Беседа 10 на псалом 12 35

Пс.12:1–3 . В конец, псалом Давиду. 36 Доколе, Господи, будешь забывать меня до конца? 37 Доколе будешь отвращать лице Твое от меня? 38 Доколе я буду слагать помыслы в душе моей? 39 (а) печали в сердце моем день и ночь? Доколе будет возноситься надо мною враг мой? 40 Не малое благо, если человек сознает свое оставление Богом, которое происходит от на­рушения Его заповедей, но служит также проявле­нием особого божественного промышления. – Что зна­чит: «я пре одолел его» ( Пс.12:5 )? – Усиление молитвы Псалмо­певца о божественной помощи указанием на радость и веселие врага. – «Я же упова л на милость Твою» ( Пс.12:6 ). – Благодарность и славословие Господу прежде получения от Него благодеяний. – Увещание подражать Давиду и без колебаний полагаться на милость Божию. 1. Не малое благо и в том, чтобы чувствовать забвение от Бога. Под забвением же разумей не состояние страстное, но оставление. Многие, подвергшись забвению от Бога, даже не сознают этого, и не скорбят; а блаженный Давид не только сознавал это, но исчислял и время забвения, потому что вы­ражение: доколе означает продолжительность времени. Потому он и скорбит, и плачет. Смотри, как он никогда не скорбит ни о чем житейском, ни о богатстве, ни о славе, но всегда о благоволении Божием. Почему же, скажешь, он знал, что Бог забыл его? Потому, что он знал и то, когда Бог помнил о нем, и ясно понимал, в чем состоит это забве­ние, и в чем это памятование, – не так, как многие из лю­дей, которые, когда богатеют, когда прославляются людьми, когда все у них идет успешно, когда одерживают победы над врагами, тогда и думают, что Бог помнит о них; по­тому они и не знают, когда Он забывает их. Не зная зна­мений памятования Его, они не знают и знамений забвения Его, не разумея знаков любви Его, не разумеют и знаков небла­говоления Его. Многих из людей, имеющих земные блага, Бог забывает, и даже особенно их; напротив о неимеющих часто памятует. Памятование о нас Божие происходит не от чего иного, как от добрых дел, внимательности, бодрство­вания, упражнения в добродетели; равно и забвение не от чего иного, как от грехов, корыстолюбия, хищения. Поэтому и ты, возлюбленный, когда находишься в несчастье, не говори: Бог забыл меня; напротив, – когда ты находишься во грехах и когда все идет у тебя успешно. Если ты будешь сознавать это, то скоро отстанешь от порочных дел. «Доколе будешь отвращать лице Твое от меня?» Это – высшая степень забвения. Подобиями человеческими пророк изображает действия Божии, и гнев Его и наказание. А Бог отвращает лицо Свое тогда, когда мы поступаем недостойно заповедей Его. «Когда вы простираете , говорит Он, руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои... ; потом приводит и причину: ваши руки полны крови» ( Ис.1:15 ). Впрочем, это оставление и отвращение лица есть также действие великого по­печения Божия о нас. Он делает это для того, чтобы; сильнее привлечь нас к Себе. Так и человек, зараженный страстною любовью, видя невнимание к себе любимого предмета, остав­ляет его и удаляется, не потому, чтобы изгладить его из души своей, но, желая обратить и привязать его к себе. Сказав об отвращении лица и забвении, пророк говорит и о том, что с ним произошло от этого. Что же именно? То, о чем он говорит далее: «доколе я буду слагать помыслы в душе моей?» Как вышедший из пристани блуждает везде, и как лишившийся света часто спо­тыкается, так и подвергшийся забвению от Бога постоянно пре­дается заботам, беспокойствам и скорбям. Впрочем, эти са­мые заботы, беспокойства, сокрушение, скорбь, собеседование об отвращении Божием, не мало способствуют к тому, чтобы Он опять обратился к нам. Так и Павел говорит о себе в послании к Коринфянам: «кто обрадует меня, как не тот, кто огорчен мною» ( 2Кор.2:2 )? Немалая, возлюбленный, польза от того, чтобы чувствовать отвращение Божие, скорбеть и сето­вать, потому что таким образом мы скоро опять обратим Его к себе. «Доколе будет возноситься надо мною враг мой? Призри, услышь меня, Господи, Боже мой, просвети очи мои, да не усну смерт но» ( Пс.12:3–4 ). Как тогда, когда Бог покровительствует нам и на­ходится с нами, исчезает всякая скорбь, так тогда, когда Он отступает от нас и забывает нас, душа наша терзается, сердце скорбит, люди огорчают нас, и везде для нас утесы и стремнины. Но все это попускается с полезною целью, – чтобы люди беспечные, страдая от этого, тщательнее старались воз­вратиться туда, откуда ниспали. «Накажет тебя , говорит пророк, нечестие твое, и отступничество твое обличит тебя» ( Иер.2:19 ). Таким образом, и оставление Божие есть вид промышления Его. Когда Он, промышляя и имея о нас попечение, не ви­дит надлежащего к Себе внимания, тогда на несколько