І҆рмо́съ: Тебѐ ᲂу҆́мнꙋю бцⷣе
Thou art more lovely than the moon, O Theotokos.
Сло́ве бж҃їй, соесте́ственное сїѧ́нїе вседержи́телѧ бг҃а, ꙗ҆́коже ѡ҆бѣща́лъ є҆сѝ є҆́же ᲂу҆ тебѐ, бг҃одѣ́тельное вселе́нїе сотворѝ, ꙗ҆́кѡ бл҃гоꙋтро́бенъ, со ѻ҆ц҃е́мъ твои́мъ и҆ дх҃омъ: и҆ стра́шна бѣсѡ́мъ мѧ̀ покажѝ, и҆ страсте́мъ.
Slovo Bzhi, soestevvennoe sinya Vsedержitelja Bog-a, gako obetshal' es-te eye, bogodetelevnoe vselene-sotvorennoe, kakoi blagoutruben, so ts'e-tym tvoim i Dushi: i strasna besom mja pokazhi, i starsem.
Да твоегѡ̀ бл҃гоꙋтро́бїѧ влⷣко пока́жеши пꙋчи́нꙋ на́мъ, сн҃а твоегѡ̀ посла́въ къ на́шемꙋ смире́нїю, па́ки воѡбрази́лъ є҆сѝ на пе́рвꙋю свѣ́тлость, но и҆ ны́нѣ бж҃е́ственнымъ мѧ̀ вразꙋмѝ дх҃омъ.
Thou hast shown us Thy blessed womb, O Master, by which Thou didst send forth the Spirit upon us, having come again in the first light, but now also by Thy divine enlightenment dost Thou enlighten our souls.
Бг҃оро́диченъ:
O Theotokos,
И҆́же на херꙋві́мстѣмъ прⷭ҇то́лѣ носи́мый, и҆ всѣ́хъ цр҃ь, во чре́вѣ твое́мъ дв҃ственнѣмъ всели́сѧ пречⷭ҇таѧ, всѣ́хъ и҆збавлѧ́ѧ ѿ и҆стлѣ́нїѧ, ꙗ҆́кѡ чл҃вѣколю́бецъ: но и҆ ны́нѣ твои́ми мѧ̀ мл҃твами сохранѝ.
Who on the cherubic thrones was borne, and in thy holy womb dwelt the Incarnate, saving all within thee from corruption, for thou art a lover of mankind: but now by thy prayers preserve us also.