1836 г.

18 апреля. Мнение митрополита Филарета по вопросу о том: допустить ли браки раскольников с лютеранами, и под какими условиями? Вопрос – «допустить ли браки раскольников с лютеранами, и под какими условиями» – затруднителен в отношении к правилам церковным и к государственному законодательству. Раскольники составляют отломившуюся отрасль господствующего вероисповедания, к которому совершенно принадлежали в своих предках. Если оставить их браки с лютеранами без внимания и ограничения, то легко может случиться, что дети их будут воспитываться в лютеранском исповедании, и следовательно сие исповедание распространяться будет на счёт господствующего вероисповедания, что противно коренному государственному закону, который даёт право господствующему вероисповеданию приобретать от других, а не обратно. Дальнейшим сего последствием может быть то, что лютеранская образованность, привившись к расколу посредством брачных союзов и воспитания детей, даст ему новую силу и большую самостоятельность. Но как предупредить сие? Требовать, чтобы лютеранин и раскольница воспитывали детей в расколе? Странно. В православии? Неудобоисполнимо. Отводом от брака с лютеранами не послужило ли бы для раскольников возможное облегчение для них вступления в браки с православными? Если лютеранин допускается пред алтарь православные церкви для браковенчания с православным лицом, то нельзя ли допустить, с приличными условиями, и раскольника, который во многом ближе к православной церкви, нежели лютеранин? Предмет сей требовал бы дальнейшего рассуждения Святейшаго Синода 283 . 2 мая. Мнение митрополита Филарета о предполагаемом издании: «духовная житница, или плоды креста» Коллежский ассессор Ян представил записку, в которой, между прочим, писал: «по усердию к вечному благу тех из ближних моих, которые, по недостаточному их состоянию, не могут питаться душевною пищею в зрелых плодах благочестия святых подвижников, чтимых нашею православною церковью, осмеливаюсь, подобно рабу, собирающему колосья на великой ниве господина своего, просить дозволение на извлечение из журнала Христианского Чтения писаний святых отцов, для издания в цене, по всей возможности, дешевой. По расчислению моему все издание, под общим титулом: «духовная житница, или плоды креста», может заключиться в 24 томах, каждый от 20 до 25 печатных листов, за все 30 рублей. По поводу этой записки митрополит Филарет собственноручно написал следующее мнение: «Неудобно согласиться с сим проектом; потому что: 1) не достоит наполнять свою житницу, похищая из чужой. Христианское Чтение есть законная собственность издателей. Перепечатание повредит расходу остающихся у них экземпляров. Можно заимствовать у них и печатать, но не так многое. Они не станут спорить за свою собственность; потому, однако, не должно вредить им. 2) Многотомные издания не так употребительны. Меньшия–лучше. 3) Не все, что в проекте означено, идет к общенародному назидательному чтению. 4) Предназначаемые в житницу сочинения не составляют ни в каком отношении одного целого. Кажется, лучше печатать отдельные сочинения, понемногу, с выбором. Некоторые сего рода на списке мною отмечены 284 . Мнение митрополита Филарета о проекте лечения крестьян гомеопатическим способом Предположение ввести во всей России лечение крестьян по способу гомеопатическому, как бы ни старались сократить и упростить средства к исполнению оного, есть предприятие огромное. Создать 27000 врачей и послать их лечить 45000000 людей было бы важное приобретение для жизни; но по сему же размеру велики были бы затруднения и разные потери, если бы дело сие, быв предпринято, на самом опыте оказалось неудобным или ненадежным. Посему оно требует заботливого предварительного рассмотрения. Предложенный проект нужно рассмотреть, во-первых, в отношении к самому предмету, во-вторых, в отношении к духовным училищам и духовенству, через которые полагается привести оный в исполнение. Сочинитель проекта замечает, что крестьяне в селениях остаются без помощи врачебного искусства. Недостаток сей примечать можно не в одной России. Природа не страшится сего недостатка. Она размножила народы и наполнила ими вселенную прежде, нежели искусство произвело докторов медицины, и прежде, нежели разочарование в благонадежности обыкновенной медицины произвело доктора Ганнемана (1755–1843). Впрочем, должно заметить и то, что в деревнях живут без медиков, но не без врачевания. В каждом доме обитает несколько врачебных познаний, а в целом селении или в нескольких селениях очень значительная простонародная медицина, действующая простыми и безопасными средствами. Ученые врачи, незараженные гордостью науки, каков был, например, упоминаемый в проекте сочинитель простонародного лечебника, доктор Каменецкий, не стыдятся делать наблюдения над сею деревенскою медициною, и научаться от неё полезному. Сочинитель указывает на