вре­мени отступает и удаляется, чтобы нерадивые, оставив нера­дение, сделались ревностнейшими. «Призри» , говорит пророк, посмотри на врага, возносящегося надо мною; и если не по моему уничижению, то по его надменности и гордости «услышь меня» . Чего просишь ты? Победы над врагами? Нет, говорит, но того, чтобы просветились очи сердца моего, чтобы рассеялся мрак, объявший мыслительную часть души моей, помрачивший мое мысленное око. Вот чего прошу я: «просвети очи мои... Да не скажет враг мой: «я пре одолел его!» , видя меня погруженным в грехов­ную смерть: «я пре одолел его» ( Пс.12:4–5 ), я преодолел его, и чего желал, того достиг. Что значит: «я преодолел его» ? Хотя он не силен вообще, но силен стал против меня. Наше пора­жение придает ему силу, показывает его сильным, крепким и непобедимым. 2. Видишь: когда мы грешим, не только самих себя срамим, губим, подвергаем смерти, но и своих врагов, ко­торые поражают нас, являем сильными и могущественными, а кроме того еще доставляем им радость и веселие. О, какое безумие, какая слепота – врагам своим содействовать против себя самих, оскорбляющим и огорчающим душу нашу до­ставлять радость и веселие! Смотри, сколько безрассудств: вместо того, чтобы побеждать врага, – «у врага совершенно истощилось оруж ие, и погиб нечестив ый» ( Пс.9:7, 6 ), – вместо того, чтобы одерживать победы, мы сами терпим поражение; и не только это, но и являем его сильным и могущественным; и даже на этом не останавливается наше безумие, наша крайняя болезнь, но еще доставляем ему радость и веселие. Подлинно, грех есть край­нее сумасбродство и крайнее зло. «Угнетающие меня об радуются, если я поколеблюсь» ( Пс.12:5 ). Три причины приводит пророк, умоляя Господа, чтобы Он призрел на него, обратил к нему лицо Свое и услышал молитву его: могущество и силу врагов, и еще прежде этого их высокомерие и надменность, и, в-третьих, их радость и веселие. Он как бы так говорит: если не по моему про­шению и не по моему уничижению обрати ко мне лицо Твое, Господи, то по надменности врагов; они надмеваются своею силою, радуются моим бедствиям, смеются над моим падением. «Услышь меня, Господи..., просвети очи мои» : отгони глубокий сон от меня при грехах моих, уснув которым я скоро подвергся бы душевной смерти. Если тогда, как я только лишь поколеблюсь с твердыни Твоей, они радуются, восхищаются, считают это своею силою, превозно­сятся и делаются невыносимыми, то чего не сделают они, когда я буду доведен до смерти? Видишь, как пророк почитает величайшим вредом, не меньшим, чем наказание и му­чение, то, чтобы радовался общий враг, чтобы он казался силь­ным и считался высоким. Если бы он не почитал этого зла величайшим и невыносимым, то не представлял бы его для умилостивления Бога и для получения Его благоволения. Так будем поступать и мы; будем смотреть и стараться, чтобы нам не возвысить врага, не сделать его сильным, не доставить ему веселия, а, напротив, чтобы он оказался низким, ничтожным, слабым, прискорбным и безотрадным. А все это исполнится тогда, когда он увидит грешников совер­шающими дела добрые. «Я же упова л на милость Твою: возрадуется сердце мое о спасении Твоем, воспою Господу, благотворящему мне, и пою имени Господа Вышнего» ( Пс.12:6 ). За какие добрые дела свои ты просишь себе такой милости, чтобы Он опять призрел на тебя, услышал мо­литву твою, просветил мысленные очи твои? За что тебе это? Пусть другие, говорит, представляют, если могут представить что-нибудь; а я одно знаю, одно говорю, в одном полагаю всю свою надежду, одно представляю: «милость Твою» , человеколюбие Твое. «Я же упова л на милость Твою» . Видишь ли смиренно­мудрие пророка? Видишь ли признательность этого мужа? Хотя он имел множество достоинств и ими мог бы преклонить Бога, но он не говорит ни об одном из них, а прибегает единственно к милости Божией. Отсюда видно, что и тогда, когда он говорит о них, например, в словах: «если я сделал что» , «если я отомстил», и тому подобных ( Пс.7:4, 5 ), гово­рит по совершенной необходимости сказать это; а когда ее нет, тогда он и не говорит ничего подобного, но вместо всякого основания просьбы указывает на милость и человеколюбие Божие. Затем, будучи уверен, что он не обманется в своей надежде, продолжает: «возрадуется сердце мое о спасении Твоем» . Видишь ли душу, исполненную надежды? Он просил и, прежде чем получил, уже благодарит, как получивший, поет Богу и совершает все предварительно. Откуда же в нем такая твердая надежда? От глубокой признательности, от вели­кого усердия в молитве, – он знал, что Бог внемлет прося­щему таким образом, – от сильной горячности и живого чув­ства сердечного. Как те, которые просят лениво и небрежно, и, получив просимое, едва чувствуют важность дара, – так те, которые возносят молитву с напряженным усердием и ревностью, еще прежде получения, от сильного и искреннего своего расположения, чувствуют важность дара, как получившие, – по­тому что божественная благодать наперед исполняет их ра­достью, – благодарят за это и бывают недалеки от самого по­лучения. «Возрадуется сердце мое о спасении Твоем» . Мою душу, го­ворит, радует то, чтобы получить спасение от Тебя; мою душу веселит то, что Ты – ее спасение. 