Ирмо́с: О́троцы евре́йстии в пещи́/ попра́ша пла́мень дерзнове́нно/ и на ро́су огнь преложи́ша, вопию́ще:/ благослове́н еси́, Го́споди Бо́же, во ве́ки.
В плене́нии вавило́нстем о́троцы дерзнове́нно пла́мень пе́щи угаси́ша; та́кожде росо́ю милости Твоея́, Богома́ти, ороси́ изсо́хшую юдоль души́ моея́, да потеку́т по ней покая́ния ре́ки сле́зныя.
Егда́ растяше о́трок Иису́с и мужа́ше, се́рдце Твое́, Ма́ти Пресвята́я, разлу́ку ско́рую уве́де и ско́рбию отягчи́ся. Аз же ка́ко дерзну́ ма́терь нарещи́ся, ча́до бо свое́ не роди́х, ни взрасти́х, ниже́ поми́ловах, но из утро́бы изри́нух зле; а́ще же опла́кати его́ восхощу́, не и́мам ме́ста, иде́же упоко́ися.
Сла́ва: Пла́мене огня́ неугаса́ющаго досто́йна е́смь аз со блудники́ и уби́йцы, я́же Ца́рства Бо́жия не насле́дуют. Но ми́лости Твое́й, Ма́ти Бо́жия, вверя́ю ча́до, е́же погуби́х, моля́щи всели́ти его́ в ме́сто упокое́ния.
И ны́не: Ско́рбию се́рдце Твое́ ору́жие про́йде, Де́во, позна́ла бо еси́, я́ко Сын Тво́й Же́ртву за лю́ди Себе прино́сит. Аз же, ча́до мое́ погуби́вши, николи́же скорбе́х, и я́ко человекоуби́йца есмь аз, не помышля́х.