Го́споди Бо́же наш, в ми́лости бога́тый и в щедро́тах непостижи́мый, Еди́не по естеству́ безгре́шен, и нас ра́ди кроме́ греха́ быв челове́к, услы́ши в час сей боле́зненное мое́ сие́ моле́ние, я́ко нищ и убо́г есмь от дел благи́х, и се́рдце мое́ смяте́ся внутрь мене́. Ты бо ве́си, Вы́шний Царю́, Го́споди небесе́ и земли́, я́ко всю мою́ ю́ность во гресе́х ижди́х и в след похоте́й пло́ти моея́ ходи́в, весь смех де́моном бых, весь диа́волу после́довах, вы́ну в тиме́нии сласте́й валя́яйся, омрачи́вся бо помышле́нием от младе́нства, да́же и до ны́не, никогда́же восхоте́х сотвори́ти во́лю Твою́ святу́ю, но весь от наве́тующих мя страсте́й плени́вся, смех и поруга́ние де́моном бых, ника́коже во уме помышля́яй, я́ко нестерпи́мый гнев е́же на гре́шники преще́ния Твоего́, и лежа́щую гее́нну о́гненную. Я́коже отсю́ду во отча́яние впады́й, и ника́коже в чу́встве обраще́ния быв, пуст и наг е́же от Твоея́ дру́жбы бых. Кий бо вид греха́ не соде́лах? Ко́е де́ло де́монское не соде́ях? Ко́е дея́ние сту́дное и блу́дное не с преиму́ществом и тща́нием соверши́х? Ум воспомина́ньми плотски́ми оскверни́х, те́ло смеше́ньми окаля́х, дух сосложе́нием оскверни́х, всяк уд окая́нныя моея́ пло́ти служи́ти и рабо́тати грехо́м возлюби́х. И кто про́чее не возрыда́ет мя, окая́ннаго? Кто не воспла́чет мя, осужде́ннаго? Аз бо еди́н, Влады́ко, я́рость Твою́ прогне́вах, аз еди́н гнев Твой на мя разжего́х, аз еди́н лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, превозше́д и препобеди́в вся от ве́ка гре́шники, несравне́нно погреши́вый и непроще́нно. Но поне́же многоми́лостивый, благоутро́бный еси́, Человеколю́бче, и ожида́еши челове́ческаго обраще́ния, се и аз вверга́ю себе́ пред стра́шное и нестерпи́мое Твое́ суди́ще, и я́коже пречи́стым Твои́м нога́м каса́яйся, из глубины́ души́ взыва́ю Ти: очи́сти, Го́споди, прости́, Благопремени́телю, поми́луй не́мощь мою́, приклони́ся недоуме́нию моему́, вонми́ моле́нию моему́ и слез мои́х не премолчи́, приими́ мя ка́ющагося, и заблу́ждшаго обрати́, обраща́ющагося объими́ и моля́щагося прости́. Не бо положи́л еси́ покая́ние пра́ведным, не положи́л еси́ проще́ния не согреша́ющым, но положи́л еси́ покая́ние мне, гре́шному, в ни́хже в негодова́ние Твое́ соде́ях, наг и обнаже́н пред Тобо́ю предстою́, Сердцеве́дче Го́споди, испове́даяй моя́ грехи́: не бо могу́ воззре́ти и ви́дети высоту́ Небе́сную, от тя́жести грехо́в мои́х сляца́емь. Просвети́ у́бо о́чи се́рдца моего́ и даждь ми умиле́ние к покая́нию, и сокруше́ние се́рдца ко исправле́нию, да со благо́ю наде́ждею и и́стинным увере́нием, к та́мошнему ми́ру пойду́, хваля́ и благословя́ вы́ну всесвято́е и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в, ами́нь.
Господи, Боже наш, богатый милостью и в сострадании непостижимый, Один по естеству безгрешный и нас ради сделавшийся человеком, не имеющим греха! Услышь в час сей это моё сокрушённое моление, ибо я нищ и беден делами добрыми, и сердце моё во мне пришло в смятение. Ибо Ты знаешь, Всевышний Царь, Господи неба и земли, что я всю мою юность растратил во грехах и, ходя в след желаний плоти моей, весь стал посмешищем демонам, весь диаволу последовал, всегда в тине сластей валяясь. Ибо, омрачившись помышлением от младенчества даже и доныне, я никогда не имел желания сотворить святую волю Твою, но весь от насилующих меня страстей пленённый, стал посмешищем и глумлением для демонов, совсем не держа в уме мысли о нестерпимом грозном гневе Твоём на грешников и угото́ванной им геенне огненной. Так что, впав оттого в отчаяние и никак не приходя в чувство обращения, я потерпел лишение и потерял дружбу с Тобой. Ибо какой вид греха я не соделал? Какое дело демонское не соделал? Какое постыдное и блудное деяние я с избытком и усердием не совершил? Ум воспоминаниями плотскими запятнал, тело постыдными сношениями загрязнил, дух согласием на зло осквернил, всякий член несчастного моего тела служить и работать грехам приучил. И кто теперь не возрыдает обо мне, несчастном? Кто не восплачет обо мне, осуждённом? Ибо я один, Владыка, ярость Твою прогневал, я один зажёг гнев Твой на меня, я один злое пред Тобою сотворил, превзойдя и победив всех от века грешников, несравненно больше и непростительно согрешив. Но поскольку Ты, Человеколюбец, многомилостив, сострадателен и ожидаешь обращения человека, вот, и я повергаюсь пред страшным и нестерпимым Твоим судилищем, и как бы пречистым Твоим ногам касаясь, из глубины души взываю Тебе: «Очисти, Господи, прости, Незлопамятный, помилуй немощь мою, склонись к недоумению моему, внемли́ молению моему и не промолчи, видя слёзы мои, прими меня, кающегося, и заблудшего возврати, возвращающегося обними и молящегося прости». Ибо не положил Ты покаяния праведным, не положил прощения не согрешающим, но положил мне, грешному, покаяние в том, чем я возбудил Твоё негодование. Нагим и обнажённым предстою я пред Тобою, Сердцеведец Господи, исповедуя мои грехи, ибо не могу посмотреть и видеть высоту небес, под тяжестью грехов моих сгибаясь. Просвети же очи сердца моего и да́руй мне умиление для покаяния и сокрушение сердца для исправления, дабы с благой надеждой и истинной уверенностью пошёл я к тамошнему миру, восхваляя и благословляя непрестанно всесвятое имя Твоё, Отца и Сына и Святого Духа ныне, и всегда, и во веки веков. Аминь.
Кафи́сма 11-я
Псалом 77
Ра́зума Аса́фу.
В наставление, Асафа, 77.