҆҆ Мл҃тва и҆са́їи прⷪ҇рока. И҆са́їи прорече́нїе, мл҃тва вѧ́щши:
҆҆ Гдⷭ҇и, бж҃е на́шъ, ми́ръ да́ждь на́мъ.
Ѿ но́щи ѹ҆́тренюетъ дꙋ́хъ мо́й къ тебѣ̀, бж҃е, занѐ свѣ́тъ повелѣ̑нїѧ твоѧ̑ на земли.
Duše má touží po tobě v noci, nýbrž i duchem svým ve mně ráno tě hledám. Nebo když soudové tvoji dějí se na zemi, obyvatelé okršlku zemského učí se spravedlnosti.
Пра́вдѣ наꙋчи́тесѧ, живꙋ́щїи на землѝ: преста́ бо нечести́вый: всѧ́къ, и҆́же не наꙋчи́тсѧ пра́вдѣ на землѝ, и҆́стины не сотвори́тъ.
Да во́зметсѧ нечести́вый, да не ви́дитъ сла́вы гдⷭ҇ни. Гдⷭ҇и, высока̀ твоѧ̀ мы́шца, и҆ не вѣ́дѣша, разꙋмѣ́вше же постыдѧ́тсѧ.
За́висть прїи́метъ лю́ди ненака̑занныѧ, и҆ ны́нѣ ѻ҆́гнь сꙋпоста́ты поѧ́стъ.
Гдⷭ҇и бж҃е на́шъ, ми́ръ да́ждь на́мъ, всѧ̑ бо возда́лъ є҆сѝ на́мъ.
Nám, Hospodine, způsobíš pokoj; nebo i všecko, cožkoli se dálo při nás, dělal jsi pro dobré naše.
Гдⷭ҇и бж҃е на́шъ, стѧжи́ ны: гдⷭ҇и, ра́звѣ тебє̀ и҆но́гѡ не вѣ́мы: и҆́мѧ твоѐ и҆менꙋ́емъ.
Hospodine, Bože náš, panovaliť jsou nad námi páni jiní než ty, (my však toliko v tebe doufajíce, rozpomínali jsme se na jméno tvé).
Ме́ртвїи же живота̀ не и҆́мꙋтъ ви́дѣти, нижѐ вра́чеве воскресѧ́тъ.
Ale již zemřevše, neoživouť, mrtví jsouc, nevstanouť, proto že jsi je navštívil, a vyplénil, i zahladil všecku památku jejich.
Сегѡ̀ ра́ди наве́лъ є҆сѝ и҆ погꙋби́лъ є҆сѝ, и҆ взѧ́лъ є҆сѝ всѧ́къ мꙋ́жескъ по́лъ и҆́хъ.
На и҃: Приложѝ и҆̀мъ ѕла̑, гдⷭ҇и, приложѝ ѕла̑ сла̑внымъ землѝ.
Гдⷭ҇и, въ ско́рби помѧнꙋ́хомъ тѧ̀, въ ско́рби ма́лѣ наказа́нїе твоѐ на́мъ.
Hospodine, v úzkosti hledali tebe, vylévali prosby, když jsi je trestával.
На ѕ҃: И҆ ꙗ҆́кѡ болѧ́щаѧ приближа́етсѧ роди́ти и҆ въ болѣ́зни свое́й вопїѧ́ше, та́кѡ бы́хомъ возлю́бленномꙋ твоемꙋ̀.
Стра́ха ра́ди твоегѡ̀, гдⷭ҇и, во чре́вѣ прїѧ́хомъ и҆ поболѣ́хомъ, и҆ роди́хомъ дꙋ́хъ спасе́нїѧ твоегѡ̀, є҆го́же сотвори́хомъ на землѝ: не паде́мъ, но падꙋ́тъ живꙋ́щїи на землѝ.
Počali jsme, svírali jsme se, jako bychom rodili vítr: však jsme žádného vysvobození nezpůsobili zemi, aniž padli obyvatelé okršlku zemského.
На д҃: Воскре́снꙋтъ ме́ртвїи и҆ воста́нꙋтъ, и҆̀же во гробѣ́хъ, и҆ возвеселѧ́тсѧ, и҆̀же на землѝ.
Роса́ бо, ꙗ҆́же ѿ тебє̀, и҆сцѣле́нїе и҆̀мъ є҆́сть, землѧ́ же нечести́выхъ паде́тъ.
Сла́ва, и҆ ны́нѣ: