Апостол Павел, объясняя достоинство молитвы, говорит: Стану молиться духом, стану молиться и умом (1Кор.14:15). Он Сам (т. е. Спаситель), во дни плоти Своей, с сильным воплем и слезами, принёс молитвы и моления (Евр.5:1). А поелику вы сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: Авва Отче! (Гал.4:6). Будем чрез Него приносить жертвы и хвалы, — то есть плоды уст, прославляющих Имя Его (Евр.13:15). Поелику сердцем веруют к оправданию, и устами исповедуют ко спасению (Рим.10:10). Всегда в молитве и прошении, с благодарностью открывайте желанья свои пред Богом, и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдёт сердца ваши и мысли ваши в Иисусе Христе. (Флп.4:6–8).
Какое высокое, святое достоинство молитвы! Какая всемощная сила её! Но, тот же Апостол говорит, что: одна сухая, неодушевлённая Буква — убивает, а Дух — животворит! (2Кор.3:6): значит, совершение молений посредством лишь изустных молитв, механически затверженных на память с малолетства, и произносимых без участия ума и понимания точного смысла их, а потому и без согретия ими сердца и без увлечения души к мысленному Престолу Божию, не только бесполезно и ведёт к заслуженному упрёку: Люди сии чтут Меня устами, а сердце их далеко отстоит от Меня (Мк.7:6); но и преступно, и подвергает молящегося подобным образом, страшному осуждению: Да будет проклят всяк, творяй с небрежением дело Божие! (Иер. 48:10).
Писание (Священное) Богодухновенно, — продолжает Апостол, — и полезно для научения, для обличения, для исправления и для наставления в праведности, чтобы человек был совершен и ко всякому доброму делу приугомовлен (2Тим.3:16–17); и добавляет, в другом месте, что Для слова Божия нет уз (2Тим.2:10); но так как не разумеющий значения слов поучения находится в отношении к нему, как бы чужестранец, то в отвращение этого: и вы, с ревностью желая даров духовных, старайтесь обогатиться ими к назиданию других (членов Христовой Церкви). И потому, говорящий на незнакомом языке, молись и истолковывай! Хочу лучше пять слов сказать умом моим, чтоб и других наставить, нежели тьму слов на незнакомом языке! (1Кор.14:11–14, 19). Это можно применить к положению большинства молящихся затверженными молитвами, в отношении смысла которых они становятся чужестранцами. Отсутствие знания славянского языка, на котором изложены все молитвословия, недостаток толкований их на языке общем, и разбросанность сих последних по современным изданиям, недоступным для большинства Православных, — оставляют доселе, ещё многих из них в невозможности применить к себе убеждение, того же Первоверховного Апостола, что: Слово Божие живо и действенно, и острие меча обоюдоострого: оно проницает до разделения души и духа, составов и мозгов, — и судит чувствования и помышления сердечные (Евр.4:12).
Для некоторого пополнения этого пробела и для услуги тем, кому это нужно, — мы решились составить сборник главнейших молитв, с их славянским текстом, русским переводом и объяснением; умышленно придерживаясь в последнем частых ссылок на Евангелие, Апостольские Деяния и Послания, в виду того, что учащёнными справками на эти ссылки, в совокупности общего их смысла со всем предыдущим и последующим, любознательные читатели, быть может, убедятся, что: Бог, Отец Славы, просветит очи сердца нашего, дабы мы узнали, в чём состоит надежда призывания Его, и как богато славное наследие Его, и как превосходно величие могущества Его в нас! (Еф.1:17).