несчастные опыты простонародного лечения средствами ядовитыми. Нет удостоверения, чтобы сии опыты были часты, а случаи редкие не дают достаточного основания к огромному предприятию. При том, если сии несчастные опыты не уничтожают сами себя своими вредными последствиями, и не уничтожаются силою законов, то трудно надеяться, чтобы их уничтожила гомеопатия. Доказывая потребность гомеопатии, сочинитель проекта, между болезнями крестьян, упоминает порубы, вывихи, переломы членов, трудные роды, утопленничество. Неужели гомеопатический прием справить вывихнутую или переломленную кость, или оживить утопшего? В сих случаях нужны, между прочим, хирургия и акушерское искусство, а для познания сих двух наук анатомия, для анатомии рассечение трупов. Но всё сие для священников не представляет ни удобства, ни приличия. Если бы, по несчастью, справедливо было свидетельство сочинителя проекта, что сифилитическая болезнь распространилась по всему государству, то сие погибельное зло подлинно требовало бы деятельных мер от правительства, однако не священнического глаза для осмотра и не священнических рук для лечения. По сведениям сочинителя проекта о смертности в России можно было бы подумать, что смерть владычествует в России больше, нежели где-нибудь. Напротив того, известно, что народонаселение в России возрастает скорее, нежели в других землях, кроме, может быть, Америки, которая, впрочем, умножением жителей обязана не одному естественному рождению, но и переселениям из Европы. Справедливо то, что смертность младенцев в России значительна; но против сего средство есть, преимущественно оспопрививание, которое и заведено. Следовательно, и статистические сведения о смертности не дают твёрдого основания проекту. Избирая преимущественно пред прочими способами лечения гомеопатический, сочинитель проекта говорит, что гомеопатия сделала успехи в разных государствах, что вооружила против себя медицинские факультеты всей Европы, что её не опровергли. Самое полное заключение из сих начал может быть только то, что гомеопатия может отчасти быть терпима с надзором для дальнейшего испытания, как и поступает в отношении к ней российское правительство, но сии начала ещё не ведут к тому заключению, что должно ввести обучение гомеопатии для целого государства. Наш век жаден к новомодным познаниям. В пример сего можно указать на животный магнетизм, который в некоторых немецких университетах создал себе особую кафедру. Но не слышно, чтобы гомеопатия систематически преподаваема была в каком-либо училище. Из сего не должно ли заключить, что гомеопатия или ещё не созрела для училищного преподавания, или совсем к тому неспособна, что её удобнее может перенимать случайно уверовавший в неё домашний ученик, нежели правильно умствующая публичная аудитория? Стремясь к желаемому, сочинитель проекта увлёкся видом удобства малых приёмов и малых аптек, но не примечает неудобств, которые может представить тонкость и осторожность, потребная при составлении и хранении гомеопатических лекарств. Он не исчисляет, чего-нибудь будут стоить 27000, хотя малых аптек 286 . Он не приводит себе на память закона 287 , который велит гомеопатическому врачу один приём давать больному, а другой, запечатанный, хранить у больного, на случай поверки производимого лечения, через что расход лекарства удвояется. Если 27000 гомеопатических врачей будут иметь в год по 50 больных и каждому дадут по 10 приёмов, то 13000000 пакетов с гомеопатическими приёмами в год должны будут остаться в крестьянских домах, на случай исследования бывших лечений. Будет ли сие удобно для достижения цели, предложенной законом? Сберегут ли сии пакеты в порядке? Если в котором доме лечение будет удачно, не употребят ли оставленных приёмов при первом болезненном случае без разбора? Для избежания сих неудобств сочинитель проекта, вероятно, потребовал бы отменения закона; но сие значило бы правительству отказаться от руководящей оное доныне осторожности и отдать столь многие миллионы сельских жителей в необеспеченное доверие гомеопатическим врачам, за которых ручается один только сочинитель проекта. Как из сказанного доселе открывается, что в проекте предлагается такой предмет, которого надобность и полезность не доказана, а неудобность предварительно видна, то довольно отважная была бы решимость сделать опыт исполнения проекта в частном и малом виде, а предлагать оный в обширном и всеобщем виде для целого государства есть отважность крайне удивительная. Впрочем, как сочинитель проекта надеялся доставить ему особенное удобство через приложение оного к духовным училищам и духовенству, то нужно рассмотреть оный и с сей стороны. По учебным курсам духовных семинарий сочинитель проекта догадывается, что в них много свободного времени. Но начальство духовных училищ, не по случайному, постороннему взгляду, а по опыту многих лет, примечает, что в духовных