Помышлѧ́ю де́нь стра́шный, и҆ пла́чꙋ дѣѧ́нїй мои́хъ лꙋка́выхъ: ка́кѡ ѿвѣща́ю безсме́ртномꙋ цр҃ю̀; и҆лѝ ко́имъ дерзнове́нїемъ воззрю̀ на сꙋдїю̀ блꙋ́дный а҆́зъ; бл҃гоꙋтро́бный ѻ҆́ч҃е, сн҃е є҆диноро́дный, дш҃е ст҃ы́й, поми́лꙋй мѧ̀.
Thinking on the dread day, I weep for my lawless deeds: how will I appear before the immortal King; and with what boldness shall I look upon the wayward one, O most merciful Mother; pure of heart, only-begotten, receive me.
Сла́ва: Во ѹ҆до́лѣ плаче́внѣ, на мѣ́стѣ є҆́же завѣща́лъ є҆сѝ, є҆гда̀ сѧ́деши млⷭ҇тиве, сотвори́ти првⷣный сꙋ́дъ, не ѡ҆бличѝ моѧ̑ сокровє́ннаѧ, нижѐ посрамѝ менѐ пред̾ а҆́гг҃лы: но пощади́ мѧ бж҃е, и҆ поми́лꙋй мѧ̀.
Glory: In Thy compunction, O Soul/Spirit, in the place where Thou didst bequeath Me, when Thou satest on high, to make a righteous judgment, neither reveal my hidden things nor shame me before the angels: but have mercy upon me, Theotokos.
И҆ ны́нѣ: Ѹ҆пова́нїе, и҆ покро́въ держа́вный къ тебѣ̀ притека́ющихъ, бг҃ороди́тельнице, бл҃го́е предста́тельство мі́ра, молѝ со безпло́тными прилѣ́жнѡ, є҆го́же родила̀ є҆сѝ чл҃вѣколю́бнѣйшаго бг҃а, и҆зба́витисѧ дꙋша́мъ на́шымъ ѿ всѧ́кагѡ преще́нїѧ,
And now: Prayer and the mighty covering of thy protection for those who approach thee, O Most Pure Theotokos, most merciful intercessor of the world. Pray with thy holy attendants, who bore thee the most loving God, that our souls may be delivered from every adversity.
є҆ди́на бл҃гослове́ннаѧ.
Blessed alone.
҆҆ Гдⷭ҇и поми́лꙋй, м҃. и҆ мл҃тва:
O Lord, have mercy, and grant peace:
Влⷣко гдⷭ҇и бж҃е на́шъ, и҆́же є҆ди́нъ ѻ҆каѧ́нныѧ моеѧ̀ дꙋшѝ недꙋ́гъ, и҆ сеѧ̀ и҆сцѣле́нїе вѣ́дый, и҆сцѣлѝ ю҆̀, ꙗ҆́коже вѣ́си ра́ди мно́жества млⷭ҇ти твоеѧ̀, и҆ щедро́тъ твои́хъ: поне́же ѿ дѣ́лъ мои́хъ нѣ́сть пла́стырѧ приложи́ти є҆́й, нижѐ є҆ле́а, ни ѡ҆бѧза́нїѧ,
O Master, God, who healeth the soul of mine that is not sick, and knoweth this healing, and hath healed thee, as for the multitude of thy mercies and the abundance of thy gifts: for there is no plaster to apply to my deeds, nor oil, nor bandage.
но ты̀ прише́дый не пра́вєдныѧ призва́ти, но грѣ̑шныѧ въ покаѧ́нїе, поми́лꙋй, ѹ҆ще́дри, простѝ ю҆̀, раздерѝ рꙋкописа́нїе мно́гихъ мои́хъ и҆ стꙋ́дныхъ дѣѧ́нїй, и҆ наста́ви мѧ̀ на пра́вый пꙋ́ть тво́й, да ходѧ́й во и҆́стинѣ твое́й, возмогꙋ̀ и҆збѣжа́ти стрѣ́лъ лꙋка́вагѡ, и҆ си́це
But Thou, having come not to justify the righteous, but to call sinners to repentance, have mercy on me, shed, forgive them, tear up the writings of many of my and my students' deeds, and guide me onto Thy right path, that walking in Thy truth I may be able to avoid the arrows of the crafty one, and thus.
предста́нꙋ неѻсꙋжде́ннѡ пред̾ стра́шнымъ прⷭ҇то́ломъ твои́мъ, сла́вѧ и҆ воспѣва́ѧ прест҃о́е твоѐ и҆́мѧ во вѣ́ки, а҆ми́нь.
Stand not judged before the dreadful judgment of Thyself, praising and singing the throne of Thine name for ever, Amen.