Ви́дѣвше ѻ҆́троцы є҆вре́йстїи во ѡ҆́бразѣ человѣ́честѣмъ созда́вшаго рꙋко́ю человѣ́ка, и҆ влⷣкꙋ разꙋмѣ́вше є҆го̀, потща́шасѧ вѣ́твьми ѹ҆годи́ти є҆мꙋ̀, ѡ҆са́нна вопїю́ще. Мы́ же пѣ́снь прино́симъ тѝ глаго́люще:
Seeing the trees of the Jews in the image of Him who was created by the hand of man, and understanding Him, they strove with branches to please Him, shouting "O Soul/Spirit." We, however, offer a song saying:
І҆и҃се, бж҃е и҆́стинный:
O Jesus Christ, true God:
І҆и҃се, сн҃е дв҃довъ.
O Saviour, Son of God.
І҆и҃се, цр҃ю̀ пресла́вный:
O Soul/Spirit, to the Glorious King:
І҆и҃се, ѓгнче непоро́чный.
O Saviour, more pure than purity itself.
І҆и҃се, па́стырю преди́вный:
O Saviour, Venerable Pastor:
І҆и҃се, храни́телю во мла́дости мое́й.
O Saviour, Guardian in my youth.
І҆и҃се, корми́телю во ю҆́ности мое́й:
O Soul, nourisher in my youth:
І҆и҃се, похвало̀ въ ста́рости мое́й.
O Soul, praise in my old age.
І҆и҃се, наде́ждо въ сме́рти мое́й:
O Saviour, hope in my death:
І҆и҃се, животѐ по сме́рти мое́й.
O Saviour, life unto my death.
І҆и҃се, ᲂу҆тѣше́нїе моѐ на судЁ твое́мъ:
O Soul, be comforted at thy Judge's judgment:
І҆и҃се, жела́нїе моѐ, не посрамѝ менє̀ тогда̀.
O Saviour, my desire, do not dishonour me then.
І҆и҃се сн҃е бж҃їй, поми́лꙋй мѧ̀.
O Jesus Christ, forgive me.