет он преподавал и в университет. Ум. 28 февр. 1876 г. Булич Н.Н. профессор русской литературы в казанском университете, впоследствии ректор того же университета. Порфирьев И.Я. профессор по кафедре теории словесности и истории литературы в казанской академии. С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи № 61, докум. № 7/а. Священник этот известен в литературе под именем Святогорца. С таким именем издано в 1866 г. собрание его сочинений и писем к друзьям своим о св. горе авонской, Палестине и русских святых местах, в 4-х частях, с картами и рисунками. Дело канцел. обер-прокурора Св. Синода, 1861 г., № 294. Нектарий (Надеждин), еписк. нижегородский с 22 сент., 1860 г., с 14 мая, 1867 г. архиеп.; с 21 янв., 1869 г. харьковский, † 1874 г. Архим. Иаков, впоследствии епископ муромский, викарий владимирский. Сконч. в 1885 г. на покое в моск. донском монастыре. Адлерберг, граф Владимир Федорович, генер.-адъют., генер.-от-инфант., канцл. импер. и царских орденов, министр. двора и уделов; ум. 8 марта, 1884 г. (погреб. на волковом кладбище, в С.-Петербурга, в родовом склепе гр. Адлербергов). Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г. № 4246, лл. 16–19. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г. № 89, л. 43. Представл. московск. цензурн. комит., № 18. Моригеровский Алексей–кандидат ХХ курса (1858 г.) моск. акад. Неофит (Соснин), архиеп. пермский; с 15 нояб., 1836 г., викарий старицкий; с 23 апр., 1838 г., еписк. вятский; с 29 марта, 1856 г., архиеп. пермский; ум. 5 июля, 1868 г. С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи №113, докум. №17. подлин. хранит. в деле дух.-учебн. управл. при Св. Синода, 1861 г., № 4236, лл. 47–49. Разумеется П.И. Саломон, управа, канц. Св. Синода. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № по архиву 332, л. 40. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № по архиву 11, л. 63. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № по архиву 114, л. 156. Архим. Вениамин, ныне епископ кинешемский, викарий костромской. Ильминский, Николай Иванович, ныне директ. казанск. инородческ. учительск. семинар. Никодим (Казанцев), с 1851 г. епископ чебоксарский, вакарий казанск. епарх.; 1861 г. списков енисейский; в 1870 г. уволен на покой; 11 июня, 1874 г. сконч. Архиеп. Афанасий (Соколов) 9 ноября, 1866 г. уволен на покой и 1 января, 1868 г. сконч. 1 янв.1868 г.( В текст внесены изменения согласно списку правок в конце тома. – Редакция Азбуки веры). С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи, №61; докум. №7. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № по арх. 11, д. 75. Афанасий (Соколов), архиеп. казанский и свияжский, с 3 ноябр., 1856 г., по 9 ноябр., 1866 г.; ум. на покое, 1 янв., 1868 г. Лекция о Гуее, которую Соколов читал в прошедшем году в присутствии князя Сергия Николаевича Урусова, была выкрадена из одного светского журнала. С подлин., хранящ. в архиве Св. Синода, по описи бумаг митр. Филарета, № 61; докум. № 11 и секретн. бумаги канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № 115, л. 26. С собственноручного чернового подлинника, из бумаг митрополита Филарета, хранящихся в московской епархиальной библиотеке, отд. ІХ, лист. 186–187. Урусов, князь Сергей Николаевич, товарищ обер-прокурора Св. Синода, потом чл. госуд. сов, д. тайн. советн.; ум. 13 мая, 1883 г. С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи №109, докум №2. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № по арх. 11, лл. 84–85. Дело канцеляр. Св. Синода, 1861 г., №4246, л. 40. С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи, №23, докум. №4. С собственноручного чернового подлинника, из бумаг митрополита Филарета, хранящихся в московской епархиальной библиотеке, отд. IX, лист. 88–92. С копии, исправленной и дополненной рукою митрополита Филарета, из бумаг его, хранящихся в Московской епархиальной библиотеке, отд. VIII, л. 24. Путятин, граф Евфимий Васильевич, генер.