училищах курсами вспомогательных светских наук стесняются курсы наук собственно духовных, и намеревается в пользу сих последних сократить и уменьшить первые. Следственно в духовных училищах теперь не до того, чтобы прибавить три или четыре курса наук, совершенно посторонних для духовного учения, как то: курс анатомии, хирургии, патологии и собственно гомеопатии. Сие множество и резкая разность предметов неизбежным следствием должны иметь развлечение учащихся, и то, что сохранивший склонность к духовным предметам не успеет в медицинских, а прельстившийся медицинскими охладеет к духовным; что образовавшийся быть хорошим священником не будет хорошим врачом, и образовавшийся быть врачом не будет хорошим священником. Что говорит в сем случае соображение, то же самое сказал уже и опыт, напоминаемый самим сочинителем проекта. Когда велено было преподавать некоторые медицинские науки в духовных академиях и семинариях, не замечено ни одного священника, который бы, вследствие того сделался врачом; а несколько студентов Московской славяно-греко-латинской академии, прельстясь новостью предметов и поощрениями преподавателя, сделались врачами, но уже никак не захотели остаться в духовном звании. Неверны наблюдения сочинителя проекта и в том случае, когда он находит много свободного времени у сельских священников. Что занимающимся земледелием недосужно, того он не отвергает; а что священники вообще не занимаются земледелием, сие думает он погрешительно. В малых приходах священники немного имеют приходских дел; но здесь-то бедность и заставляет их заниматься земледелием. Священники, не занимающиеся земледелием, чаще должны заниматься священнослужением, которое в православной церкви вообще требует несравненно более времени, нежели как то бывает в других вероисповеданиях. В приходах многолюдных или рассеянных на большом пространстве исполнение приходских дел столько занимает священника, что даже иногда стесняет для него время, нужное для церковного богослужения. Отправление церковного письмоводства, как то: ежедневное ведение метрических записок о рождающихся, бракосочетавающихся и умирающих, писание исповедных росписей, приходо-расходных книг церковных, клировых ведомостей, оспенных ведомостей, кроме дел по особым случаям и по должностям благочиннической, депутатской, увещательской, много занимает всех священников, а некоторых даже обременяет. За сим неизбежными для них занятиями следуют другие многодельные обязанности: по возможности часто говорить поучения в церкви к народу, обращать заблуждающихся, обучать поселянских детей первоначальным истинам веры, чтобы сделать их православными христианами, и предохранить от совращений в расколы или секты. Много еще труда принадлежит духовному начальству, чтобы достигнуть удовлетворительного исполнения сих обязанностей, существенно соединенных со званием приходских священников; и только тогда, когда все сие будет исполняемо удовлетворительно, можно будет усмотреть, останутся ли у приходских священников малые доли свободного времени для употребления их на лечение малейшими приемами. Подлинно ли никому так не близко быть врачом, как священнику, можно судить по сказанному выше о некоторых болезнях. Чтобы привести сие в ясность, с другой стороны, довольно обратить внимание на обучение анатомии. Сочинитель проекта умалчивает о ней; но то очевидно, что хирургии, которой он требует, нельзя научиться без анатомии, а при обучении анатомии – неизбежно нужно трупоразъятие, ибо искусственные снаряды для сего недостаточны. Надобно представить, как стал бы смотреть православный народ, если бы, по проекту, в свято-троицкой Сергиевой лавре, среди святыни, в глазах столь многих тысяч богомольцев, открылся анатомический театр, а потом подобные зрелища стали повторяться во всех семинариях, и будущих священников увидели бы с ножами в руках над рассечёнными телами человеческими. То, что стали бы принимать лекарства от сих священников, далеко не так вероятно, как то, что не стали бы принимать святого причащения через такие руки. Признавая бедность наибольшего числа сельских священников, сочинитель проекта не нашёл удобным требовать, чтобы они были врачами безмездными. Мысль же, что священник, сделавшись врачом, получил бы большее уважение от прихожан и большие выгоды, могла родиться только при незнании как духа церковного служения, так и духа народного. Кормчей книги, второй части, в главе 49, священнику, как служителю бескровной жертвы, запрещается проливать кровь животного, закалываемого в пищу; посему несообразны, со званием священника, и хирургические действия, соединённые с пролитием крови. По 6 правилу апостольскому, мирская попечения приемляй на себя святитель не священ , то есть – священник, занимающийся мирскими попечениями, если не оставит сего, должен быть лишён священства. Лечение за деньги, как дело мирское, и дело собственной