3. Видишь ли радость с одной стороны, и радость с дру­гой стороны, – радость врагов о падении (ближнего), и радость души о собственном спасении? Первая свойственна нечестивому, а последняя – спасаемым; первая служит к погибели как того, кто кажется радующимся, так и того, о чем он радуется; а последняя – ко спасению и оживлению радующегося. Этой по­следней радостью и веселием будем и мы радоваться и весе­литься, а первой будем избегать и отвращаться. «Воспою Господу, благотворящему мне, и пою имени Господа Вышнего» . В память этого благодеяния я вознесу, говорит, песнь Господу, который облагодетельствовал меня, смирил врага, постыдил его, обнаружил слабость его, услышал молитву мою, обратил ко мне лицо Свое, рассеяв туман и тьму, среди которых я стремился к смерти. Радуясь спасению, я как бы поставляю несокрушимый памятник, когда возношу эту песнь об оказанных мне благодеяниях, не теперь только воспеваю ее и содержу в памяти благодеяния, но и в последующее время буду воспевать и про­славлять имя Господа, неизгладимо нося в душе своей великие Его благодеяния. Такая душа, подвергшись бедствиям, не только легко избавляется от них, но и делается более осмотрительною, чтобы опять не подвергнуться подобным бедствиям. В самом деле, если она всегда содержит в памяти благодеяние, то оче­видно, что помнит и бедствия, от которых избавилась, полу­чив благодеяние. Помня бедствия, она внимательно размышляет и о том, от чего они случились с нею и по какой причине она подверглась такому злу; а размышляя об этом, она со всех сторон ограждает себя, чтобы опять не впасть в подобные не­счастья; и, таким образом, благоустрояя и направляя свою жизнь, она воздает великую благодарность своему Избавителю; нашедши в Нем Избавителя, она желает и в будущем иметь Его всегда своим Хранителем. Будем и мы подражать такой душе; и если впадем в какой-нибудь грех, тотчас восстанем и сделаем для себя падение поводом к большей безопасности и побуждением к тому, чтобы после не грешить. Как же тебе сделать это? У тебя есть учитель – Давид. Ты согрешил? Не засыпай во грехе, но восстань; тотчас представь, что Бог отвратил от тебя лицо Свое, что Он забыл тебя; потом плачь, воздыхай, омывай каждую ночь ложе твое слезами, уходи от де­лающих беззаконие. Таковы наставления Давида. Скажи вместе с ним: «доколе, Господи, будешь забывать меня до конца? Доколе будешь отвращать лице Твое от меня?» Скажи не языком, но прежде того – серд­цем; произноси и другие моления Давида. Когда выскажешь все, то надейся на милость Божию, надейся и не сомневайся. «Но да просит с верою, нимало не сомневаясь , говорит апостол, потому что сомневающийся подобен морской волне, ветром поднимаемой и развеваемой. Да не думает такой человек получить что-нибудь от Господа. Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих» ( Иак.1:6–8 ). Поэтому надейся на милость Его, нисколько не сомневаясь, и ты непременно получишь просимое; а, получив, не будь неблагодарным и непризнательным к Благодетелю, но устрой памятник благодеяния Его, вознеси благодарственную песнь Господу. Если ты не можешь устроить этого сам, то при­гласи бедных, воспользуйся их устами и употреби их вместо себя. Будь уверен, что для Господа приятнее Давидовой песни будет та, которую они воспоют за тебя. Как многострунное музыкальное орудие производит более приятные звуки, нежели однострунное, так и песнь многих бедных будет приятна и любезна Богу, Который внемлет гласу бедных. Поставь такой памятник и себе, и Богу: Ему – в память благодеяния, а себе – в знак благодарности и признательности, в знак постоянного памятования, которое содержа всегда в сердце своем, благо­устрояй таким образом жизнь свою, – или лучше, будем благо­устроять ее, чтобы сделаться достойными наследовать и тамошние блага, о Христе Иисусе, Господе нашем, Которому слава и дер­жава во веки веков. Аминь. Псалмы в тексте даны в переводе П.Юнгерова – Редакция «Азбуки Веры» Другой переводчик (Симмах) говорит: победная песнь Давида. Третий (Феодотион): на победу. Другой (Симмах): забываешь меня совершенно. Другой (Акила, Симмах и Феодотион): скры­ваешь. Другой (неизвестный переводчик, см. Ориг. Экз.): устрою мысли. Другой (Симмах): заботу в помышлении моем ежедневно. Вам может быть интересно: