І҆рмо́съ: Ѡ҆́бразъ чи́стагѡ ржⷭ҇тва̀ твоегѡ̀
Irimos: Óbraz chistagvo rzhátva tovego.
Сп҃сѝ сп҃си́телю тва́ри, чꙋ́вственныѧ же и҆ ᲂу҆́мныѧ рабы̑ твоѧ̑ ѿ вра́жїѧ навѣ́та и҆ ѡ҆ѕлобле́нїѧ, прест҃а́ѧ трⷪ҇це є҆диносꙋ́щнаѧ, и҆ соблюда́й ста́до твоѐ вы́нꙋ ненавѣ́тнѡ.
Spasi spasitelju tvary, chuvstvennyanyeже i umnyanye raby tyany pravozvaniye vrahievo naveta i oslobleniye, prestaya trice edinosustvennoye, i soblyaday stado tyoye vy nunavetnovo.
Да глꙋбинꙋ̀ неизче́тнꙋю сꙋ́щественныѧ пока́жеши твоеѧ̀ бл҃гости, да́лъ є҆сѝ на́мъ ѡ҆бѣ́ты: трисо́лнечный, и҆ є҆динонача́льный бж҃е всеси́льный, сп҃си́тельныѧ твои̑мъ рабѡ́мъ, и҆̀хже соверши́ти сподо́би.
Deeply the ineffable essence Thou hast revealed to us by Thy glory: Thou hast given us obedience: Triune and Monarch of all power, Saviour of Thy servants, in whom to accomplish this we are made worthy.
Бг҃оро́диченъ:
O Theotokos,
При́зри на на̑ша молє́нїѧ, и҆́же въ трїе́хъ бг҃онача́льныхъ ѵ҆поста́сѣхъ, є҆ди́нъ сы́й бг҃ъ во и҆́стинѣ вѣ́рꙋемый: и҆ пода́ждь твои̑мъ рабѡ́мъ ᲂу҆тѣше́нїе, мл҃твами пречⷭ҇тыѧ и҆ препѣ́тыѧ бг҃ома́тере.
Behold our prayer, O Lord, wherein we believe in the three Hypostases of Thy Divine Beginnings: one God believed in truth. And grant to Thy servants consolation, interceding and singing with the Theotokos.