-адъют.; ум. 16 окт., 1883 г. Кудрявцев Виктор Дмитр., магистр XVIII курса моск. д. ак.; с 1854 г. преподает в академии философию. Много глубоко-ученых статей его, преимущественно философского содержания, напечатано в духовных журналах. С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи №109; докум. №5. Главноуправляющим II-го отд. собственной Е. И. В. канцелярии был в это время Блудов, граф Дмитрий Николаевич, умерший в чине действ. тайн. советн., председатель государств. совета, 19 февраля, 1864 г. Орлов, князь Николай Алексеевич, чрезвыч. посол и полномочн. министр в Бельгии, потом во Франции; ум. 17 марта, 1885 г. Т. е., великого князя Константина Николаевича, бывшего в это время председателем комитета, учрежденного для рассмотрения проекта воинского устава о наказаниях. С собственноручного подлинника, хранящ. в московской дух. акад., пакет № 3; докум. №№ 60 и 61. Копия с сего мнения имеется в черновых бумагах митр. Филарета, оп. 79, докум. № 26. См. дело канцел. обер-прокурора Св. Синода, 1861 г., № 73. Сл. Чт. общ. истор. и древн. российск., 1867 г., кн. IV, 11–15. См. о нем выше, стр. 42, прим. 1. С собственноручного чернового подлинника, из бумаг митрополита, хранящихся в московской епархиальной библиотеке. Отд. ІХ, лист. 134–135. Дело канцел. Св. Синода, 1861 г., № 4246, л. 64. Софония (Сокольский) , впоследствии еп. ново-миргородский и затем архиепископ туркестанский, ум. 1877 г. Ювеналий (Половцев) ныне наместник киево-печерской лавры. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861. г. № 305, л. 58. Путятин, граф Еввений Васильевич, † 16 окт. 1883 г. С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, по описи № 15, докум. № 3. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., №43. Дело канцел. Св. Синода, 1861 г., №4246, л.70. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № по арх. 11, л. 119. Оффенберг, барон, надв. советн., в 1861 г. находился консулом в Галаце. в Молдавии. Сабуров, Михаил Иванович, в 1861 г., состоял преподав. еврейского и греч. языков в московск. духовн. академии. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № 96. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., № 9. Чевыкин, Константин Владимирович, генер.-адъют., генер.-от-инфант., сенат., главноуправл. путями сообщ. и публич. здан.; ум. 8 ноября,1875 г., в Ницце. Быков, инженер-капитан, см. т. IV сего издан., стр. 359–362. С копий, хранящ. в деле московской Св. Синода ковторы, 1858–1865 гг., № 208 (65), лл. 165–169, 170. Предтеченский, Андрей Иванович, професс. с.-пб. дух. акад., с 6 нояб., 1855 г. Ист. с.-пб дух.ак. И. Чистовича , СПБ. 1857, с.349 (В текст внесены изменения согласно списку правок в конце тома. – Редакция Азбуки веры). Дело канцел. духовно-учебного управл. при Св. Синоде, 1861 г., № 2443. Собственноручн. чернов, подлинн. этого мнения находит. в бумагах митроп. Филарета, хранящ. в архиве Св. Синода, оп. № 119, докум. № 6. Дело канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1861 г., №102, лл. 15 и 16. Карпов, Василий Николаевич, проф. с.-пб. дух. ак., известия. ученый; ум. 3 дек., 1867 г. С собственноручного чернового подлинника, хранящегося в московской епархиальной библиотеке. Отд. II, лист. 285–292. Дело канцел. Св. Синода, 1861 г., № 776. Архимандрит Порфирий (Попов) – магистр XVII курса московской дух. академии. С января 1861 г., из инспектора академии, ректор вифанской семинарии. В декабре того же года от должности ректорской, по болезни, уволен и определен настоятелем ставропигиального симонова монастыря, в Москве. В 1864 г. назначен настоятелем православной церкви при императорском российском посольстве в Риме, где 13 янв. 1866 г. скончался. (Душеп. Чт. 1866 г., 1, стр. 109–127). С собственноручного подлинника, хранящ. в архиве Св. Синода, в деле 1861 г., № 4284. Но дальнейшего производства по сему письму не оказалось, Дело Св. Синода, 1861 г., № 1503. Архимандрит Вениамин (Благонравов) – ныне архиепископ иркутский. Владимир, впоследствии начальник алтайской дух. миссии, ныне епископ ставропольский. Порфирий (Соколовский), с 13-го сент. 1860 г. епископ томский; в 1864 г. уволен на покой; 3-го июня 1865 г. скончался. С собственноручного чернового подлинника. Опись №113, докум. №18. См. дело канц. Св. Синод, 1861 г., по сдаче описи №494, по реестру №517, стр. 