Нисхождение Архиерея от Царских врат до амвона по прибытии его в церковь и по приложении к Св. иконам, — изображает нисхождение от горнего престола на землю Сына Божия, совершившееся во время благовестия Архангельского. — Облачение его на амвоне в священные одежды, — знаменует воплощение Сына Божия; а все служащие ему при сем облачении изображают Ангелов, служивших при таинственном смотрении вочеловечения Христа.
Приходящие к амвону пред началом Литургии оглашенных священники, становящиеся в иерархическом порядке около Архиерея для сослужения ему, — изображают собой Ангелов, служивших Христу в пустыне после Крещения Его, — а также и дальнейших сотрудников и слуг Его, — Апостолов, избранных Им в свидетели Его жизни и учения.
Архиерей, находясь на амвоне до малого выхода, — пребывает в молчании, предоставляя начальное отправление Литургии священнику: это изображает время проповеди Предтечи и приготовление пути Господу. Царские же врата, отверстые со вступления Архиерея на амвон, — являют собой врата небесные, отверстые с пришествием Сына Божия на землю, что Он Сам подтвердил, сказав: Отселе будете видеть небо отверстым, и Ангелов Божиих восходящих и нисходящих Сыну Человеческому (Ин.1:51).
Малый выход совершается совсем иначе, как при обыкновенной службе, и имеет другое значение. Священники и все сослужащие им, выходя из алтаря к амвону, — изображают собой явление Ангелов на небе при вознесении Христовом; а сам Архиерей, в сопровождении их сходящий с амвона в алтарь, — изображает Христа, входящего на небо. Осенение дикирием и трикирием при возглашении диаконом: Премудрость прости! — означает благословение Господа учеников при Его вознесении; каждение же им престола, алтаря и присутствующих, — знаменует благодатное сообщение Духа Святого.
По прочтении Тропарей диакон начинает громогласно воспоминать Св. Синод и Царствующий Дом, что повторяется клиром; потом имя священнодействующего Архиерея, — что повторяют все сослужащие ему в алтаре и клир, и наконец, синклит, воинство и всех Православных Христиан, что снова повторяет клир, обозначая тем, что все упоминаемые призваны волею Христа для упрочения блага Церкви.
Далее Архиерей, пребывавший до того времени в молчании, — начинает возглашать и действовать, — изображая этим время, определённое словами Предтечи: Ему до́лжно расти, а мне умаляться (Ин.3:30); почему, всё лежавшее доселе на обязанности священника, переходит уже к нему, и Он сам уже возглашает: Яко Свят ecu Боже наш и проч. — Следующая за этим Трисвятая песнь поётся не на одном клиросе, а первоначально в алтаре, — изображая тем, что Церковь земная, преемственно получив её от небесной, согласно с нею славит Триединого Бога. Во время её Архиерей, выйдя из алтаря пред царские врата, осеняет народ крестом и дикирием, возглашая: Призри с небеси Боже и проч. знаменует тем озаряющий Церковь свет Евангелия и утверждающую её силу Христову.
Затем, взойдя на горнее место алтаря и заменив дикирий трикирием, он снова осеняет всех, знаменуя тем, что таинственный свет Славы Божией, воссиявший в Церкви, исходит от Присносущной Троицы. Отходя же к горнему месту, он снимает Омофор, — изображая тем, что Христос, взойдя к Богу-Отцу, предал Ему завет усыновления человеческого рода. Сидя на горнем месте, Архиерей изображает собой Христа, сидящего одесную Бога Отца, а окружающие его — Апостолов, восседающих на престолах, для суда 12-ти колен Израилевых.
Сходя с горнего места после Евангелия, Архиерей, снова благословляет из царских врат предстоящих, — изображает тем вторично благословение возносящегося Спасителя, обещавшего ученикам не разлучаться с ними, а пребывать в них вечно.
Во время Херувимской песни Архиерей умывает в царских вратах руки, тихо читая при этом молитву о благословении воды для освящения предстоящих. — Это изображает собой древний обряд первенствующей Церкви, когда Христиане, готовившиеся к причастию, по приходе в церковь, непременно должны были умывать руки в церковных умывальницах, потому что тело Христово в то время они получали в руки.
На великом выходе, Архиерей, как носящий образ Христа, — сам Св. Даров не выносит, а предоставляет это сослужащим ему, и лишь, принявши их в царских вратах, молится над ними о Царствующем Доме и о прочих, и снова передаёт их для перенесения на престол.
Когда Св. Дары находятся уже на престоле, Архиерей, как человек подверженный по природе греху, ужасаясь страшного, предлежащего ему служения, — просит сослужащих молиться о нём, и вслед за этим, преподавая из царских врат благословение народу, обращается и к нему с той же просьбой. Клир отвечает ему обычным греческим приветствием.
При произношении Символа веры Архиерей от лица всей Церкви, преклоняет голову свою под воздух, свидетельствуя тем покорность умом и сердцем предстоящих пред исповеданием веры, и знаменуя от собственного лица, что он, спогребаясь Христу, — надеется и воскреснуть с Ним.
Дальнейшее последование Литургии, не имеет других особенностей, и Архиерей во всём действует и возглашает как священник.