Первое, что сразу бросается в глаза при чтении этой «молитвы», – невероятное количество ошибок (грамматических, стилистических, пунктуационных и прочих). Человек, не владеющий церковнославянским языком, может не понять, что данный текст не написан на этом языке. Автор или переводчик этой «молитвы» постарался замаскировать под церковнославянский ту безграмотную околесицу, которая выдается за текст молитвословия. Но человек мало-мальски знакомый с этим языком сразу обнаружит подделку. В «молитве» наряду с церковнославянскими оборотами используются русские, они могут совмещаться в одном предложении. Предложения строятся в нарушении норм обоих языков, и местами просто похожи на бессмыслицу, не имеющую ни начала, ни конца. Складывается ощущение, что автор данного «произведения» просто выдергивал предложения из разных канонических молитв, переиначивал их, но, не обладая необходимыми знаниями, не смог довести дело до ума. Язык, на котором написана «молитва», – не русский и не церковнославянский. Это безграмотно составленный суррогат, что дает основание говорить о том, что эта «молитва» не получала благословение священноначалия, без чего недопустимо её общецерковное употребление. Грамотный человек такое и читать не станет, дабы не гневить Бога несвязным набором слов, имен и выражений.