Поми́лꙋй мѧ̀ бж҃е, по вели́цѣй млⷭ҇ти твое́й, и҆ по мно́жествꙋ щедро́тъ твои́хъ ѡ҆чи́сти беззако́нїе моѐ. Наипа́че ѡ҆мы́й мѧ̀ ѿ беззако́нїѧ моегѡ̀, и҆ ѿ грѣха̀ моегѡ̀ ѡ҆чи́сти мѧ̀. Ꙗ҆́кѡ беззако́нїе моѐ а҆́зъ зна́ю, и҆ грѣ́хъ мо́й предо мно́ю є҆́сть вы́нꙋ. Тебѣ̀ є҆ди́номꙋ согрѣши́хъ, и҆ лꙋка́вое пред̾ тобо́ю сотвори́хъ: ꙗ҆́кѡ да ѡ҆правди́шисѧ во словесѣ́хъ твои́хъ, и҆ побѣди́ши, внегда̀ сꙋди́ти тѝ. Се́ бо въ беззако́нїихъ зача́тъ є҆́смь, и҆ во грѣсѣ́хъ роди́ мѧ ма́ти моѧ̀. Се́ бо и҆́стинꙋ возлюби́лъ є҆сѝ, безвѣ̑стнаѧ и҆ та̑йнаѧ премꙋ́дрости твоеѧ̀ ꙗ҆ви́лъ мѝ є҆сѝ. Ѡ҆кропи́ши мѧ̀ ѵ҆ссѡ́помъ, и҆ ѡ҆чи́щꙋсѧ: ѡ҆мы́еши мѧ̀, и҆ па́че снѣ́га ѹ҆бѣлю́сѧ. Слꙋ́хꙋ моемꙋ̀ да́си ра́дость и҆ весе́лїе: возра́дꙋютсѧ кѡ́сти смирє́нныѧ. Ѿвратѝ лицѐ твоѐ ѿ грѣ̑хъ мои́хъ, и҆ всѧ̑ беззакѡ́нїѧ моѧ̑ ѡ҆чи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мнѣ̀ бж҃е, и҆ дꙋ́хъ пра́въ ѡ҆бновѝ во ѹ҆тро́бѣ мое́й. Не ѿве́ржи менє̀ ѿ лица̀ твоегѡ̀, и҆ д¦а твоегѡ̀ ст҃а́гѡ не ѿимѝ ѿ менє̀. Возда́ждь мѝ ра́дость сп҃се́нїѧ твоегѡ̀, и҆ д¦омъ влⷣчнимъ ѹ҆тверди́ мѧ. Наꙋчꙋ̀ беззакѡ́нныѧ пꙋтє́мъ твои̑мъ, и҆ нечести́вїи къ тебѣ̀ ѡ҆братѧ́тсѧ. И҆зба́ви мѧ̀ ѿ крове́й бж҃е, бж҃е сп҃се́нїѧ моегѡ̀: возра́дꙋетсѧ ѧ҆зы́къ мо́й пра́вдѣ твое́й. Гдⷭ҇и, ѹ҆стнѣ̀ моѝ ѿве́рзеши, и҆ ѹ҆ста̀ моѧ̑ возвѣстѧ́тъ хвалꙋ̀ твою̀. Ꙗ҆́кѡ а҆́ще бы восхотѣ́лъ є҆сѝ же́ртвы, да́лъ бы́хъ ѹ҆́бѡ: всесожже́нїѧ не бл҃говоли́ши. Же́ртва бг҃ꙋ дꙋ́хъ сокрꙋше́нъ: се́рдце сокрꙋше́нно и҆ смире́нно бг҃ъ не ѹ҆ничижи́тъ. Ѹ҆бл҃жѝ гдⷭ҇и, бл҃говоле́нїемъ твои́мъ сїѡ́на, и҆ да сози́ждꙋтсѧ стѣ́ны і҆ерⷭ҇ли̑мскїѧ. Тогда̀ бл҃говоли́ши же́ртвꙋ пра́вды, возноше́нїе и҆ всесожега́ємаѧ: тогда̀ возложа́тъ на ѻ҆лта́рь тво́й тельцы̀.
