Їрмо́съ: Нѣ́сть ст҃ъ, / ꙗ҆́коже ты̀ гдⷭ҇и бж҃е мо́й, / вознесы́й ро́гъ вѣ́рныхъ твои́хъ бл҃же, / и҆ ѹ҆тверди́вый на́съ на ка́мени / и҆сповѣ́данїѧ твоегѡ̀.
Припѣ́въ: Сла́ва гдⷭ҇и, ст҃о́мꙋ воскрⷭ҇нїю твоемꙋ̀.
Glory to the Lord, for His mighty resurrection.
Бг҃а распина́ема пло́тїю зрѧ́щи тва́рь растаѧва́шесѧ стра́хомъ: / но содержи́тельною дла́нїю на́съ ра́ди распѧ́тагѡ, крѣ́пкѡ держи́ма бѣ̀.
God, being crucified, by the flesh seeing Thy countenance spreading fear: /
but with a sustaining hand for our sake, Thou art held firmly.
Припѣ́въ: Сла́ва гдⷭ҇и, ст҃о́мꙋ воскрⷭ҇нїю твоемꙋ̀.
Pripyav: Dósla glávi, stómo voskřěnniyu tvoemyu.
Сме́ртїю сме́рть разоре́на лежи́тъ ѻ҆каѧ́ннаѧ без̾ дыха́нїѧ: / живота́ бо не терпѧ́щи бж҃е́ственнагѡ прираже́нїѧ, / ѹ҆мерщвлѧ́етсѧ крѣ́пкїй, и҆ да́рꙋетсѧ всѣ̑мъ воскрⷭ҇нїе.
Death by death hath been abolished lying in: /
for not enduring the breath of life, the holy one was pierced, /
and by a strong death it was slain, and granted to all resurrection.
Припѣ́въ: Прест҃а́ѧ бцⷣе, сп҃сѝ на́съ.
Pripev: Prěstáje Theotokos, spasí nas.
Бг҃оро́диченъ: Бж҃е́ственнагѡ ржⷭ҇тва̀ твоегѡ̀ чⷭ҇таѧ, / всѧ́кїй є҆стества̀ чи́нъ превосхо́дитъ чꙋ́до: / бг҃а бо преесте́ственнѣ зачала̀ є҆сѝ во чре́вѣ, / и҆ ро́ждши пребыва́еши при́снѡ дв҃а.
Theotokos: God's own glory in Thy nativity surpasses all the ranks of nature; / for Thou, O pure one, didst conceive by the preeminent power of God, / and bearing forth didst remain ever two.
И҆́нъ. Припѣ́въ: Сла́ва гдⷭ҇и, крⷭ҇тꙋ̀ твоемꙋ̀ чⷭ҇тно́мꙋ и҆ воскрⷭ҇нїю.
Иисус. Припев: Слава Господу, Кроткому Твоему Честному И Воскресению.
Во гро́бѣ тридне́вствовавый / воскр҃си́лъ є҆сѝ животворѧ́щимъ воста́нїемъ твои́мъ пре́жде ѹ҆мерщвлє́нныѧ, / и҆ ѡ҆сꙋжде́нїѧ разрѣши́вшесѧ ра́достнѡ веселѧ́хꙋсѧ, / сѐ и҆збавле́нїе прише́лъ є҆сѝ гдⷭ҇и, взыва́юще.
In the grave for three days lying,
Thou didst rise by Thy life-giving resurrection,
Before the dead and them that were in torment set free,
And with gladness and joy didst thou arise.
All deliverance came to Thee, crying out.
Припѣ́въ: Сла́ва гдⷭ҇и, крⷭ҇тꙋ̀ твоемꙋ̀ чⷭ҇тно́мꙋ и҆ воскрⷭ҇нїю.
Сла́ва твоемꙋ̀ воста́нїю сп҃се на́шъ, / ꙗ҆́кѡ на́съ ѿ а҆́да тлѣ́нїѧ, и҆ сме́рти и҆зба́вилъ є҆сѝ ꙗ҆́кѡ всеси́ленъ, / и҆ пою́ще глаго́лемъ: / нѣ́сть ст҃ъ ра́звѣ тебѐ гдⷭ҇и чл҃вѣколю́бче.