119–120. См. выше №№ 579, 598, 603, 606, 608, 610, 611, 613, 617, 618 и др. Феофана, впоследствии владимирского, с 1866 г. пребывающего на покое в шацкой вышенской пустыни, тамбовской епархии. С собственноручного чернового подлинника, из бумаг митрополита Филарета, хранящихся в московской епархиальной библиотеке, отд. XIX, лист 171. Его высочества, великого князя Константина Николаевича. После этих слов, в начале следующей страницы, в подлиннике, рукою митрополита Филарета написано, карандашем: « Изложение словесного сношения о некоторых предметах ». См. подлинн. именные высочайшие указы, данные Св. Синоду за 1721 г., «пункты докладные от Сунода», 19 ноября, т. 1, лист. 17 обор. Полное собрание постановл. и распор. по ведомству правосл. испов. т. 1, № 285, стр. 299; 2-ое издание № 312, стр. 635. В подлиннике следующие слова зачеркнуты карандашом: и еще на случаи отсутствия своего присовокупил: «Синоду согласиться с Сенатом и подписать, и потом публиковать», С собственноручного чернового подлинника, по описи №79, докум. №№8, 9 и 10. Заверенная копия с этого документа хранится в библиотеке с.-пб. дух. акад. лл. 10–14. Письменного изложения в бумагах не напилось. С собственноручного подлинника, хранящ. в архве Св. Синода, по описи №79, докум. №№11 и 13. С собственноручного чернового подлинника, хранящ. в архиве Св. Сувода, по описи № 104, докум. №№ 4 и 5. Копии с этих документов, заверенные генерал-адъютантом П. А. Тучковым, хранятся в деле минист. внутренн. дел, 1861 г., № 86, по архивной описи; в сборн. мнений митр. Филарета, хранящ. в библиот. спб. духовн. акад., лл. 16–21. Выписка из письма московского священнослужителя в Петербург, где рассказано об изложенном выше событии. См. Душеполезное Чтение, 1862 г., январь, стр. 1–9. См. также дело канцел. обер-прокурора Св. Синода, 1861 г., № 158. С 1847 г. архиепископ донской. В 1867 г. уволен на покой; † в 1872 г. В 1857 г. уволен на покой; † 21 окт., 1864 г. Иустин (Михайлов), епископ владимирский, по смерти преосвященного Иакова, временно управлял нежегородскою епархиєю. Перемин (Соловьев), с 19-го дек. 1850 г. епископ нижегородский; 17-го июня 1857 г. уволен на покой; ум. 6 дек. 1884 г. Антоний (Павловский), с 20 июля, 1850 до 29 авг., 1860 г., епископ нижегородский. Антоний (Павлинский), с 20 июля, 1850 до 29 авг., 1860 г. епископ нижегородский. Прил., под букв.: А и Б, хранятся в деле, лл. 103–105; 148. Сюда принадлежит отзыв княгини Шахаевой, приложенный при семь, под буквою Б . Прим. митр. Филарета. С собственноручного подлинника, из бумаг митрополита, хранящихся в моск. епрахиальной библиотеке. Отд. IX, лл. 108–131. Дело канцелярии Св. Синода, 1861 г. с №4246, лл. 87–101. С копии, хранящ. в деле канц. Св. Синода, 1861 г., №4291, лл. 37–39. Об архиепископе Иосифе более подробные сведения заключаются в Собрании мнений и отзывов Филарета, митр. моск. по делам православной церкви на востоке, С.Пб. 1886 г. См. указатель личных имен под словом: Иосиф (Сокольский). С собственноручного чернового подлинника, из бумаг митрополита Филарета, хранящихся в московской епархиальной библиотеке, отд. IX, листы 132–133. С собственноручного подлинника из бумаг митрополита, хранящихся в московской епархиальной библиотеке. Отд. IX, листы 172–183. Беловой список донесения заключается в деле канцел. Св. Синода, 1861 г., № 4246, лл. 149–157. Т. IV сего издания, № 464, стр. 229–233. С собственноручного чернового подлинника. Опись, № 11, докум. № 3. Андрей Ефимович, московский купец. Купца Евстигнеевича, принадлежавшего к безпоповщинской секте новоженов. За 122 иконы гуслицкий монастырь заплатил Сорокину 1500 р. (См. Сказание о начале и настоящем положении спасо-преображенского гуслицкого монастыря, М. 1863 г., стр. 41). Но, к глубокому прискорбию, иконы эти, вместе с многими другими древними иконами украшавшие первоначальную деревянную церковь гуслицкого монастыря, основанного в 1858 г., истреблены пожаром 26 марта 1868 года. Иконы эти приобретены для церковно-археологического музея при киевской дух. академии. Из сборника бумаг митрополита Филарета, хранящегося в с.-пб. духовной академии, лл. 243–244.