І҆рмо́съ:
Просвѣти́вый сїѧ́нїемъ прише́ствїѧ твоегѡ̀ хрⷭ҇тѐ, и҆ ѡ҆свѣти́вый крⷭ҇то́мъ твои́мъ мі́ра концы̀, сердца̀ просвѣтѝ свѣ́томъ твоегѡ̀ бг҃оразꙋ́мїѧ, правосла́внѡ пою́щихъ тѧ̀.
Illumine with the brightness of Thy coming, O Christ, and enlighten by Thy light the ends of the world; may the hearts of the right-believing sing with the light of Thy divine understanding.
Па́стырѧ ѻ҆вца́мъ вели́каго и҆ гдⷭ҇а, і҆ꙋдє́и дре́вомъ крⷭ҇тнымъ ᲂу҆мертви́ша: но то́й ꙗ҆́кѡ ѻ҆́вцы, мє́ртвыѧ во а҆́дѣ погребє́нныѧ, держа́вы сме́ртныѧ и҆зба́ви.
Pastoribus ovibus magni et Domini, Iudei cruce mortuosa: sed ille ut ovium, mortuae in adi sepultae, mortales auctoritati exaudiverunt.
Крⷭ҇то́мъ твои́мъ ми́ръ бл҃говѣсти́въ, и҆ проповѣ́давъ плѣ̑ннымъ сп҃се мо́й ѡ҆ставле́нїе, держа́вꙋ и҆мꙋ́щаго посрами́лъ є҆сѝ хрⷭ҇тѐ на́га, ѡ҆бнища́вша показа́вый бж҃е́ственнымъ воста́нїемъ твои́мъ.
By Thy Word the world was made glad with the Gospel, and proclaiming my captivity to the free, Thou hast humbled the holder thereof by Thy naked appearing, O Lord, revealing it through a glorious rising up.
Бг҃оро́диченъ:
O Theotokos,
Проше́нїѧ вѣ́рнѡ просѧ́щихъ, всепѣ́таѧ, не пре́зри: но прїимѝ, и҆ сїѧ̑ доноша́й сн҃ꙋ твоемꙋ̀ пречⷭ҇таѧ, бг҃ꙋ є҆ди́номꙋ бл҃годѣ́телю, тебе́ бо предста́тельницꙋ стѧжа́хомъ.
More humbly beseech thee, all-compassionate, do not despise: but receive, and carry within thy merciful heart, O Lord, even as to the one Most Gracious, for thou hast entreated me as thy intercessor.
И҆́нъ І҆рмо́съ: Бг҃ъ сы́й ми́ра:
And Irmos: God is the Saviour of the world:
Ѽбога́тство, и҆ глꙋбино̀ премꙋ́дрости бж҃їѧ! Премꙋ̑дрыѧ ѡ҆б̾е́млѧй гдⷭ҇ь, ѿ си́хъ кова́рства и҆зба́вилъ є҆́сть на́съ: пострада́въ бо во́лею не́мощїю плотско́ю, свое́ю крѣ́постїю, животворѧ́й мє́ртвыѧ воскр҃си́лъ є҆́сть.
Riches and depth of divine wisdom, O Lord! Receive our confession of thy wisdom, for thou hast delivered us from the cunning of wickedness: having suffered willingly through the weakness of the flesh, by thine own strength, thou didst raise to life the dead.
Бг҃ъ сы́й соединѧ́етсѧ пло́ти на́съ ра́ди: и҆ распина́етсѧ, и҆ ᲂу҆мира́етъ: погреба́етсѧ, и҆ па́ки воскр҃са́етъ, и҆ восхо́дитъ свѣ́тлѡ съ пло́тїю свое́ю хрⷭ҇то́съ ко ѻ҆ц҃ꙋ̀: съ не́юже прїи́детъ, и҆ сп҃се́тъ бл҃гоче́стнѡ томꙋ̀ слꙋжа́щыѧ.
God the Son unites our flesh for His sake: and He is crucified, and He dieth: He is buried, and again He riseth: He ascends in glory with His own flesh, Jesus Christ: with Him cometh, and saveth them that serve Him with holiness.
Бг҃оро́диченъ:
O Theotokos,
Ст҃ы́хъ ст҃а́ѧ дв҃о чⷭ҇таѧ, ст҃ы́хъ ст҃а́го родила̀ є҆сѝ, всѣ́хъ ѡ҆свѧща́ющаго хрⷭ҇та̀ и҆зба́вителѧ. тѣ́мже тѧ̀ цр҃и́цꙋ, и҆ влⷣчцꙋ всѣ́хъ ꙗ҆́кѡ мт҃рь зижди́телѧ тва́рей проповѣ́дꙋемъ.
Stávy stája duvo čtě, stáhy stágo rodilá yésy, vsekh ósvyatýčúchago Khrista iázbavítele. Témy tě́m tjáji crájitú, i vlczcú vsekh gákwa matrí zижdítelë tváře prápovědémy.
И҆́нъ І҆рмо́съ: Просвѣти́вый сїѧ́нїемъ:
And Irmos: Enlightening with Thy beams:
Веселѧ́тсѧ нбⷭ҇ныѧ си̑лы зрѧ́ще тѧ̀: ра́дꙋютсѧ съ ни́ми человѣ́кѡвъ собра̑нїѧ: ржⷭ҇тво́мъ бо твои́мъ совокꙋпи́шасѧ, дв҃о бцⷣе, є҆́же досто́йнѡ сла́вимъ.
Rejoice ye heavenly powers, seeing Him: men gather to rejoice with them: by your glorification, O Theotokos, twain become three, worthy of praise.
Да дви́жатсѧ всѝ ѧ҆зы́цы человѣ́честїи и҆ мы̑сли, къ похвалѣ̀ человѣ́ческагѡ вои́стиннꙋ ᲂу҆добре́нїѧ, дв҃а предстои́тъ ꙗ҆́вѣ сла́вѧщи, вѣ́рою тоѧ̀ пою́щихъ чꙋдеса̀.
Let all tongues and thoughts move for the praise of the truly human glory, that two stand before with true singing, praising those who sing by faith the wonders.
---
**Note:** The translation aims to maintain the liturgical style and meaning while adhering to the rules provided. Adjustments may be necessary for perfect fit in Russian Orthodox liturgical language.
Сла́витсѧ пѣ́нїе всепремꙋ́дрыхъ и҆ похвала̀, дв҃ѣ и҆ мт҃ри бж҃їи приноси́маѧ: сла́вы бо бы́сть сїѧ̀ хра́мъ пребж҃е́ственныѧ, ю҆́же досто́йнѡ сла́вимъ.
Let the hymn of the all-wise and praise-worthy be sung, O Mother and Virgin: for it is meet that a temple of glory be praised, worthy of honor.