И҆мꙋ́щи дꙋшѐ моѧ̀ врачевство̀ покаѧ́нїѧ, пристꙋпѝ, слезѧ́щи, воздыха́нїемъ вопїю́щи: врачꙋ̀ дꙋ́шъ и҆ тѣле́съ свободѝ мѧ̀ чл҃вѣколю́бче, ѿ мно́гихъ согрѣше́нїй. сопричти́ мѧ блꙋдни́цѣ, и҆ разбо́йникꙋ, и҆ мытарю̀: и҆ да́рꙋй мѝ бж҃е, беззако́нїй
O Soul of Mine, heal me with the healing of repentance, drawing near in tears and sighing: Physician of soul and body, merciful One, cleanse me from many transgressions. Draw nigh to the sinner, to the robber, to the publican; and grant me Thy Theotokos, O Lawless.
мои́хъ проще́нїе, и҆ сп҃си́ мѧ.
Mes prières, et sauve-moi.
Сла́ва: Мытаре́вꙋ покаѧ́нїю не поревнова́хъ, и҆ блꙋдни́цы сле́зъ не стѧжа́хъ: недоꙋмѣ́юсѧ бо ѿ ѡ҆слѣпле́нїѧ ѡ҆ таково́мъ и҆справле́нїи: но твои́мъ бл҃гоꙋтро́бїемъ сп҃си́ мѧ хрⷭ҇тѐ бж҃е, ꙗ҆́кѡ чл҃вѣколю́бецъ.
Glory: Je n'ai point envionné de la pénitence du fariseu, ni recueilli les larmes de la putain : je me confondais en effet devant un tel changement ; mais par ton bon entr'entre, ô Dieu, tu m'as sauvé, car tu es un amoureux des hommes.
И҆ ны́нѣ: Бцⷣе дв҃о нескве́рнаѧ, сн҃а твоего̀ молѝ съ го́рними си́лами, проще́нїе прегрѣше́нїй на́мъ пре́жде конца̀ дарова́ти, и҆ ве́лїю млⷭ҇ть.
Et nunc: Domine duo non sunt inquinata, sancta ora nobis praestare, propter peccaminum superabundantiam ante finem dative, et magnopere orate.
҆҆ Гдⷭ҇и поми́лꙋй, м҃. и҆ мл҃тва:
Ô Seigneur, aie pitié de moi, Thine humble servant:
Возсїѧ́й въ сердца́хъ на́шихъ чл҃вѣколю́бче гдⷭ҇и, твоегѡ̀ бг҃овѣ́дѣнїѧ нетлѣ́нный свѣ́тъ, и҆ мы́слєнныѧ на̑ша ѿве́рзи ѻ҆́чи, во є҆ђльскихъ твои́хъ проповѣ́данїй разꙋмѣ́нїе: вложѝ въ на́съ и҆ бл҃же́нныхъ твои́хъ за́повѣдей стра́хъ, да плотск‡ѧ по́хѡти
Vozsijaj v serdcaх naših chl̈věkolubče gđi, tvoego bogovědéniya netlěnnij světъ, i myslěnnyě naše ŭveřzi óvi, vo yeđliksikh tvoíh propovědnij razȗměniye: vloži v nasъ i blěznih tvoíh zápovědej strákh, da plotskogo póxoti.
всѧ̑ попра́вше, д¦о́вное жи́тельство про́йдемъ, всѧ̑ ꙗ҆̀же ко бл҃гоꙋгожде́нїю твоемꙋ̀ и҆ мꙋ́дрствꙋюще и҆ дѣ́юще. Ты́ бо є҆сѝ просвѣще́нїе дꙋ́шъ и҆ тѣле́съ на́шихъ хрⷭ҇тѐ бж҃е, и҆ тебѣ̀ сла́вꙋ возсыла́емъ со безнача́льнымъ твои́мъ ѻ҆ц҃е́мъ, и҆ всест҃ы́мъ и҆ бл҃ги́мъ и҆ животворѧ́щимъ
Tout having confessed, nous accomplirons toute la vie pieuse, pour l'augmentation de ta bonté et sagesse. Car Toi es la lumière éclairant les âmes et corps de nos Seigneur Jésus Christ, et à Toi nous offrons gloire avec Ton immuable Père, et à tous les saints et béni.
твои́мъ д¦омъ, ны́нѣ и҆ при́снѡ и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ, а҆ми́нь.
Thy holy abode, now and ever and to the ages of ages, amen.