«Господи Иисусе Христе, помилуй мя!» — и сокращенно: «Господи, помилуй!» от апостольских времен даровано христианам, и определено, чтоб они непрестанно возглашали это,— как и возглашают. Впрочем, делая так, весьма немногие знают, что значит: «Господи, помилуй!». Поэтому взывают бесплодно; вопиют: «Господи, помилуй!», а милости Господней не получают, потому что не ведают сами, чего ищут.
А потому надлежит нам знать, какая это милость Господа Иисуса.
Какая?! — Всякая: все, что нам потребно в настоящем нашем падшем состоянии — в Его деснице. Ибо Он, с тех пор как воплотился и соделался человеком, как претерпел такие страсти и излиянием всесвятой Крови Своей искупил человека из рук диавола, — с этих пор стал Господом и Властителем человеческого естества особенным некиим образом. Все наше стало в Его руках.
Господь и прежде воплощения, изначала, был Господом всех тварей — видимых и невидимых — как Создатель их и Творец. По бытию так это и есть, и будет — но не по свободной деятельности разумных тварей. Бесы, а за ними и люди не восхотели сами от себя иметь Его Господом и Властителем своим — и отторглись от Него, Владыки всяческих. Ибо всеблагой Бог, создав людей и Ангелов самовластными и одарив их разумом, не хочет нарушать сего их самовластия и господствовать над ними насильно, против их воли. Поэтому, которые из них хотят быть под властью и управлением Божиим — над теми Он господствует и тех защищает, а которые не хотят — тех оставляет творить волю свою, как самовластных. Посему и Адама, когда он, прельщенный богоотступником диаволом, сделался и сам отступником от Бога и не восхотел слушаться заповеди Его, оставил Бог произволению его, не желая властительски господствовать над ним. Но завистливый диавол, прельстивший человека в начале, не перестал и далее прельщать его, пока не сделал его по неразумию его подобным скотам несмысленным, и он не стал жить подобно неразумным животным.
Тогда сжалился над ним многомилостивый Бог и, преклонив небеса, сошел на землю и сделался Человеком, человека ради, и Пречистою Кровию Своею искупив его, устроил для него спасительный путь жизни: во святом Евангелии указал, как благоугождать Богу, Божественным крещением возродил и воссоздал его, в Пречистых Тайнах питание небесное учредил ему и, кратко сказать, с высочайшей премудростью нашел способ, как Богу быть нераздельно с человеком и человеку с Богом, чтоб диавол не имел более места в человеке. Но и после сего Он все же никого не приневоливает, но оставляет всем на произвол спасаться, как им предлагается, или гибнуть. Так это и идет: одни спасаются, а другие небрегут о спасении — из коих иные совсем не веруют в Евангелие, а иные и веруют, но не живут по-евангельски.
Те христиане, которые, после стольких даров благодати, после стольких благодеяний Божиих, опять прельстились диаволом и по действию мира и плоти отдалились от Бога и подпали под иго рабства греху и диаволу, творя волю его, но не совсем еще сделались бесчувственными, чтоб не чувствовать зла, какое пострадали, а понимают ошибку свою и сознают рабство, какому подпали, сил же на то, чтоб избавиться от него, в себе не видят — те прибегают к Богу и вопиют: «Господи, помилуй», чтобы сжалился над ними многомилостивый Господь и помиловал их, чтоб принял их, как блудного сына, и опять даровал им Божественную благодать Свою, и возвратил им свободу, чтоб смогли они впредь жить богоугодно и соблюдать заповеди Божии.
Итак, те христиане, которые с такой целью вопиют: «Господи, помилуй!» — всеконечно сподобятся милости Божией и получат благодать, чтоб освободиться от рабства греху и спастись.
Те же, которые совсем не имеют сказанных помышлений и не сознают бедственности своего положения и своего порабощения воле плоти и мирским обычаям, и даже времени не имеют подумать о своем рабстве, но без всякой такой цели, по одной привычке вопиют: «Господи, помилуй!» — эти как могут получить милость Божию, и особенно такую дивную и безмерную милость? Для таких лучше не получать ее, нежели, получив, опять потерять, потому что тут уж будет двойное прегрешение.