выгоды, подвергло бы священника осуждению сего правила, а также и во мнении народа унизило бы его, а не возвысило. Костоправ, кровопускатель, повивальная бабка, лекарка, может быть, потому самому, что нужны бывают в затруднительных обстоятельствах, в глазах простого народа не принадлежат к людям уважаемым и любимым, а к таким, с которыми сближаются только по необходимости, на время. Сочинитель проекта думает, что больной молоканин присоединится к церкви, чтобы лечиться у священника. Ненадёжное присоединение, если бы оно и случилось таким образом. Но не больше ли вероятно, что молоканин, если бы и решился принять лекарство от кого-нибудь, не примет оного от священника? Известно, что раскольники оспопрививание называют печатью антихриста; посему весьма может случиться, что странное лечение ничтожными приемами, странным образом составленными, назовут волшебством антихриста, и паче прежнего убегать будут и от лекарства и от священника. Говоря о небольших издержках, нужных для заведения и содержания гомеопатического института на 84 студента, с учебными пособиями и с клиникою на 20 кроватей, сочинитель не исчисляет сих издержек, и потому не дает средства поверить его обнадежения. Что касается до помещения оного в сергиевой лавре, здания занимаемые самою лаврою так наполнены, что нижние этажи, частию находящиеся в земле, и потому прежде бывшие пустыми, теперь занимаются, а также и в зданиях, предоставленных от лавры для академии, за помещением ее, ничего праздного не остается. Посему необходимо должно признать, что предлагаемый проект, как по самому предмету своему неблагонадежен, так в приложении к духовным училищам и к духовенству в крайней степени неудобоисполним, и угрожает непобедимыми затруднениями и вредом действительным, при стремлении к пользе гадательной 288 . 24 октября. Записка митрополита Филарета, озаглавленная: «О собрании церковных законов, и издании полного текста церковных правил» Действительный статский советник А. Куницын (†1840 г.) в рапорте, от 15 июля 1836 г., писал обер-прокурору Святейшего Синода, графу Н. А. Протасову: «Вследствие высочайше утвержденного доклада бывшего обер-прокурора Святейшего Синода действительного статского, ныне тайного советника, Нечаева, прошлого, 1835 года, 11 марта, собираются узаконения по духовной части для напечатания оных в особом издании. С открытия занятия чиновников, прикомандированных для сего предмета из II отделения собственной Его Императорского Величества канцелярии, собраны и приведены в надлежащую форму, для печатания, узаконения с 1721 по 1762 год. Но как сие издание должно быть предварительно обревизовано духовною властию, то я покорнейше прошу ваше сиятельство учинить по сему предмету надлежащее распоряжение, дабы можно было приступить к печатанию сего собрания, продолжая в то же время и дальнейшее изготовление онаго». Вероятно, рапорт г. Куницына был передан на рассмотрение митрополиту Филарету, который дал следующий отзыв о труде г. Куницына: Невидавшему проекта о издании собрания церковных узаконений, ниже какой-либо части сего собрания, не так удобно судить о сем деле, как если бы был в виду проект и опыт исполнения, частию уже сделанный. Но не трудно усмотреть то, что собрание законов гражданских не может служить образцом и оправданием предполагаемому собранию церковных узаконений. Собрание законов гражданских есть целое законодательство в историческом порядке; предполагаемое собрание узаконений церковных было бы только последний отрывок законодательства церковного. Собрание законов гражданских стоит само собою, и заключает свои основания в самом себе; собрание определений Святейшего Синода, последнего столетия, не имеет сего характера самостоятельности. Оснований и поверки сих определений должно искать вне их собрания, в древности, в апостольских и церковно-отеческих правилах. Синодальные постановления суть только применения сих правил к случаям более или менее частным, встретившимся в управлении российской церкви. Собрание гражданских законов не производит затруднения их разнообразием; ибо здесь господствует правило, что последний закон сильнее прежних. Таким образом, собрание законов говорит юристу: старое знай, новому следуй. Но сего нельзя приложить к законодательству церковному, в котором решительную важность и силу имеют древние правила святых апостолов, святых соборов и святых отцов. Посему собрание церковных постановлений одного последнего века не может быть удовлетворительно, поскольку оставило бы неразрешенным вопрос: согласно ли сие с правилами святых соборов и святых отцов. Затруднение сие увеличится, если в некоторых постановлениях разных времен по некоторым предметам окажется разнообразие. Постепенные изменения в гражданском законодательстве, как действие права верховной самодержавной власти, обыкновенны в государствах; вид перемен в церковном управлении может