Ирмосы канонов обычно содержат пересказ или отсылки к библейским песням — поэтическим отрывкам из Ветхого и Нового Заветов, лежащим в основе структуры канона7. Пасхальный канон не является исключением, однако здесь каждая из тем библейских песней увязана с Воскресением Христовым:
Ирмос 1-й песни: «… от смерти бо к жизни, и от земли к Небеси, Христос Бог нас преведе, победную поющия» — как израильтяне были выведены из Египта и воспели победную песнь после перехода через Красное море (= 1-я библейская песнь, Исх.15:1-19), так и мы переведены Христом от смерти к жизни.
Ирмос 3-й песни: «Приидите, пиво [то есть питье] пием новое, не от камене неплодна чудодеемое, но нетления источник, из гроба одождивша Христа…» — здесь древнее чудо, когда во время странствия израильтян по пустыне Бог по молитве Моисея извел воду из скалы — «неплодна камене» (Исх.17:1–7), — сравнивается с тем, как из каменного гроба Христа истекает, словно дождь, источник нетления. Стоит отметить, что темам дождя и странствия по пустыне соответствует, вообще говоря, не 3-я, а 2-я библейская песнь (Втор.32:1-43)8.
Ирмос 4-й песни: «На божественней стражи, богоглаголивый Аввакум да станет с нами и покажет светоносна ангела, ясно глаголюща: Днесь… воскресе Христос…», прямо отсылает к пророку Аввакуму, автору 4-й библейской песни (Авв.3:2–19). Ср. Авв.2:1: «На стражу мою стал я и, стоя на башне, наблюдал, что скажет Он во мне…» Пророческое видение Аввакума отнесено в ирмосе к ангелу, возвещающему весть о Воскресении Христовом.
Ирмос 5-й песни: «Утренюем утреннюю глубоку, и вместо мира песнь принесем Владыце, и Христа узрим, Правды Солнце…», содержит парафраз 5-й библейской песни, пророка Исаии (Ис.26:9-19): «От нощи утренюет дух мой к Тебе, Боже…» Славянское слово «утреневати» буквально означает «пристально вглядываться [во время предрассветных сумерек]». Тем самым ночное исполнение пасхального канона (по строгому уставу, утреня всегда должна служиться еще ночью, до рассвета) соотносится с тем, как мироносицы рано-рано утром спешили ко гробу Христа: «вместо мира песнь принесем».
Ирмос 6-й песни: «Снизшел еси в преисподняя земли… и тридневен, яко от кита Иона, воскресл еси…» — упоминает пророка Иону, поскольку именно ему принадлежит 6-я библейская песнь (Ион.2:3-10). Согласно Священному Писанию, Иона воспел ее, находясь глубоко под водой во чреве кита. Пасхальный канон соотносит погружение Ионы на дно моря с сошествием Христа во ад, а освобождение из чрева кита спустя три дня — с тридневным Воскресением Христовым.
Ирмос 7-й песни: «Отроки от пещи избавивый, быв человек, страждет яко смертен, и страстию смертное в нетления облачит благолепие…» — ссылается на историю о трех еврейских отроках, которые были брошены вавилонским царем Навуходоносором в раскаленную печь, но были спасены Богом. Рассказ об этом событии, молитва и песнь отроков составляют 7-ю библейскую песнь (Дан.3:26-56). В ирмосе подчеркивается, что Тот, Кто некогда спас отроков от неминуемой гибели, Сам принял страдания, чтобы облечь смертную природу красотой нетления («в нетления облачит благолепие»).
Ирмос 8-й песни: «Сей нареченный и святый день, един суббот Царь и Господь, праздников праздник, и торжество есть торжеств…», обращаясь к теме 8-й библейской песни (Дан.3:57-88) лишь в самом конце: «…в оньже благословим Христа во веки», — в остальном построен вокруг цитаты из святителя Григория Богослова: «Пасха! Она у нас праздников праздник и торжество торжеств» (Or. 45. 2).
Ирмос 9-й песни: «Светися, светися, новый Иерусалиме: слава бо Господня на тебе возсия, ликуй ныне, и веселися, Сионе! Ты же, Чистая, красуйся, Богородице, о востании Рождества Твоего», прославляя Матерь Божию, тем самым отсылает к Песни Богородицы (Лк.1:46-55), которая является первой частью 9-й библейской песни.