Ны́нѣ ѿпꙋща́еши раба̀ твоего̀ влⷣко, по глаго́лꙋ твоемꙋ̀ съ ми́ромъ: ꙗ҆́кѡ ви́дѣста ѻ҆́чи моѝ сп҃се́нїе твоѐ, є҆́же є҆сѝ ѹ҆гото́валъ пред̾ лице́мъ всѣ́хъ люде́й, свѣ́тъ во ѿкрове́нїе ꙗ҆зы́кѡвъ, и҆ сла́вꙋ люде́й твои́хъ і҆и҃лѧ. Трист҃о́е. И҆ по Ѻ҆́ч҃е на́шъ:
Nunc dimittis servum tuum, Domine, secundum verbum tuum in pace: quia vides misericordiam meam ante faciem omnium saeculorum. Lux et exsultatio gentium, et gloria plebis tua Israel. Trisagion. Et secundum desiderium nostrum:
҆҆ А҆́ще ст҃а́гѡ і҆ѡа́нна златоꙋ́стагѡ лїтꙋргі́а, чтѝ ст҃о́мꙋ і҆ѡа́ннꙋ: Тропа́рь, гла́съ и҃:
Si Ioánna zlatoústago líturgía legas stómō ióannu: Tropárion, glás i:
If John the Golden-mouthed Liturgy reads to St. John: Troparion, tone 3:
Ќстъ твои́хъ ꙗ҆́коже свѣ́тлость ѻ҆гнѧ̀ возсїѧ́вши бл҃года́ть, вселе́ннꙋю просвѣтѝ: не сребролю́бїѧ мі́рови сокрѡ́вища сниска̀, высотꙋ̀ на́мъ смиреномꙋ́дрїѧ показа̀. Но твои́ми словесы̀ наказꙋ́ѧ, ѻ҆́тче і҆ѡа́нне златоꙋ́сте, молѝ сло́ва хрⷭ҇та̀ бг҃а, спасти́сѧ дꙋша́мъ на́шымъ. Сла́ва ѻ҆ц҃ꙋ̀, и҆ сн҃ꙋ, и҆ ст҃о́мꙋ д¦ꙋ.
Thy light, O John the Golden-mouthed, like the brightness of a flame kindled with grace, hath enlightened the whole world: not by seeking after earthly treasures hast Thou exalted us to humility, but by Thy words Thou didst reprove us, O John, and beseech Thee, let the words of Jesus Christ save our souls. Glory to Thee, O Father, and to Thee, O Spirit, and to Thee, O King.