производить соблазн. Из сего следует, что если надобно сделать церковные узаконения более, нежели то было доныне, известными, понятными и удобными к употреблению в действиях церковного управления и правосудия, то надобно начать дело с корня, то есть с издания точного перевода полных правил святых апостолов, седми вселенских и девяти поместных соборов и правил святых отцов, составляющих кормило церковного управления. Потребность иметь собрание сих правил всегда признаваема была в церкви потребностью необходимою. По мере того, как происходили вышеозначенные соборы, к правилам предыдущих присоединяемы были правила последующих и распространяемы в церквах. Когда сим образом кодекс церковный достиг довольной полноты для церковного управления и суда, тогда обязанность собирать церковные правила обратилась в обязанность сохранять их и делать удобными к разумению и употреблению. Отсюда толкования Зонара 289 , Вальсамона 290 ; отсюда сокращенный номоканон 291 ; отсюда сокращенный текст всех правил церковного кодекса, обработанный Аристином 292 . Сей последний текст, в кормчей книге, служит руководством управления и суда в церкви российской. Но текст славянской кормчей книги во многих случаях неудовлетворителен, частью по несовершенству славянского перевода, частью по несовершенству самого сокращения Аристинова, не всегда точно представляющего смысл полных правил. Затруднение сие давно почувствовано в российской церкви; и, дабы помочь в оном, сделаны были в разные времена два предположения. Первое: перевести и издать полные церковные правила. Святейший Синод довольно долго занимался сим; и, к сожалению, не привёл сего к решительному окончанию, потому что на обыкновенных переводчиков не мог в столь важном деле положиться, а высшая поверка сделанного перевода через людей, много занятых, не имела успеха. Другое предположение: составить и издать систематическую учебную книгу церковных правил. Сия мысль, естественно, возникла со времени преобразования духовных училищ по положениям комитета 1808 года, когда каноническое право поставлено в числе учебных предметов. Что и сия мысль не исполнена, о том менее можно сожалеть, потому что и составление, и поверка, и употребление учебной книги по сему предмету были бы недовольно удобны, когда основания, на которых должна опираться сия учебная книга, то есть церковные правила, представляются в кормчей книге в недовольно совершенном виде. Всё сие приводит к тому заключению, что предположение Святейшего Синода издать собрание полных церковных правил достойно возобновления и ревностного действования к исполнению оного. Для сего нужно тщательно рассмотреть сделанный перевод, и удостовериться в верности оного через сличение с подлинником, и особенно с изданием, сделанным, в начале сего столетия, по благословению константинопольского патриарха, под заглавием Пидалион , то есть кормило 293 . С собственноручного чернового подлинника. Опись № 99; докум. № 1. Против следующих статей поставлены отметки митрополитом Филаретом: 1 и 2 томы св. Василия Великого . С разделением на статьи для продажи в розницу: 3) подробно изложенные правила по вопросам. 3 и 4 томы св. Григория Богослова . Догматическое учение, извлеченное из его сочинений. Место это митрополитом вычеркнуто и написано: «негодится». 11 том святых отцов 4 века: а) преподобного Марка подвижника о законе духовном 200 глав и другие небольшие статьи. св. Афанасия Александрийского о девстве, Блаженного Иеронима письмо к Лете, о воспитании дочери, Св. Феодора Едесского, 100 душеполезных глав и умозрительное слово. Из секрети, бумаг канцел. обер-прокур. Св. Синода, 1836 г.; № 101, лл. 1–6. По справке, меньшая гомеопатическая аптека стоит 75 руб., а более полная 120 руб. Посему 27000 аптек, по первой цене, стоить будут 2025000, а по второй 3240000 руб. Если не весь сей расход, то, вероятно, не менее половины онаго потребуется ежегодно. С чернов. подлинн., хранящ. в московск. духовн. акад.; пакет № 3, докум. № 8. Зонара I. был, при дворе императора Алексея Комнина начальником дворцовой стражи и первым тайным советником государства, но потом, оставив светские почести, в монашестве посвятил себя трудам ученым. Важным для церковного права трудом его было толкование церковных правил («Ἐξήγησις ἱερῶν καὶ θείων κανόνων, et caet.) Вальсамон О., номофилакс и хартофилакс константинопольской церкви, потом патриарх антиохийский (†1199 г.). Важнейшее из его сочинений есть изъяснение на церковные правила (᾿Εξήγησις). Патриарха Фотия (†окт. 891 г). Аристин А., великий эконом константинопольской церкви в номофилакс, (†1160 г.) написал изъяснения на церковные правила, в их сокращенном виде (σύνοψις – epitome canonum). С автографа, хранящегося в московской духовной академии; пакет № 3; документ № 7; копия хранится в секретных бумагах канцелярии обер-прокурора Святейшего Синода, 1836 г.; № 100, листы 4–8.