Pitié de moi, Seigneur, selon la grandeur de ta miséricorde et l’abondance de tes bontés, nettoie mes yeux de mon iniquité. Ô combien tu me purifies de ma perversité, ô combien tu efface mes péchés! Je connais ma propre iniquité, et le péché qui m’entoure est toujours présent à mon esprit. J’ai péché contre toi seul, j’ai fait du mal devant toi : pour que tu sois justifié dans tes paroles, et que tu domptes mes jugements. Car je suis né dans l’iniquité, ma mère a conçu ma transgression. Tu as aimé la vérité, Seigneur, l’ineffable sagesse de ta Providence m’a enseigné. Écroule-moi par ton esprit, et purifie-moi : efface-moi, plus que le blanchiment du neige. Ton oreille me donne joie et réjouissance : les ossements des humbles en rient. Nettoie mon visage de mes péchés, et tous mes iniquités. Fais de mon cœur un cœur pur, Seigneur, et remets mon esprit dans l’été. Ne me rejettes pas loin de ton visage, et ne m’abandonnes point à la méprisante vieillesse. Donne-moi pour réjouissance la grâce de ta bienveillance, et fortifie-moi par un foyer stable. Enseigne les voies de l’iniquité, et les impies se tournent vers toi. Sauve-moi des fléaux du Seigneur, Seigneur, qui purifie mes péchés : mon langage récitera la vérité de ta justice. Où sont mes prières, tu m’as entendu, et les paroles de ma bouche proclameront ta gloire. Si tu avais voulu une offrande, j’en aurais fait l’offrande : un holocauste ne t’a pas plu. Une offrande est le cœur brisé : un cœur contrit et humble n’est point méprisé. Bénissez-vous, vous qui avez aimé la volonté de Dieu, que vos murs soient bâties par lui. Alors tu auras aimé l’offrande de la justice, l’élévation et le holocauste : alors on placera sur ton autel des agneaux.
҆҆ И҆ тропарѝ сїѧ̑, гла́съ з҃:
Па́стырю до́брый, дꙋ́шꙋ твою̀ положи́вый ѡ҆ на́съ, свѣ́дый сокровє́нннаѧ, содѣ̑ѧннаѧ мно́ю, є҆ди́не бл҃же, ѹ҆паси́ мѧ ра́зꙋмомъ заблꙋ́ждшаго, и҆ и҆схити́ мѧ ѿ во́лка, а҆́гнче бж҃їй, и҆ поми́лꙋй мѧ̀.
Béstyre, dobrój Pastýryu, dušu tvojú položivý ó nas, svě́dy sokořivénnaę, sodě́ęnnaę mnóju, édine blá́že, ū́pasi mě́ razúmomъ zablú́jdshago, í iščiti mě́ óvloka, ágnče bžíjy, í pomíluý mě́.
Ѡ҆тѧгче́нъ сно́мъ ѹ҆ны́нїѧ, помрача́юсѧ пре́лестїю грѣхо́вною: но да́рꙋй мѝ ѹ҆́тро покаѧ́нїѧ, просвѣща́ѧ ѻ҆́чи мы́слєнныѧ, хрⷭ҇тѐ бж҃е, просвѣще́нїе дꙋшѝ моеѧ̀, и҆ сп҃си́ мѧ.
Мгло́ю грѣхо́вною и҆ сластьмѝ жите́йскими сплета́емь ѹ҆́мъ ѻ҆каѧ́нныѧ дꙋшѝ моеѧ̀, стра̑сти разли̑чныѧ ражда́етъ, и҆ въ по́мыслъ ѹ҆миле́нїѧ не прихо́дитъ. Но ѹ҆ще́дри, сп҃се, смире́нїе моѐ, и҆ да́ждь мѝ по́мыслъ ѹ҆миле́нїѧ, да и҆ а҆́зъ спаса́емь пре́жде конца̀ воззовꙋ̀ бл҃гоꙋтро́бїю твоемꙋ̀: гдⷭ҇и хрⷭ҇тѐ сп҃се мо́й, ѿча́ѧннаго спаси́ мѧ и҆ недосто́йнаго.
Par la fumée du péché et par les douceurs de la vie matérielle, nous enchevêtons nos âmes, engendrant des passions diverses, et l'émotion complice ne vient pas à leur pensée. Mais, Seigneur, sauve-moi, humbles-toi, et donne-moi une pensée complice, afin que je sois sauvé avant la fin par ta miséricorde : O Seigneur Jésus Christ, sauve-moi, ô Theotokos, de celui qui m'aime peu et qui est indignes.
Ꙗ҆́кѡ впады́й въ разбо́йники, и҆ ѹ҆ѧ́звенъ, та́кѡ и҆ а҆́зъ впадо́хъ во мнѡ́гїѧ грѣхѝ, и҆ ѹ҆ѧ́звена мѝ є҆́сть дꙋша̀. Къ комꙋ̀ прибѣ́гнꙋ пови́нный а҆́зъ; то́кмѡ къ тебѣ̀ млⷭ҇рдомꙋ дꙋ́шъ врачꙋ̀: и҆зле́й на мѧ̀ бж҃е, вели́кꙋю твою̀ млⷭ҇ть.
Oft have I gone down among the robbers, and wounded, even so hath my soul been wounded. Unto whom shall I flee guilty? Only unto Thee, O Merciful, Healer of souls: heal me, O great Mercy.
Сла́ва ѻ҆ц҃ꙋ̀, и҆ сн҃ꙋ, и҆ ст҃о́мꙋ д¦ꙋ.
Glory to Thee, and to Thy Son, and to Thy Holy Spirit.
