Прїимѝ, всебл҃гомо́щнаѧ, пречтⷭ҇аѧ гпⷭ҇жѐ, влⷣчце бг҃ороди́тельнице, сїѧ̑ честны̑ѧ да́ры, тебѣ̀ є҆ди́нѣй прикла̑дныѧ, ѿ на́съ недосто́йныхъ рабѡ́въ твои́хъ, ѿ всѣ́хъ родѡ́въ и҆збра́ннаѧ, всѣ́хъ тва́рей нбⷭ҇ныхъ и҆ земны́хъ вы́шшаѧ ꙗ҆́вльшаѧсѧ. Поне́же бо тебє̀ ра́ди бы́сть гдⷭ҇и си́лъ съ на́ми, и҆ тобо́ю сн҃а бж҃їѧ позна́хомъ, и҆ сподо́бихомсѧ ст҃а́гѡ тѣ́ла є҆гѡ̀ и҆ пречтⷭ҇ыѧ кро́ве є҆гѡ̀. Тѣ́мже бл҃же́нна є҆сѝ въ ро́дѣхъ родѡ́въ, бг҃обл҃же́ннаѧ, херꙋві́мѡвъ свѣтлѣ́йши и҆ серафі́мѡвъ чтⷭ҇нѣ́йши сꙋ́щаѧ. И҆ ны́нѣ, всепѣ́таѧ прест҃а́ѧ бцⷣе, не преста́й молѧ́щисѧ ѡ҆ на́съ недосто́йныхъ рабѣ́хъ твои́хъ, є҆́же и҆зба́витисѧ на́мъ ѿ всѧ́кагѡ совѣ́та лꙋка́вагѡ и҆ ѿ всѧ́кагѡ ѡ҆бстоѧ́нїѧ, и҆ сохрани́тисѧ на́мъ невреждє́нымъ ѿ всѧ́кагѡ ꙗ҆дови́тагѡ прило́га дїа́вольскагѡ. Но да́же до конца̀ мл҃твами твои́ми неѡсꙋжде́нныхъ на́съ соблюдѝ: ꙗ҆́кѡ да твои́мъ застꙋпле́нїемъ и҆ по́мощїю сп҃са́еми, сла́вꙋ, хвалꙋ̀, бл҃годаре́нїе и҆ поклоне́нїе за всѧ̑ въ трⷪ҇цѣ є҆ди́номꙋ бг҃ꙋ и҆ всѣ́хъ созда́телю возсыла́емъ, ны́нѣ и҆ при́снѡ и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. Ґми́нь.
Hearken, all-holy Theotokos, who dost read the divine scriptures, O Lady, accept these thy holy gifts, offered by us unworthy servants of thine, from all peoples and chosen ones, from all heavenly and earthly creatures. For thou hast given us strength with thee, and through thee we have known the Lord's presence, and we have partaken of his sacred body and precious blood. Therefore, blessed art thou among the generations, O most glorious among the cherubim and seraphim in very being. And now, O all-praised Theotokos, do not cease to pray for us thy unworthy servants, that we may be delivered from every counsel of the wicked and every adversity, and preserved unharmed from every evil temptation by the devil. But even unto the end, keep us under thy unsullied prayers: for through thy intercession and help, we are saved; glory, praise, thanksgiving, and worship we offer to thee in unity with the Lord and all Creator, now and ever, and to the ages of ages. Amen.
Ст҃ы́й а҆́гг҃ле бж҃їй, храни́телю мо́й, молѝ бг҃а ѡ҆ мнѣ̀.
Venerable Angel, my Guardian, pray to God for me.