Glory to Thee, O Lord, our Risen Savior, / For Thou hast delivered us from the fire of hell and death, having been mighty, / And we acclaim Thee, saying: / There is no strength like Thine, O Lover of mankind.
Припѣ́въ: Прест҃а́ѧ бцⷣе, сп҃сѝ на́съ.
Pripev: Prestáya Theotokos, spasí nas.
Крⷭ҇тобг҃оро́диченъ: Ты̀ ѿ тебѐ ро́ждшагосѧ ꙗ҆́кѡ ви́дѣла є҆сѝ ѹ҆ѧ́звлена копїе́мъ, / ѹ҆ѧзви́ласѧ є҆сѝ се́рдцемъ прест҃а́ѧ всенепоро́чнаѧ, / и҆ ѹ҆жаса́ющисѧ глаго́лала є҆сѝ: / что̀ тебѣ̀ воздадѐ, ча́до, наро́дъ пребеззако́нный;
Glory to God in the highest: Thou wast born of Thee, O City of God, because Thou didst behold with Thy pure heart pierced by a spear, / didst pierce Thy heart with Thy pure heart, and didst say in fear: / What shall I give, O child, to this people without law?
И҆́нъ. Припѣ́въ: Прест҃а́ѧ бцⷣе, сп҃сѝ на́съ.
In. Priplěv: Prěstáje Theotokos, spasi nás.
Тлѣ́ннꙋю мою̀ пло́ть и҆ сме́ртнꙋю, всечⷭ҇таѧ бг҃ома́ти, / и҆з̾ чре́ва твоегѡ̀ несказа́ннѡ прїе́мъ бл҃гі́й, / и҆ ѡ҆безтлѣ́нивъ сїю̀, вѣ́чнѣ себѣ̀ свѧза́лъ є҆́сть.
Burnt and mortal my flesh, O All-holy God, by Thy power receiving with unspeakable joy, / And having made it incorruptible, Thou hast bound it for ever unto Thee.
Припѣ́въ: Прест҃а́ѧ бцⷣе, сп҃сѝ на́съ.
Pripev: Prěstáje Theotokos, spasí nas.
Бг҃а воплоща́ема и҆з̾ тебѐ зрѧ́ще дв҃о, / ѹ҆жаса́хꙋсѧ стра́хомъ ли́цы а҆́гг҃льстїи, / и҆ ꙗ҆́кѡ мт҃рь бж҃їю немо́лчными пѣ́сньми тѧ̀ почита́ютъ.
God Incarnate, seeing Thee in the countenance of the Angels,
was struck with awe;
and as a Virgin, by voiceless hymns, doth Thou deign to be glorified.
Сла́ва ѻ҆ц҃ꙋ̀ и҆ сн҃ꙋ и҆ ст҃о́мꙋ д¦ꙋ.
Glory to Thee, and to Thy Son, and to Thy Holy Spirit.
Ѹ҆жасе́сѧ, го́рꙋ ѹ҆́мнꙋю ви́дѣвъ тѧ̀ прⷪ҇ро́къ данїи́лъ, / и҆з̾ неѧ́же ка́мень ѿсѣче́сѧ кромѣ̀ рꙋ́къ: / и҆ де́мѡнскаѧ ка̑пища, бг҃омт҃и, крѣ́пкѡ сокрꙋшѝ.
Frightened I stood, beholding the vision given to Daniel on the high mountain, /
And a stone was cut out without hands: /
And the golden diadems, O God, crushed with mighty power.
И҆ ны́нѣ и҆ при́снѡ и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. а҆ми́нь.
And now and ever and unto the ages of ages. Amen.
Не мо́жетъ сло́во тѧ̀ чл҃вѣ́ческое, / нижѐ ѧ҆зы́къ дв҃о похвали́ти досто́йнѡ: / и҆з̾ тебе́ бо без̾ сѣ́мене / жизнода́вецъ хрⷭ҇то́съ воплоти́тисѧ, пречⷭ҇таѧ, бл҃говолѝ.
Not the word of thy mortal flesh, / nor the tongue of two can praise worthily: / For from thee, without seed, / the Life-Bearer Jesus Christ was made incarnate, transcending, pleasing in will.
Катава́сїа: Твоѧ̑ пѣсносло́вцы бцⷣе, / живы́й и҆ незави́стный и҆сто́чниче, / ли́къ себѣ̀ совокꙋ́пльшыѧ д¦о́внѡ ѹ҆твердѝ, / въ бж҃е́ственнѣй твое́й сла́вѣ, / вѣнцє́въ сла́вы сподо́би.
Kyathasia: Thee, O Theotokos, Thy hymnographers,
living and without envy, fount of life,
gathered together in Thy divine beauty,
in Thy most holy glory,
unto crowns of glory Thou hast been vouchsafed.
Гдⷭ҇и поми́лꙋй. [Три́жды.]
The Lord, have mercy. [Three times.]
Моли́твами ст҃ы́хъ ѻ҆тє́цъ на́шихъ, гдⷭ҇и і҆и҃се хрⷭ҇тѐ, бж҃е на́шъ, поми́лꙋй на́съ, а҆ми́нь.
With the prayers of our holy Mother, O Jesus Christ, God, have mercy on us, Amen.
҆҆ Сѣда́ленъ, гла́съ д҃. Подо́бенъ: Вознесы́йсѧ на крⷭ҇тъ:
Sedalen, glas Dě. Podoben: Voznesyysya na krát:
Мо́лимъ тѧ̀, влⷣко млⷭ҇тиве сп҃се, / и҆зба́ви на́съ ѿ всѣ́хъ ви́димыхъ и҆ неви́димыхъ вра̑гъ, / и҆ и҆ноплеме́нныхъ нахожде́нїй, / и҆ всѧ́кихъ бѣ́дъ и҆ смꙋще́нїѧ, / пра́зднꙋющихъ вѣ́рою и҆ любо́вїю бж҃е́ственное воскресе́нїе твоѐ, / є҆гѡ́же ра́ди сподо́би на́съ полꙋчи́ти / вѣ́чныхъ бл҃ги́хъ наслажде́нїе.
Moímë, Vlìkó Mlìtivé Spásye, / izbávi nàsъ ðvě́x vidimykhъ i nevidimykhъ vragъ, / i Inòpleménnykhъ naðoðdeníy, / i Vsyàkýchъ bě́dъ i smúščeníy, / prázdnuyútì vě́royu i lúbóvy býstvenno voßkreséniye Tvoé, / ðégòye rádi spodòbi nàsъ polúchiti / vě́chnyhъ blàgíxhъ nasládéníye.
Сла́ва ѻ҆ц҃ꙋ̀ и҆ сн҃ꙋ и҆ ст҃о́мꙋ д¦ꙋ, и҆ ны́нѣ и҆ при́снѡ и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. а҆ми́нь.
Glory to the Father and to the Son and to the Holy Spirit, and now and ever and unto the ages of ages. Amen.
Бг҃оро́диченъ: Ѹ҆диви́сѧ і҆ѡ́сифъ, є҆́же па́че є҆стества̀ зрѧ̀, и҆ внима́ше мы́слїю / и҆́же на рꙋно̀ до́ждь, въ безсѣ́менномъ зача́тїи твое́мъ, бцⷣе, / кꙋпинꙋ̀ ѻ҆гне́мъ неѡпали́мꙋю, же́злъ а҆арѡ́новъ прозѧ́бшїй, / и҆ свидѣ́тельствꙋѧ ѡ҆брꙋ́чникъ тво́й и҆ храни́тель свѧще́нникѡмъ взыва́ше: / дв҃а ражда́етъ, и҆ по ржⷭ҇твѣ̀ па́ки дв҃ою пребыва́етъ.
Theotokos: Astonished was Joseph, seeing more than nature, and with mind perceived / how upon thy rainless conception, O Theotokos, the Spirit / kindled a fireproof flame, from the staff of Aaron moistened, / and the witness of thy baptism and guardian priest invoked: / Two thou begettest, and in harvest again by twain dost abide.