Ꙗ҆́кѡ блꙋ́дный сы́нъ, прїидо́хъ и҆ а҆́зъ ще́дре: прїими́ мѧ, ѻ҆́ч҃е, возвраща́ющасѧ, ꙗ҆́кѡ є҆ди́наго ѿ нає́мникъ твои́хъ бж҃е, и҆ поми́лꙋй мѧ̀.
Ô rebelling child, I have come and I am still generous: receive me, O Soul, returning, for I am but one of thy hired servants, and have mercy on me.
И҆ ны́нѣ и҆ при́снѡ, и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. Ґми́нь.
Et nunc et præsentium, et sæculorum saecula. Amen.
И҆зба́ви, бцⷣе, ѿ ѡ҆бдержа́щихъ на́съ грѣхѡ́въ: ꙗ҆́кѡ и҆но́гѡ ѹ҆пова́нїѧ вѣ́рнїи не и҆́мамы, ра́звѣ тебє̀, и҆ ѿ тебє̀ ро́ждшагосѧ гдⷭ҇а.
Délivre-nous, Ó Theotokos, de ceux qui nous ensorcellent par leurs péchés: car si aucun d'entre les fidèles ne nous vient en aide, comment pourrions-nous espérer en Toi, et être engendrés par Toi.
Гдⷭ҇и, поми́лꙋй. [м҃.] И҆ покло́новъ и҃, съ мл҃твою:
O Lord, have mercy. [Thou.] And of bowings and prostrations, with humility:
Бж҃е, млⷭ҇тивъ мѝ бꙋ́ди, и҆ прости́ мѧ блꙋ́днаго за и҆́мѧ твоѐ ст҃о́е.
Seigneur, fait-moi ton humble serviteur et pardonne à l'adultère pour son sanctuaire.
҆҆ Мл҃тва ст҃а́гѡ васі́лїа вели́кагѡ:
Mercy of God, great Virgin:
Па́ки запѧ́тъ бы́хъ ѻ҆каѧ́нный ѹ҆мо́мъ и҆ лꙋка́вымъ ѻ҆бы́чаемъ, рабо́таѧ грѣхꙋ̀. Па́ки кнѧ́зь тьмы̀ и҆ стра́стныхъ сла́достей роди́тель, плѣне́на мѧ̀ сотворѝ, и҆ ꙗ҆́коже раба̀ смире́ннаго, тогѡ̀ хотѣ́нїємъ, и҆ жела́нїємъ плотски̑мъ рабо́тати принꙋжда́етъ мѧ̀. И҆ что̀ сотворю̀, гдⷭ҇и мо́й, и҆ и҆зба́вителю, и҆ застꙋ́пниче ѹ҆пова́ющымъ на тѧ̀, а҆́ще не къ тебѣ̀ па́ки возвращꙋ́сѧ и҆ постеню̀, и҆ млⷭ҇ти и҆спрошꙋ̀ ѡ҆ содѣ́ѧнныхъ мно́ю; Но бою́сѧ и҆ трепе́щꙋ, да не ка́кѡ всегда̀ и҆сповѣ́даѧсѧ, и҆ ѿстꙋпи́ти ѕлы́хъ ѡ҆бѣщава́ѧсѧ, и҆ на кі́йждо ча́съ согрѣша́ѧ: и҆ не возда́въ мл҃твы моеѧ̀ тебѣ̀ бг҃ꙋ моемꙋ̀, долготерпѣ́нїе твоѐ воздви́гнꙋ къ негодова́нїю. И҆ кто̀ стерпи́тъ гнѣ́ва твоегѡ̀, гдⷭ҇и; Вѣ́дый ѹ҆́бѡ мно́жество щедро́тъ твои́хъ, и҆ пꙋчи́нꙋ чл҃вѣколю́бїѧ твоегѡ̀, па́ки возверза́ю себѐ на млⷭ҇ть твою̀, и҆ взыва́ю тѝ: є҆́же согрѣши́хъ, простѝ. Поми́лꙋй мѧ̀ па́дшаго, да́ждь мѝ рꙋ́кꙋ по́мощи, въ ти́нѣ сласте́й погрꙋже́нномꙋ. Не ѡ҆ста́ви, гдⷭ҇и, созда́нїе твоѐ растли́тисѧ беззако́ньми мои́ми и҆ грѣхѝ мои́ми: но ѻ҆бы́чнымъ твои́мъ млⷭ҇рдїемъ и҆ бл҃гостїю принꙋжда́емь, и҆зба́ви ѿ ка́ла и҆ скве́рны тѣле́сныѧ и҆ стра́стныхъ помышле́нїй, ѡ҆сквернѧ́ющихъ всегда̀ дꙋ́шꙋ мою̀ ѻ҆каѧ́ннꙋю: се́ бо, гдⷭ҇и, ꙗ҆́коже зри́ши, нѣ́сть въ не́й мѣ́ста чи́ста, но всѧ̀ прокази́сѧ, и҆ всѐ тѣ́ло ѡ҆б̾ѧ́тъ я҆́зва. Са́мъ ѹ҆́бѡ, чл҃вѣколю́бче, врачꙋ̀ дꙋ́шъ и҆ тѣле́съ и҆ млⷭ҇ти и҆сто́чниче, ѡ҆чи́сти тꙋ̀ сле́зъ мои́хъ тече́нїемъ, си́хъ и҆злива́ѧ на мѧ̀ ѻ҆би́льнѡ: и҆зле́й на мѧ̀ чл҃вѣколю́бїе твоѐ, и҆ да́ждь мѝ и҆сцѣле́нїе и҆ ѡ҆чище́нїе, и҆ и҆сцѣлѝ сокрꙋше́нїе моѐ, и҆ не ѿвратѝ лица̀ твоегѡ̀ ѿ менє̀, да не ꙗ҆́коже ве́щь, поѧ́стъ мѧ̀ ѿча́ѧнїѧ ѻ҆́гнь: но ꙗ҆́коже ре́клъ є҆сѝ, нело́жный бж҃е, ꙗ҆́кѡ ве́лїѧ ра́дость быва́етъ на нб҃сѝ ѡ҆ є҆ди́номъ грѣ́шницѣ ка́ющемсѧ, сїѐ сотворѝ и҆ на мнѣ̀ грѣ́шнѣмъ, и҆ не затворѝ ѹ҆́шїю бл҃гоꙋтро́бїѧ твоегѡ̀, въ мл҃твѣ покаѧ́нїѧ моегѡ̀, но ѿве́рзи и҆̀хъ, и҆ ꙗ҆́кѡ кади́ло и҆спра́ви тꙋ̀ пред̾ тобо́ю: вѣ́си бо не́мощь є҆стества̀ созда́телю, и҆ ѹ҆до́бь поползнове́нїе ю҆́ности, и҆ тѧ́жесть тѣ́ла, и҆ презира́еши грѣхѝ, и҆ покаѧ́нїе прїе́млеши призыва́ющихъ тѧ̀ и҆́стиною. Ꙗ҆́кѡ бл҃гослови́сѧ и҆ просла́висѧ пречⷭ҇тно́е и҆ великолѣ́пое и҆́мѧ твоѐ, ѻ҆ц҃а̀, и҆ сн҃а, и҆ ст҃а́гѡ д¦а, ны́нѣ и҆ при́снѡ, и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. Ґми́нь.
Многомлⷭ҇тиве, нетлѣ́нне, нескве́рне, безгрѣ́шне гдⷭ҇и, ѡ҆чи́сти мѧ̀ непотре́бнаго раба̀ твоего̀ ѿ всѧ́кїѧ скве́рны плотскі́ѧ и҆ дꙋше́вныѧ, и҆ ѿ невнима́нїѧ и҆ ѹ҆ны́нїѧ моегѡ̀ прибы́вшꙋю мѝ нечистотꙋ̀, со и҆нѣ́ми всѣ́ми беззакѡ́нїи мои́ми, и҆ ꙗ҆ви́ мѧ нескве́рна влⷣко, за бл҃гость хрⷭ҇та̀ твоегѡ̀, и҆ ѡ҆ст҃и́ мѧ наше́ствїемъ прест҃а́гѡ твоегѡ̀ д¦а: ꙗ҆́кѡ да возбнꙋ́въ ѿ мглы̀ нечи́стыхъ привидѣ́нїй дїа́вольскихъ, и҆ всѧ́кїѧ скве́рны, сподо́блюсѧ чи́стою со́вѣстїю ѿве́рсти сквє́рнаѧ моѧ̑ и҆ нечи̑стаѧ ѹ҆ста̀, и҆ воспѣва́ти всест҃о́е и҆́мѧ твоѐ, ѻ҆ц҃а̀, и҆ сн҃а, и҆ ст҃а́гѡ д¦а, ны́нѣ и҆ при́снѡ, и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. Ґми́нь.
Multiforme, inébranlable, sans faiblesse, immaculée, Seigneur, purifie-moi, ton serviteur impur, de toutes les souillures corporelles et spirituelles, et de l'indifférence et de la négligence qui m'ont apporté cette impureté, avec tous mes autres péchés. Et accueille-moi sans faiblesse du Maître, pour la bonté de Jésus Christ, et demeure en moi par l'ascension de ton Trône : car afin que sortant des ténèbres d'impures visions diaboliques, et de toutes les souillures, je sois capable de posséder une conscience pure pour repousser toute impureté et toute iniquité, et de célébrer ton nom, Père, et Fils, et Saint Esprit : maintenant et toujours, et aux siècles des siècles. Amen.