Поясню тебе примерами. Представь себе человека бедного и нищего, желающего получить милостыню от кого-либо из богатых. Что говорит он, прийдя к богатому? — Ничего, кроме: «Помилуй меня! Сжалься над моей бедностью и благоустрой мою жизнь». Или долг кто имеет на себе и не имеет чем уплатить его и, желая избавиться от этой тяготы, приходит к решению: упросить того, кому должен, простить ему долг. Приходит к тому — и что говорит? Тоже только: «Помилуй меня! Сжалься над моею бедностью и прости мне долг, каким я должен тебе». Равным образом, когда кто провинится в чем-либо перед другим и желает получить от него прощение — что делает? Приходит к тому, против кого погрешил, и говорит: «Помилуй меня! Прости мне, в чем я погрешил пред тобою».
Все такие знают, о чем просят и для чего просят, и получают по прошению соответственно обстоятельствам, и полученное обращают во благо себе.
Поставь теперь с другой стороны грешника, который и беден духовно, и должен пред Богом, и оскорблял Его многократно. Если он вопиет будто к Богу: «Помилуй мя!» — а между тем не понимает, что такое говорит и для чего говорит, даже и того не знает, в чем та милость, которую желает получить от Бога, и к чему она благопотребна, а просто по привычке взывает: «Господи, помилуй!» — то как Бог подаст ему милость, когда тот не может даже узнать, что получил, а поэтому внимания на то не обратит и злоупотребит тем, или сгубит то, и тем паче еще прежнего сделается грешником?
Милость Божия не что иное есть, как благодать Святого Духа, которую должны испрашивать у Бога мы, грешные, непрестанно вопия к Нему: «Помилуй мя! Яви милость Свою, Господи мой, ко мне грешному, в жалком состоянии, в каком я нахожусь, и приими меня опять во благодать Твою. Дай мне дух силы, чтобы он укрепил меня в противостоянии искушениям диавола и худым навыкам моим греховным; дай мне дух совета, чтоб я уцеломудрился, пришел в чувство и исправился; дай мне дух страха, чтоб я боялся Тебя оскорблять и исполнял заповеди Твои; дай мне дух любви, чтоб я любил Тебя и не удалялся более от Тебя; дай мне дух мира, да соблюду мирною душу мою, соберу все помышления мои и пребуду безмолвен и немучим мыслями; дай мне дух чистоты, да хранит он меня чистым от всякого осквернения; дай мне дух кротости, да буду тихонравен в обращении с братиями моими христианами и воздержан от гнева; дай мне дух смирения, да не помышляю о себе высокого и да не буду горд».
Кто знает и чувствует, сколь потребно все сказанное, и, прося того у многомилостивого Бога, взывает: «Господи, помилуй!» — тот наверное получит то, о чем просит, и сподобится милости Божией и благодати Его. Но кто не знает ничего из того, что мы сказали, и только по привычке взывает: «Господи, помилуй!» — тому нет возможности получить милость от Бога. Ибо и прежде он уже получил много милости от Бога, но не познал того и не возблагодарил Бога, даровавшего ему их. Получил он милость Божию, когда создан был и стал человеком; получил милость, когда воссоздан был в крещении и стал православным христианином; получил милость, когда избавился от стольких бед, душевных и телесных, испытанных им в жизни; получал милость Божию всякий раз, как сподоблялся причащаться Пречистых Таин; получал милость Божию всякий раз, как согрешал пред Богом и огорчал Его грехами своими, а не был погублен и наказан, как подобало; получал милость Божию, когда многообразно благодетельствован был от Бога, но или не сознавал того, или забывал. Такому христианину как еще получить милость от Бога, когда он не знает и не чувствует, что получил столько милостей от Него? И теперь, если и взывает: «Господи, помилуй!» — то не знает, что говорит, и произносит слова эти без всякой мысли и цели, по одному лишь обычаю.
(Добротолюбие, т. 5. С. 447-451)