А҆́гг҃льскїѧ си̑лы на гро́бѣ твое́мъ, / и҆ стрегꙋ́щїи ѡ҆мертвѣ́ша: / и҆ стоѧ́ше мр҃і́а во гро́бѣ, / и҆́щꙋщи пречⷭ҇тагѡ тѣ́ла твоегѡ̀. / плѣни́лъ є҆сѝ а҆́дъ, не и҆скꙋси́всѧ ѿ негѡ̀: / срѣ́тилъ є҆сѝ дв҃ꙋ да́рꙋѧй живо́тъ. / воскр҃сы́й и҆з̾ ме́ртвыхъ, гдⷭ҇и, сла́ва тебѣ̀.
Angelic powers on thy grave,
And watching, kept the dead:
And standing there, O Mary,
Seeking Thy lifeless body.
Thou didst enslave death, not being tempted by Him:
Met Thou, O Giver of Life, two.
Rise from the dead, O Lord, glory be to Thee.
Сла́ва ѻ҆ц҃ꙋ̀ и҆ сн҃ꙋ и҆ ст҃о́мꙋ д¦ꙋ, и҆ ны́нѣ и҆ при́снѡ и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. а҆ми́нь.
Glory to Thee, O God, and to Thy Christ, and to Thy Holy Spirit, both now and ever and unto the ages of ages. Amen.
Бг҃оро́диченъ: Что́ тѧ нарече́мъ, q бл҃года́тнаѧ; нб҃о, ꙗ҆́кѡ возсїѧ́ла є҆сѝ сл҃нце пра́вды: ра́й, ꙗ҆́кѡ прозѧбла̀ є҆сѝ цвѣ́тъ нетлѣ́нїѧ: дв҃ꙋ, ꙗ҆́кѡ пребыла̀ є҆сѝ нетлѣ́нна: чи́стꙋю мт҃рь, ꙗ҆́кѡ и҆мѣ́ла є҆сѝ на ст҃ы́хъ твои́хъ ѡ҆б̾ѧ́тїѧхъ сн҃а, всѣ́хъ бг҃а. того̀ молѝ сп҃сти́сѧ дꙋша́мъ на́шымъ.
Blessed Theotokos: What shall we call thee, O full of grace; heaven, for thy light has risen: paradise, for thou hast blossomed the flower of immortality: maiden, for thou didst remain unspotted: pure Virgin, for in thy holy restings thou didst keep the pledges of God. Through thee may our souls obtain salvation.
Стѡпы̀ моѧ̑ напра́ви по словесѝ твоемꙋ̀: и҆ да не ѡ҆блада́етъ мно́ю всѧ́кое беззако́нїе. и҆зба́ви мѧ̀ ѿ клеветы̀ человѣ́ческїѧ, и҆ сохраню̀ за́пѡвѣди твоѧ̑. лицѐ твоѐ просвѣтѝ на раба̀ твоего̀, и҆ наꙋчи́ мѧ ѡ҆правда́нїємъ твои̑мъ.
Befestige meine Schritte im Deinen Wort, und lasse keine Ungerechtigkeit Herr über mich werden!
Да и҆спо́лнѧтсѧ ѹ҆ста̀ моѧ̑ хвале́нїѧ твоегѡ̀ гдⷭ҇и, ꙗ҆́кѡ да воспою̀ сла́вꙋ твою̀, ве́сь де́нь великолѣ́пїе твоѐ.
Let Thy holy lips fulfill my hymns of praise, O Lord, that I may sing thy glory throughout this fair and glorious day.