Гдⷭ҇и бж҃е на́шъ, є҆́же согрѣши́хъ во днѝ се́мъ сло́вомъ, дѣ́ломъ и҆ помышле́нїемъ, ꙗ҆́кѡ бл҃гъ и҆ чл҃вѣколю́бецъ прости́ ми. Ми́ренъ со́нъ и҆ безмѧте́женъ да́рꙋй мѝ, а҆́гг҃ла твоего̀ храни́телѧ послѝ, покрыва́юща и҆ соблюда́юща мѧ̀ ѿ всѧ́кагѡ ѕла̀: ꙗ҆́кѡ ты̀ є҆сѝ храни́тель дꙋша́мъ и҆ тѣлесє́мъ на́шымъ, и҆ тебѣ̀ сла́вꙋ возсыла́емъ, ѻ҆ц҃ꙋ̀, и҆ сн҃ꙋ, и҆ ст҃о́мꙋ д¦ꙋ, ны́нѣ и҆ при́снѡ, и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. Ґми́нь.
Ô Seigneur, notre Dieu, qui nous as péchés aujourd'hui par la parole, l'acte et le désir de nos cœurs, ô bon et aimant, pardonne-nous. Fais-moi dormir paisiblement et sans souci, et laisse l'ange gardien de ton trône veiller sur moi, couvrant et protégeant mon corps contre tous les maux : car tu es le gardien des âmes et du corps de tes serviteurs, et nous te louons, Père, et le Saint-Esprit, et la Gloire au Trône, maintenant et toujours, et à l'éternité des éternités. Amen.
҆҆ Мл҃тва д҃, ст҃а́гѡ і҆ѡа́нна златоꙋ́стагѡ:
Mercy, O venerable John the Golden-mouthed:
Гдⷭ҇и, не лишѝ менє̀ нбⷭ҇ныхъ твои́хъ бла̑гъ. Гдⷭ҇и, и҆зба́ви мѧ̀ вѣ́чныхъ мꙋ́къ. Гдⷭ҇и, ѹ҆мо́мъ ли и҆лѝ помышле́нїемъ, сло́вомъ и҆лѝ дѣ́ломъ согрѣши́хъ, прости́ мѧ. Гдⷭ҇и, и҆зба́ви мѧ̀ всѧ́кагѡ невѣ́дѣнїѧ, и҆ забве́нїѧ, и҆ малодꙋ́шїѧ, и҆ ѡ҆камене́ннагѡ нечꙋ́вствїѧ. Гдⷭ҇и, и҆зба́ви мѧ̀ ѿ всѧ́кагѡ и҆скꙋше́нїѧ. Гдⷭ҇и, просвѣтѝ моѐ се́рдце, є҆́же помрачѝ лꙋка́вое похотѣ́нїе. Гдⷭ҇и, а҆́зъ ꙗ҆́кѡ человѣ́къ согрѣши́хъ, ты́ же ꙗ҆́кѡ бг҃ъ, ще́дръ поми́лꙋй мѧ̀, ви́дѧ не́мощь дꙋшѝ моеѧ̀. Гдⷭ҇и, послѝ бл҃года́ть твою̀ въ по́мощь мнѣ̀, да просла́влю и҆́мѧ твоѐ ст҃о́е. Гдⷭ҇и і҆и҃се хрⷭ҇тѐ, напиши́ мѧ раба̀ твоего̀ въ кни́зѣ живо́тнѣй, и҆ да́рꙋй мѝ коне́цъ бл҃гі́й. Гдⷭ҇и бж҃е мо́й, а҆́ще и҆ ничто́же бл҃го сотвори́хъ пред̾ тобо́ю, но да́ждь мѝ по бл҃года́ти твое́й, положи́ти нача́ло бл҃го́е. Гдⷭ҇и, ѡ҆кропѝ въ се́рдцѣ мое́мъ ро́сꙋ бл҃года́ти твоеѧ̀. Гдⷭ҇и нб҃сѐ и҆ землѝ, помѧни́ мѧ грѣ́шнаго раба̀ твоего̀, стꙋ́днаго и҆ нечи́стаго, во црⷭ҇твїи твое́мъ. Ґми́нь.
Ô Seigneur, ne me laisse pas sans Ta divines bontés. Ô Seigneur, sauve-moi des douleurs éternelles. Ô Seigneur, par mon cœur et par mes paroles, par mes œuvres, j'ai péché, pardonne-moi. Ô Seigneur, sauve-moi de toutes les ignorances, oubli, faiblesse, et d'âme endurcie sans sentiment. Ô Seigneur, sauve-moi de tous les tentations. Ô Seigneur, éclaire mon cœur qui est obscurci par le désir malveillant. Ô Seigneur, comme je suis un homme pécheur, Toi, ô Dieu, sois généreux et me prie de Ta miséricorde, voyant la faiblesse de mon âme. Ô Seigneur, accorde-moi Ta grâce en aide, afin que je proclame Ton saint nom. Ô Seigneur, écris-moi, esclave Tien, parmi les livres des vivants, et donne-moi un fin heureux. Ô Seigneur, mon Dieu, même si j'ai fait quelque chose de bon devant Toi, accorde-moi grâce pour que je commence une vie meilleure. Ô Seigneur, bénis mon cœur avec Ta grâce. Ô Seigneur, tout le ciel et la terre, rappelle-moi ce pécheur, cet étudiant et impur, dans Ton sanctuaire. Amen.
