Mickiewicz, verso

В знак памяти, пред нашим расставаньем, Тебе подносим не простой стакан: Он зачарован дружбы колдованьем, На дне его положен талисман. И если ты, среди пиров веселья Забывшися, вино в него нальешь, Не жди тогда в нем шумного похмелья, – Грусть тихую о прежнем в нем найдешь. Тогда живая сила талисмана Живые крылья даст твоей мечте, И знай – мечту твою обнимут те, Чьи имена прочтешь вокруг стакана. И известит их о твоей тоске Печальное их сердца содроганье, И будут на твое воспоминанье Согласной думой вторить вдалеке. Но если ночью, посреди молчанья, Вдруг, без причины, стукнет твой стакан, Знай – это голос нашего мечтанья: Его тебе примчал твой талисман. Не век же будет спутник твой страданье; Быть может, сердце радость оживит В чужбине; но когда воспоминанье Тебе минуту счастья отравит, И ты искать захочешь утешенья От грустных дум прошедшего в вине, Не тронь наш кубок! Он не даст забвенья: В нем талисман лежит на светлом дне.