҆҆ Мл҃тва ко а҆́гг҃лꙋ храни́телю:
Mlětvá ko ággелasu khranitelju:
А҆́гг҃ле хрⷭ҇то́въ ст҃ы́й, къ тебѣ̀ припа́даѧ молю́сѧ, храни́телю мо́й ст҃ы́й, прида́нный мнѣ̀ на соблюде́нїе дꙋшѝ и҆ тѣ́лꙋ моемꙋ̀ грѣ́шномꙋ ѿ ст҃а́гѡ кр҃ще́нїѧ. а҆́зъ же свое́ю лѣ́ностїю и҆ свои́мъ ѕлы́мъ ѻ҆бы́чаемъ прогнѣ́вахъ твою̀ пречⷭ҇тꙋю свѣ́тлость, и҆ ѿгна́хъ тѧ̀ ѿ себє̀ всѣ́ми стꙋ́дными дѣ́лы: лжа́ми, клевета́ми, за́вистїю, ѡ҆сꙋжде́нїемъ, презо́рствомъ, непоко́рствомъ, братоненавидѣ́нїемъ и҆ ѕлопомнѣ́нїемъ, сребролю́бїемъ, прелюбодѣѧ́нїемъ, ꙗ҆́ростїю, скꙋ́постїю, ѡ҆б̾ѧде́нїемъ без̾ сы́тости и҆ ѡ҆пи́вствомъ, многоглаго́ланїемъ, ѕлы́ми по́мыслы и҆ лꙋка́выми, го́рдымъ ѻ҆бы́чаемъ и҆ блꙋ́днымъ возбѣше́нїемъ, и҆мы́й самохотѣ́нїе на всѧ́кое плотско́е вожделѣ́нїе. ѽ ѕло́е моѐ произволе́нїе, є҆гѡ́же и҆ ско́ти безслове́снїи не творѧ́тъ! да ка́кѡ возмо́жеши воззрѣ́ти на мѧ̀, и҆лѝ пристꙋпи́ти ко мнѣ̀ а҆́ки псꙋ̀ смердѧ́щемꙋ; кото́рыма ѻ҆чи́ма, а҆́гг҃ле хрⷭ҇то́въ, воззри́ши на мѧ̀, ѡ҆пле́тшасѧ ѕлѣ̀ во гнꙋ́сныхъ дѣ́лѣхъ; да ка́кѡ ѹ҆жѐ возмогꙋ̀ ѿпꙋще́нїѧ проси́ти гѡ́рькимъ и҆ ѕлы̑мъ мои̑мъ и҆ лꙋка̑вымъ дѣѧ́нїємъ, въ нѧ́же впа́даю по всѧ̑ дни̑ и҆ нѡ́щи, и҆ на всѧ́къ ча́съ; но молю́сѧ тѝ припа́даѧ, храни́телю мо́й ст҃ы́й, ѹ҆млⷭ҇рдисѧ на мѧ̀ грѣ́шнаго и҆ недосто́йнаго раба̀ твоего̀ [и҆́мⷬ҇къ], бꙋ́ди мѝ помо́щникъ и҆ застꙋ́пникъ на ѕла́го моего̀ сопроти́вника, ст҃ы́ми твои́ми мл҃твами, и҆ црⷭ҇твїѧ бж҃їѧ прича́стника мѧ̀ сотворѝ, со всѣ́ми ст҃ы́ми, всегда̀, и҆ ны́нѣ и҆ при́снѡ и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. а́ми́нь.
O Holy Theotokos, to thee I do fervently pray, Guardian of mine soul and body, given unto me for the keeping thereof from the holy Baptism. For by my own slothfulness and by my own tongue, I have offended thy precious light, and by all my sinful deeds: lies, slanders, envy, accusations, contempt, disobedience, hatred of brethren, and forgetfulness; greediness, covetousness, drunkenness, without satiety and gluttony, much speaking, vain thoughts, craftiness, prideful habit, and wantonness, I have made my own will to be more than all fleshly desires. For even as a mindless beast, it does not do such things! Yet mayst thou, O Holy Angel of the Lord, look upon me with thine eyes, even though I am entwined in foul deeds; and mayest thou, O Holy Theotokos, by thy merciful intercession, forgive my bitter and vain and crafty deeds, in which I fall every day and night, at all times; but I do fervently pray to thee, Guardian of mine soul, O Venerable One, have mercy on me, the sinful and unworthy servant [of thine], be thou my helper and advocate against my adversary, by thy holy prayers and by thy partaking in the King's sacrifice, make me a sharer thereof now and always and for evermore. Amen.