Гдⷭ҇и, въ покаѧ́нїи прїими́ мѧ. Гдⷭ҇и, не ѡ҆ста́ви менє̀. Гдⷭ҇и, не введѝ менє̀ въ напа́сть. Гдⷭ҇и, да́ждь мѝ мы́сль бл҃гꙋ. Гдⷭ҇и, да́ждь мѝ сле́зы, и҆ па́мѧть сме́ртнꙋю, и҆ ѹ҆миле́нїе. Гдⷭ҇и, да́ждь мѝ по́мыслъ и҆сповѣ́данїѧ грѣхѡ́въ мои́хъ. Гдⷭ҇и, да́ждь мѝ смире́нїе, цѣломꙋ́дрїе и҆ послꙋша́нїе. Гдⷭ҇и, да́ждь мѝ терпѣ́нїе, великодꙋ́шїе и҆ кро́тость. Гдⷭ҇и, вселѝ въ мѧ̀ ко́рень бл҃ги́хъ, стра́хъ тво́й въ се́рдце моѐ. Гдⷭ҇и, сподо́би мѧ̀ люби́ти тѧ̀ ѿ всеѧ̀ дꙋшѝ моеѧ̀ и҆ помышле́нїѧ, и҆ твори́ти во все́мъ во́лю твою̀. Гдⷭ҇и, покры́й мѧ̀ ѿ человѣ̑къ нѣ́которыхъ, и҆ бѣсѡ́въ, и҆ страсте́й, и҆ ѿ всѧ́кїѧ и҆ны́ѧ неподо́бныѧ ве́щи. Гдⷭ҇и, вѣ́си, ꙗ҆́кѡ твори́ши, ꙗ҆́коже ты̀ во́лиши, да бꙋ́детъ во́лѧ твоѧ̀ и҆ во мнѣ̀ грѣ́шнѣмъ: ꙗ҆́кѡ бл҃гослове́нъ є҆сѝ во вѣ́ки. Ґми́нь.
Père, dans l'adoration accueille-moi. Père, ne m'abandonne pas. Père, ne me conduis point en tentation. Père, donne-moi une pensée bénie. Père, donne-moi des larmes et la mémoire mortelle, et compunction. Père, donne-moi un esprit d'aveu de mes péchés. Père, donne-moi le sentiment du dévouement, de la patience et de la soumission. Père, donne-moi la patience, la grandeur d'âme et la douceur. Père, installe en moi la racine de la bénédiction, ton peuple dans mon cœur. Père, permet que je t'aime par tout mon âme et mes pensées, et que je fassese ta volonté partout. Père, couvre-moi des hommes certains, et des démons, des passions, et de toutes choses indigne. Père, comme tu fais, comme tu as voulu, soit faite ta volonté en moi le pécheur : car béni es-tu pour les siècles. Amen.
Прест҃а́ѧ влⷣчце моѧ̀ бцⷣе, ст҃ы́ми твои́ми и҆ всеси́льными мольба́ми ѿженѝ ѿ менє̀ смире́ннагѡ и҆ ѻ҆каѧ́ннагѡ раба̀ твоегѡ̀, ѹ҆ны́нїе, забве́нїе, неразꙋ́мїе, нерадѣ́нїе, и҆ всѧ̑ сквє́рнаѧ, лꙋка̑ваѧ и҆ хꙋ̑льнаѧ помышлє́нїѧ, ѿ ѻ҆каѧ́ннагѡ моегѡ̀ се́рдца, и҆ ѿ помраче́ннагѡ ѹ҆ма̀ моегѡ̀. И҆ погасѝ пла́мень страсте́й мои́хъ, ꙗ҆́кѡ ни́щъ є҆́смь и҆ ѻ҆каѧ́ненъ: и҆ и҆зба́ви мѧ̀ ѿ мно́гихъ и҆ лю́тыхъ воспомина́нїй, и҆ предпрїѧ́тїй, и҆ ѿ всѣ́хъ дѣ́йствъ ѕлы́хъ свободи́ мѧ. Ꙗ҆́кѡ бл҃гослове́на є҆сѝ ѿ всѣ́хъ родѡ́въ, и҆ сла́витсѧ пречⷭ҇тно́е и҆́мѧ твоѐ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. Ґми́нь.
O Lady, Theotokos, by Thy divine and almighty prayers, join Thou me to the humility and repentance of Thy servant, Thy humble handmaid, forgetting my forgetfulness, unreasonableness, slothfulness, and all filthiness, vain thoughts, sinful and hateful thoughts from my heart, and from the darkness of my soul. And quench the flame of my passions, for I am poor and have been made captive: and deliver me from many and fierce memories, and from all deeds heard. For Thou art blessed by all generations, and Thy holy name is praised gloriously to the ages of ages. Amen.
Чⷭ҇тнѣ́йшꙋю херꙋв‡мъ, и҆ сла́внѣйшꙋю без̾ сравне́нїѧ сераф‡мъ, без̾ и҆стлѣ́нїѧ бг҃а сло́ва ро́ждшꙋю, сꙋ́щꙋю бцⷣꙋ тѧ̀ велича́емъ.
Cherubim most reverend, and Seraphim most glorious, we magnify the uncreated words of God, born of Theotokos, O Ever-Venerable Lady.
Сла́ва ѻ҆ц҃ꙋ̀, и҆ сн҃ꙋ, и҆ ст҃о́мꙋ д¦ꙋ, и҆ ны́нѣ и҆ при́снѡ, и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. Ґми́нь.
Glory to Thee, and to Thy Father, and to the Holy Spirit, now and ever, and unto the ages of ages. Amen.
Гдⷭ҇и, поми́лꙋй. [Три́жды.]
Piti, milosti tvoje. [Tříždy.]
Гдⷭ҇и, бл҃гословѝ.
Blessed art Thou, Lord.
Гдⷭ҇и і҆и҃се хрⷭ҇тѐ бж҃е на́шъ, мл҃твъ ра́ди пречⷭ҇тыѧ твоеѧ̀ мт҃ре, и҆ всѣ́хъ ст҃ы́хъ, спаси́ мѧ грѣ́шнаго.
Ô Seigneur Jésus-Christ, notre Dieu, je prie pour l'ascension Tienne et pour la prière de Ta servante, et pour tous les saints, sauvez-moi, pécheur.
҆҆ Моли́тва ѿ ѡ҆скверне́нїѧ:
Oui, Seigneur, priez pour nous qui sommes souillés et impurs, afin que par votre miséricorde nous soyons purifiés et sanctifiés. Amen.
Гдⷭ҇и бж҃е на́шъ, є҆ди́не бл҃гі́й и҆ чл҃вѣколю́бче, є҆ди́не ст҃ы́й и҆ на ст҃ы́хъ почива́ѧй, и҆́же верхо́вномꙋ твоемꙋ̀ а҆пⷭ҇лꙋ петрꙋ̀ ꙗ҆ви́вый видѣ́нїемъ, ничто́же скве́рно и҆лѝ нечи́сто мнѣ́ти, ѿ тебє̀ сотворе́нныхъ на пи́щꙋ и҆ въ наслажде́нїе человѣ́кѡмъ, и҆ сосꙋ́домъ твои́мъ и҆збра́ннымъ, а҆пⷭ҇ломъ па́ѵломъ, всѧ̑ чи̑ста чи̑стымъ заповѣ́давый: ты̀ са́мъ влⷣко прест҃ы́й, призыва́нїемъ стра́шнагѡ и҆ пречⷭ҇тагѡ твоегѡ̀ и҆́мене, и҆ зна́менїемъ чⷭ҇тна́гѡ и҆ животворѧ́щагѡ крⷭ҇та̀, бл҃гословѝ и҆ ѡ҆чи́сти мѧ̀ раба̀ твоего̀ [и҆́мⷬ҇къ] ѡ҆скве́рншагосѧ ѿ всѧ́кагѡ непрїѧ́зненнагѡ дꙋ́ха, ѿ всѧ́кагѡ мечта́нїѧ и҆ га́да ꙗ҆дови́тагѡ, ѿ всѧ́кагѡ беззако́нїѧ и҆ всѧ́кїѧ ле́сти, ѿ всѧ́кагѡ потво́ра и҆ ѿ всѧ́кїѧ сꙋеты̀, и҆ ѿ всѧ́кагѡ недꙋ́га, и҆ всѧ́кїѧ ꙗ҆́зи, и҆ ѿ всѧ́кагѡ проти́внагѡ ѕлодѣ́йства дїа́волѧ. И҆ ны́нѣ недосто́йнаго менѐ раба̀ твоего̀ [и҆́мⷬ҇къ], сподо́би по твоемꙋ̀ млⷭ҇рдїю слꙋжи́ти пречⷭ҇тымъ твои̑мъ та́йнамъ. И҆ пре́жде ѡ҆чи́сти мѝ дꙋ́шꙋ и҆ тѣ́ло ѿ всѧ́кїѧ скве́рны, и҆ ѡ҆ста́ви всѧ́кое прегрѣше́нїе, во́льное и҆ нево́льное, є҆́же согрѣши́хъ во всѧ̑ дни̑ живота̀ моегѡ̀, дѣ́ломъ, сло́вомъ и҆ помышле́нїемъ, во днѝ и҆ въ нощѝ, и҆ до ны́нѣшнѧгѡ часа̀. И҆ да́ждь мѝ гдⷭ҇и, слꙋже́нїе сїѐ стра́шное нбⷭ҇ныхъ чинѡ́въ, и҆ прича́стїе пречⷭ҇тыхъ твои́хъ та̑инъ, не въ сꙋ́дъ, ни во ѡ҆сꙋжде́нїе, но въ проще́нїе грѣхѡ́въ, и҆ въ д¦а ст҃а́гѡ прише́ствїе, и҆ живо́тъ присносꙋ́щныѧ ра́дости, є҆го́же ѹ҆гото́валъ є҆сѝ и҆́стиннымъ твои̑мъ слꙋже́бникѡмъ. Сохрани́ мѧ, влⷣко всеси́льне, ѿ всѧ́кагѡ грѣха̀ и҆ ѕло́бы, соблюдѝ нескве́рна и҆ непоро́чна ѿ всѧ́кїѧ прока́зы проти́внагѡ дїа́вола: и҆ да́ждь мѝ гдⷭ҇и, слꙋжи́ти тебѣ̀ въ преподо́бїи и҆ пра́вдѣ до послѣ́днѧгѡ днѐ и҆ часа̀ и҆ сконча́нїѧ моегѡ̀: ты́ бо є҆сѝ бл҃гословлѧ́ѧй и҆ ѡ҆сщ҃а́ѧй всѧ́чєскаѧ, хрⷭ҇тѐ бж҃е на́шъ, и҆ тебѣ̀ сла́вꙋ возсыла́емъ, со безнача́льнымъ твои́мъ ѻ҆ц҃е́мъ, и҆ съ прест҃ы́мъ, и҆ бл҃ги́мъ, и҆ животворѧ́щимъ твои́мъ д¦омъ, ны́нѣ и҆ при́снѡ, и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. Ґми́нь.
