Приготовив таким образом предстоящих к чувствам должной Евхаристии, священник возводит мысли и сердца их от земных помыслов к престолу Горнего Царя, и потому возглашает: горе́ имеем сердца! — они же единогласно отзываются на это, словами клира: Имамы ко Господу! и тогда-то уже священник по примеру Спасителя, принёсшего прежде совершения Тайной Вечери благодарение Богу-Отцу, — вместе с паствой, начинает общее благодарение, возглашая: Благодарим Господа! и в главе паствы, повергаясь пред престолом величия Божия, восклицает с нею: Достойно и праведно есть покланятися Отцу, и Сыну, и Святому Духу и проч. Но чтобы изобразить предстоящим всю святость и торжественность этого благодарения, всю высоту Благодаримого и чистоту чувств, требуемых при этой благодарности, — священник напоминает им, как в горнем мире благодарят и хвалят Господа все силы небесные, непрестанно поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще Ему победную песнь Что предстоящие, с дерзновением веры и исполняют, возглашая слова окружающих престол Божий: Свят, Свят, Свят, Господь Бог Саваоф, и присоединяют к ним земное величание славы Божией, излившееся из уст еврейских отроков: Осанна в вышних! Благословен Грядый во имя Господне, осанна в вышних!
Слова священника поюще, вопище, взывающе и глаголюще, по изъяснению Св. Патр. Германа, относятся к четырём животным предстоящим, по словам Откровения Св. Иоанна Богослова, окрест престола Бога Вседержителя, и непрестанно восклицающих: Свят, Свят, Свят, Господь Саваоф из которых Орёл, как птица, знаменует вообще творение поющее; Телец по образу его мычания — вопиющим; Льва, — по свойству его крика — взывающим, и наконец, Человека, — по способности его говорить — глаголющим. Чтобы изобразить гласы всех их, диакон, при произношении этих слов священником, приподнимает с дискоса звездицу и крестообразно ударяет ею о края его, именно в те места, где изображены Евангелисты, символически сопровождаемые этими Апокалепсическими животными. Присоединение же к словам небесных служителей слов еврейских отроков, означает, что в это время литургии и сами Ангелы, со всеми небесными силами, находятся в сослужении с человеками, для благодарения Господа, что подтверждается и молитвой, втайне читаемой в это время священником.
По возглашении этой Серафимской песни, священник, воздав ею хвалу Богу, совокупно с небесными силами и людьми, предстоящими на земле, — дерзает начать уже самую главную часть Евхаристии. Он, обратившись по примеру Спасителя, с тайной молитвой к Богу-Отцу и принося благодарения за все благодеяния Бога-Сына, словами Его начинает возглашать, указывая на хлеб, лежащий на дискосе: Приимите, ядите, сие есть тело Моё, и проч. и, указывая на потир: Пийте от нея вси, сия есть кровь Моя Нового Завета и проч. Диакон, одновременно со священником, указывая на Дары, говорит: Се Агнец Божий, вземляй грехи мира, а клир, после обоих возглашений священника, утвердительно заключает их словом Аминь, т. е. истинно! Потом священник, припоминая все образы спасения людей, т. е. крест, гроб, воскресение, восшествие на небо, сидение одесную Бога-Отца, ниспослание Духа Святого, и наконец, второе пришествие, возглашает: Твоя от Твоих, Тебе приносяще от всех и за вся т. е. Тебе приносим сии дары, в память той великой жертвы Твоего милосердия, которую Ты принёс за нас, и приносим их Тебе от имени и за всех тех, которых Ты искупил Пречистой Своею кровью. Произнося эти слова, священник или диакон приподнимают дискос и потир, держа крестообразно руки, в знак крестной смерти искупления; клир же, от лица предстоящих, продолжает эти благодарения, словами: Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молимтися Боже наш.
Затем, священник, укреплённый молитвами и воспоминанием действий Христа, — приступает уже к совершению самого Таинства: с молитвой о ниспослании Духа Святого, он возлагает прежде поверх дискоса изображение креста, со словами: И сотвори убо хлеб сей честное тело Христа Твоего; потом над чашею, с словами: А еже в чаше сей, — честную кровь Христа Твоего, и наконец, над обеими, со словами: Преложив Духом Твоим Святым, и совершив это, повергается ниц пред Св. Дарами, как бы пред Самим Господом, ибо они с той минуты становятся истинным телом и кровью Господа Иисуса Христа, или по словам Св. Иоанна Златоустого: Жертвой, соединяющею мир пренебесный с юдольным, т. е. всех верных на небе и земле, между собой и со Христом.
Но, как блаженные небожители святы, а пребывающие на земле ещё молят об отпущении грехов, то за каждую из этих двух частей рода человеческого священник при этом приносит жертвы: за первых благодарственную, а за вторых — умилостивительную и очистительную. Благодарственную, за праотцов, пророков, апостолов, мучеников и всех святых, в лице которых обретена Церковью уверенность в вечном блаженстве; преимущественно же, или изрядно, пред всеми ними, за Пресвятую и Пречистую Матерь Божию, как за ближайшую к Богу, имя Которой, вследствие этого священник и произносит вслух, возглашая: Изрядно о Пресвятей, Пречистей, Преблагословенней Владычице нашей Богородице и Приснодеве Марии, а клир отвечает: Достойно есть яко воистину и проч. Умилостивительную же, за усопших в вере, душам которых, по словам Св. Кирилла Иерусалимского бывает великая отрада, когда произносится о них моление при святой и страшной жертве. И наконец, — Очистительную — за всех живых, просящих помилования за грехи; при этом, священник, возглашает: Во-первых, помяни Господи Святейший, Правительствующий Синод и проч., а клир заключает: и всех, и вся.
Все эти всесторонние жертвы священник заключает молением: и даждь нам едиными усты и единым сердцем, славити и воспевати Всепречестное имя Твое! И как клир от лица предстоящих подтверждает это словом готовности Аминь (да будет), то священник и призывает на них: милости Бога и Спаса нашего Иисуса Христа!
За этим следует ектенья, в которой диакон возбуждает предстоящих молиться о принесённых и освящённых Дарах, дабы чрез них получить Божественную благодать и дар Святого Духа и проч., а священник заключает эти моления воззванием к Господу Иисусу: и сподоби нас, Владыко, с дерзновением, неосужденно смети призывати Тебе, Небесного Бога-Отца и глаголати ту молитву, которой Ты усыновил нас Себе и которую Сам преподал нам для обращения к Тебе.
Клир воспевает Отче наш, по окончании которой диакон приглашает приклонить главы свои Господеви, что предстоящие и исполняют, в знак сыновнего страха и благоговения, а священник в это время читает втайне молитву, в которой просит Господа: милостиво воззреть с небес на подклонивших Ему свои главы и благословить их на достойное причащение, не ради их собственных заслуг, а лишь благодатью и щедротами и человеколюбием Единородного Сына Его.
Во время молитвы Отче наш диакон препоясывается крестообразно орарем, приготовляя себя и к более свободному служению при причастии, и изображая этим положением ораря, шестикрылых Серафимов, закрывающих лица свои пред величием славы Господней. Приготовясь таким образом предстать Престолу Божию диакон, возглашает Вонмем! Священник же при этом возгласе, приподнимая с дискоса Божественного Агнца, что означает возвышение Его на крест, — произносит: Святая Святым, давая этими словами разуметь, что, как Христос, тело Которого имеют вкусить верующие, — Свят, так и приобщающиеся для истинного соединения с Ним, — должны быть святы. А потому и возглашение диакона пред сим Вонмем относится прямо к этому, означая, что Святейшему Таинству должны приобщаться лишь Святые, т. е. истинные Христиане, и смысл его тот же, что: поймём, рассудим, поверим себя.
На это страшное заявление священника, предстоящие, вспоминая успокоительные слова Спасителя Его ученикам, отчаивавшимся в спасении: невозможное для человеков — возможно для Бога (Лк.18:27), — со смирением взывают: Един Свят, Един Господь, Иисус Христос, в Славу Бога-Отца, выражая этим, что никто из них своими силами, — но все, чрез Иисуса Христа, приобретают святость.