І҆рмо́съ:
Ирмосъ:
Животь даждь намъ, Господи, животъ вечный,
и просвеща́й сердца́ нася́ нашихъ умиленіемъ.
Не да́й ни́когда́ тварь наша́ воле́ти преле́сти,
но сохрани́ нася́ отъ позори́ща и́же есть тварь.
Посе́ди, Господи, на́ше сердце́ воньже,
и даждь намъ милость и́же есть еле́с.
Аще же мы́ не просвещаемся умиленіемъ,
но падаему́ воле́ти лести,
посе́ди нася́ отъ тварей, Господи,
и даждь намъ покаяние́ и́же есть мета́ноа.
Пребудь се́мь во́не, Господи, воньже,
и даждь намъ благо́дать и́же есть хра́с.
Аще же мы́ не просвещаемся умиленіемъ,
но падаему́ воле́ти лести,
посе́ди нася́ отъ тварей, Господи,
и даждь намъ покаяние́ и́же есть мета́ноа.
Пребудь се́мь во́не, Господи, воньже,
и даждь намъ благо́дать и́же есть хра́с.
Хода́тай бг҃ꙋ и҆ человѣ́кѡмъ бы́лъ є҆сѝ хрⷭ҇тѐ бж҃е: тобо́ю бо влⷣко, къ свѣтонача́льникꙋ ѻ҆ц҃ꙋ̀ твоемꙋ̀, ѿ но́щи невѣ́дѣнїѧ, приведе́нїе и҆́мамы.
Молиши Господу и человеком был еси Христе: Тобою бо Мастер, к Светотворцу Отцу твоему, от невидимой ночи, приведение имамам.
Ꙗ҆́кѡ ке́дры хрⷭ҇тѐ, ꙗ҆зы́кѡвъ шата́нїе сокрꙋши́лъ є҆сѝ во́лею влⷣко: ꙗ҆́кѡ и҆зво́лилъ є҆сѝ на кѷпарі́сѣ, и҆ на пе́ѵкѣ, и҆ ке́дрѣ, пло́тїю совозвыша́емь.
Jako kedry khriste, zyzykva shatanye sokrushilъ esiti voleju vlasti: jakovo izvolilъ esiti na kyparisye, i na pevike, i kdrye, plotiju sovozvyshayem.
Въ ро́вѣ хрⷭ҇тѐ преиспо́днѣмъ положи́ша тѧ̀ бездыха́нна ме́ртва: но твое́ю ꙗ҆́звою забве́нныѧ мє́ртвыѧ, и҆̀же во гробѣ́хъ спѧ́щыѧ, ᲂу҆ѧ́звенъ съ собо́ю воскр҃си́лъ є҆сѝ.
U pravu hrizte predpodnelem polozhišta mertva: no tvojou glavoju zapvenyeta mertvyeta, ije vo grobakh spasya, uzhazven' s soboju voskresil si.
Бг҃оро́диченъ:
O Theotokos,
Молѝ сн҃а твоего̀ и҆ гдⷭ҇а, дв҃о чⷭ҇таѧ, на тѧ̀ ᲂу҆пова́ющымъ ми́ръ дарова́ти, плѣнє́ннымъ и҆збавле́нїе, ѿ сопроти́вныхъ настоѧ́нїй.
Molíte sná tvégo i gdje, dvoče čtěya, na ty upóvajuščimy mir darovati, plěnénie izbavleniye, ot soprotivníjstva nástojení.
И҆́нъ
І҆рмо́съ:
Оу҆́гль и҆са́їи проѧвле́йсѧ, сл҃нце и҆з̾ дѣ́вственныѧ ᲂу҆тро́бы возсїѧ̀, во тьмѣ̀ заблꙋ́ждшымъ, бг҃оразꙋ́мїѧ просвѣще́нїе да́рꙋѧ.
Пости́ти ѿвергі́йсѧ а҆да́мъ, вкꙋша́етъ смертоно́снагѡ дре́ва пе́рвый: но сегѡ̀ грѣ́хъ потреблѧ́етъ, распны́йсѧ вторы́й.
Adam hath tasted the overthrow of hell, partaking of the deadly tree first: but this sin doth consume, waxing fierce the second.
Є҆стество́мъ человѣ́ческимъ стра́стенъ же и҆ сме́ртенъ бы́лъ є҆сѝ, и҆́же безстра́стный невеще́ственнымъ бж҃ество́мъ, ѡ҆безтли́вый ᲂу҆мерщвлє́нныѧ хрⷭ҇тѐ, ѿ преиспо́днихъ а҆́довыхъ воскр҃си́лъ є҆сѝ.
И҆́нъ.
Inje.
І҆рмо́съ то́йже.
Ирмос тогодето.
Ѻ҆́блацы весе́лїѧ сла́дость кропи́те сꙋ́щымъ на землѝ: ꙗ҆́кѡ ѻ҆троча̀ даде́сѧ, и҆́же сы́й пре́жде вѣ̑къ, ѿ дв҃ы вопло́щьсѧ бг҃ъ на́шъ.
Кропите веселую сладость сущимъ на земли: ибо отрокова дадеся, иже прежде века, Отца наша во плоти воплотися.
Житїю̀ и҆ пло́ти мое́й свѣ́тъ возсїѧ̀, и҆ дрѧ́хлость грѣха̀ разрꙋшѝ: напослѣ́докъ ѿ дв҃ы без̾ сѣ́мене вопло́щьсѧ вы́шнїй.
Žičju i ploti mojey svět vozsię, i drěxlost' grěха razruši: naposlědokъ o dvы besъ sěmene voplěsshć vyšnjiy.