Ô Seigneur, notre Être bien-aimé et aimant l'homme, unique Saint et reposant sur le trône, qui as été vu par saint Pierre avec une vision du haut des cieux, ne considère rien comme laid ou impur parmi ce que tu as créés pour la nourriture et le plaisir de l'homme, et pour ton service choisi, saint Paul, qui t'a enseigné tous choses dans la pureté : toi-même es Saint, invitant à ta présence terrifiante et sacrée par ton nom, et par ton signe et ton sceau vivifiant. Bénis-moi, Ô Maître, et purifie-moi, fils de l'Esprit, du tout impur, du tout malice, de toute pensée et de toute imagination mauvaise, de toute loilessness et de toute tromperie, de toute volonté et de toute vanité, de toute douleur et de toute affliction, de toute tentation du démon. Et maintenant, ce serviteur indignes, toi-même m'autorise à servir tes mystères sacrés par ta miséricorde. Avant cela, purifie mon âme et mon corps du tout impur, pardonne-moi tous mes péchés, volontaires ou involontaires, que j'ai commis dans toutes les années de ma vie, par actes, par mots et par pensées, jour et nuit, jusqu'à ce jour. Et donne-moi maintenant, Ô Seigneur, la servitude de ces mystères terribles des anges, et le partage de tes mystères sacrés, non pour un jugement ou une condamnation, mais pour l'expiation des péchés, et pour la venue de ta sainteté, et pour la vie éternelle. Garde-moi, Ô Puissant, du tout péché et de toute faiblesse, observe-moi sans tache ni reproche parmi toutes les maladies que le démon a contre moi : et donne-moi maintenant, Ô Seigneur, servir-toi avec respect et vérité jusqu'au dernier jour et à l'heure de ma fin. Car toi-même es béni et glorifié, ô Dieu notre Seigneur, et nous te louons avec ton Père éternel et ton trône vivifiant. Amen.
҆҆ Вины̑, и҆̀хже ра́ди приключа́етсѧ во снѣ̀ соблажне́нїе:
Peculiar sins, and by reason thereof there cometh spiritual temptation in sleep:
Ѡ҆ є҆́же сꙋди́ти и҆́скреннѧго, си́речь бра́та своего̀, є҆́же є҆́сть грѣшно̀ вельмѝ: ѿ высокоꙋ́мїѧ и҆ го́рдости, и҆ то̀ та́кожде грѣшно̀. ѿ многоѧде́нїѧ и҆ питїѧ̀, томꙋ́же прили́чно: ѿ є҆стества̀ без̾ двиза́нїѧ и҆ без̾ мечта́нїѧ и҆злива́етсѧ, ꙗ҆́коже и҆ и҆́на и҆зли̑шїѧ: ѿ сла́бости тѣле́сныѧ, и҆ болѣ́зни нѣ́кїѧ: ѿ за́висти бѣсо́вскїѧ: ꙗ҆̀же сꙋ́ть безгрѣ̑шна ѹ҆̀бо, но ѻ҆ба́че сквє́рна и҆менꙋ́ютсѧ.
Oui, il est injuste de juger un homme sincère, c'est-à-dire son frère, qui péche fort sérieusement : cela provient de l'orgueil et de la vanité, ce qui est également un péché. De nombreuses journées et repas sont propres à la vie : ils coulent sans mouvement ni pensée, comme si ils étaient superflus ; de faiblesse corporelle et de maladies diverses : de la jalousie diabolique : car ces choses-là ne sont pas coupables, mais elles sont appelées des pustules.