Їрмо́съ: Бж҃їимъ / свѣ́томъ твои́мъ бл҃же, / ѹ҆́тренюющихъ тѝ дꙋ́шы / любо́вїю ѡ҆зарѝ, молю́сѧ, / тѧ̀ вѣ́дѣти сло́ве бж҃їй, / и҆́стиннаго бг҃а, / ѿ мра́ка грѣхо́внагѡ взыва́юща.
Yirmós: Bžíjim / svě́tom tvoím bláže, / útrénuyuúbí dushi / lyubóvju azarí, moliúsesya, / tę̀ vědéti slové bžíj, / ístinnago bgása, / ṓt mrača grěhóvnagóva vzýava.
Припѣ́въ: Поми́лꙋй мѧ̀, бж҃е, поми́лꙋй мѧ̀.
Response: Милостиве, Господи, милостиве.
Воспомѧнѝ, ѻ҆каѧ́нный человѣ́че, ка́кѡ лжа́мъ, клевета́мъ, разбо́ю, не́мощемъ, лю̑тымъ ѕвѣрє́мъ, грѣхѡ́въ ра́ди порабоще́нъ є҆сѝ; дꙋшѐ моѧ̀ грѣ́шнаѧ, тогѡ́ ли восхотѣ́ла є҆сѝ;
Remember, O Man of Sorrows, how thou wast enslaved for the sake of sins by lies, calumnies, robbery, weakness, bitter sorrows, and wicked deeds; O sinful soul, was it not so?
Припѣ́въ: Поми́лꙋй мѧ̀, бж҃е, поми́лꙋй мѧ̀.
Response: Милосердию̀, Господи, милосердию̀.
Трепе́щꙋтъ мѝ ѹ҆́ди, всѣ́ми бо сотвори́хъ винꙋ̀: ѻ҆чи́ма взира́ѧй, ѹ҆ши́ма слы́шай, ѧ҆зы́комъ ѕла̑ѧ глаго́лѧй, всего̀ себѐ гее́ннѣ предаѧ́й: дꙋшѐ моѧ̀ грѣ́шнаѧ, сегѡ́ ли восхотѣ́ла є҆сѝ;
Throbbeth my soul, for all hath Thou created in sin: with eyes beholding, with ears hearing, by tongue speaking, all myself into hell delivering: O sinful soul, wouldest thou this?
Припѣ́въ: Поми́лꙋй мѧ̀, бж҃е, поми́лꙋй мѧ̀.
Припевъ: Милостиве, Господже, милостиве.
Блꙋдника̀ и҆ разбо́йника ка́ющасѧ прїѧ́лъ є҆сѝ, сп҃се: а҆́зъ же є҆ди́нъ лѣ́ностїю грѣхо́вною ѡ҆тѧгчи́хсѧ, и҆ ѕлы̑мъ дѣлѡ́мъ порабо́тихсѧ: дꙋшѐ моѧ̀ грѣ́шнаѧ, сегѡ́ ли восхотѣ́ла є҆сѝ;
Bludnika kajúchasja prýjál, spásye: ázже édín lelěnóstju grékhovnoy otýchhísya, i slíym dělómy porabótíhsya: duše moyná, segó li voskhotéla ésye.
Припѣ́въ: Прест҃а́ѧ бцⷣе, сп҃сѝ на́съ.
Pripev: Preshta Theotokos, spasynas.
Ди́внаѧ и҆ ско́раѧ помо́щнице всѣ̑мъ человѣ́кѡмъ, мт҃и бж҃їѧ, помозѝ мнѣ̀ недосто́йномꙋ, дꙋша́ бо моѧ̀ грѣ́шнаѧ тогѡ̀ восхотѣ̀.
Divnaę i skoraę pomoshnice vselâmъ chreńělkomъ, Mtsti bzhjię, pomozì mně̀ nedostojnomu, duša bo moja грěšnaponge togo volě́.