Пое́мъ гдⷭ҇ви, сла́внѡ бо просла́висѧ: конѧ̀ и҆ вса́дника ве́рже въ мо́ре.
We sing to Thee, O Lord, for Thou hast been glorified: Thou didst mount the Rider on the horse into the sea.
Помо́щникъ и҆ покрови́тель бы́сть мнѣ̀ во спасе́нїе: се́й мо́й бг҃ъ, и҆ просла́влю є҆го̀, бг҃ъ ѻ҆ц҃а̀ моегѡ̀, и҆ вознесꙋ̀ є҆го̀.
Helper and protector hath been to me in salvation: this is my God, and I will glorify Him, God the Father of mine, and exalt Him.
Гдⷭ҇ь сокрꙋша́ѧй бра̑ни, гдⷭ҇ь и҆́мѧ є҆мꙋ̀, колєсни́цы фараѡ́нѡвы, и҆ си́лꙋ є҆гѡ̀ ве́рже въ мо́ре.
The Lord crushing the weapons, Thee we praise, O King, and Thy power Thou didst cast into the sea.
И҆збра̑нныѧ вса́дники трїста́ты потопѝ въ чермнѣ́мъ мо́ри.
And chosen riders three hundred were drowned in the dark sea.
Пꙋчи́ною покры̀ и҆̀хъ, погрѧзо́ша во глꙋбинѣ̀ ꙗ҆́кѡ ка́мень.
Adânciile i-au acoperit; s-au scufundat în adâncuri, ca un pietră.
Десни́ца твоѧ̀, гдⷭ҇и, просла́висѧ въ крѣ́пости: десна́ѧ твоѧ̀ рꙋка̀, гдⷭ҇и, сокрꙋшѝ врагѝ, и҆ мно́жествомъ сла́вы твоеѧ̀ сте́рлъ є҆сѝ сопроти́вныхъ.
Dreaptă ta, Domne, a deținut glorie în putere; dreaptă ta, Domne, a strâmtoruit dușmani.
Посла́лъ є҆сѝ гнѣ́въ тво́й, поѧдѐ ѧ҆̀ ꙗ҆́кѡ сте́блїе, и҆ дꙋ́хомъ ꙗ҆́рости твоеѧ̀ разстꙋпи́сѧ вода̀.
Thou hast sent forth Thy wrath, like consuming fire; and by the breath of Thine indignation the waters have been divided.
Ѡ҆гꙋстѣ́ша ꙗ҆́кѡ стѣна̀ во́ды, ѡ҆гꙋстѣ́ша и҆ вѡ́лны посредѣ̀ мо́рѧ.
Речѐ вра́гъ: гна́въ пости́гнꙋ, раздѣлю̀ коры́сть, и҆спо́лню дꙋ́шꙋ мою̀, ѹ҆бїю̀ мече́мъ мои́мъ, госпо́дствовати бꙋ́детъ рꙋка̀ моѧ̀.
Dușmanul a spus: Voi urma, voi ajunge, voi împărți prăde; voi îmi sătură mădăria cu el; voi trăge sabie, mâna mea îl va cucerisi.
Посла́лъ є҆сѝ д¦ъ тво́й, покры̀ ѧ҆̀ мо́ре: погрѧзо́ша ꙗ҆́кѡ ѻ҆́лово въ водѣ̀ ѕѣ́лнѣй.
Thou didst send Thy Spirit, covering the sea: they were swallowed up in the depths thereof more vehemently than wheat in the field.
Кто̀ подо́бенъ тебѣ̀ въ бозѣ́хъ, гдⷭ҇и, кто̀ подо́бенъ тебѣ̀; просла́вленъ во ст҃ы́хъ, ди́венъ сла́внѡ, творѧ́й чꙋдеса̀:
Cine este asemenea tău, Domune, printre îngerii tale? Cine este asemenea tău, tărtărit în sfințieni, admirabil în glorie, facând teleta?
Просте́рлъ є҆сѝ десни́цꙋ твою̀, пожрѐ ѧ҆̀ землѧ̀, наста́вилъ є҆сѝ пра́вдою твое́ю лю́ди твоѧ̑ сїѧ̑, ꙗ҆̀же и҆зба́вилъ є҆сѝ.
Thou didst stretch forth Thy right hand, O Lord, and didst take hold of the earth; Thou didst set Thy people Thy own folk by Thy righteousness, wherefore Thou didst save them.
Ѹ҆тѣ́шилъ є҆сѝ крѣ́постїю твое́ю во ѡ҆би́тель ст҃ꙋ́ю твою̀. слы́шаша ꙗ҆зы́цы и҆ прогнѣ́вашасѧ, бѡлѣ́зни прїѧ́ша живꙋ́щїи въ фѷлїсті́мѣ.
O Soul/Spirit, Thou didst comfort with Thy strength in Thy holy dwelling. Thou heardest the tongues and wast grieved, sicknesses came upon them that dwelt in Philistia.
На и҃: Тогда̀ потща́шасѧ влады́ки є҆дѡ́мстїи, и҆ кнѧзе́й мѡаві́тскихъ, прїѧ́тъ ѧ҆̀ тре́петъ, раста́ѧша всѝ живꙋ́щїи въ ханаа́нѣ.
Then the Lord humbled the princes of Moab and the kings of the Amorites, causing all who dwelt in Canaan to tremble.
Нападе́тъ на нѧ̀ стра́хъ и҆ тре́петъ, вели́чїемъ мы́шцы твоеѧ̀ да ѡ҆ка́менѧтсѧ.
Thou shalt drive away fear and trembling, by the greatness of Thy might let them be made void.
На ѕ҃: До́ндеже про́йдꙋтъ лю́дїе твоѝ, гдⷭ҇и, до́ндеже про́йдꙋтъ лю́дїе твоѝ сі́и, ꙗ҆̀же стѧжа́лъ є҆сѝ.
O Soul, until the people shall go through thy gates, O Lord, until the people shall go through thy gates, then didst thou wait.
Вве́дъ насадѝ ѧ҆̀ въ го́рꙋ достоѧ́нїѧ твоегѡ̀, въ гото́вое жили́ще твоѐ, є҆́же содѣ́лалъ є҆сѝ, гдⷭ҇и, ст҃ы́ню, ю҆́же ѹ҆гото́вастѣ рꙋ́цѣ твоѝ.
Îi aducrești în muntele moștenirii tale și îi sădi acolo, Domneiu, pentru un loc de locuit, Domneiu, pe care le-ai făcut cu mâinile tine.
На д҃: Гдⷭ҇ь црⷭ҇твꙋѧй вѣ́ки и҆ на вѣ́къ, и҆ є҆щѐ, є҆гда̀ вни́де ко́нь фараѡ́новъ съ колесни́цами и҆ вса̑дники въ мо́ре.
On Thy: O Lord, who livest and shalt live for ever and ever, even when the horses of Pharaoh with his chariots and riders are in the sea.
И҆ наведѐ на нѧ̀ гдⷭ҇ь во́дꙋ морскꙋ́ю: сы́нове же і҆и҃лєвы проидо́ша сꙋ́шею посредѣ̀ мо́рѧ.
And lead me into the waters of the sea: and thy sons, O Israel, walked dry-shod through the midst thereof.
Сла́ва, и҆ ны́нѣ:
Glory, and now: