ВLко чл҃вѣколю́бче, гдⷭ҇и і҆и҃се хрⷭ҇тѐ бж҃е мо́й, да не въ сꙋ́дъ мѝ бꙋ́дꙋтъ ст҃а̑ѧ сїѧ̑, за є҆́же недосто́йнꙋ мѝ бы́ти: но во ѡ҆чище́нїе и҆ ѡ҆сщ҃е́нїе дꙋши́ же и҆ тѣ́ла, и҆ во ѡ҆брꙋче́нїе бꙋ́дꙋщїѧ жи́зни и҆ црⷭ҇твїѧ. Мнѣ́ же є҆́же прилѣплѧ́тисѧ бг҃ꙋ бл҃го є҆́сть, полага́ти во гдⷭ҇ѣ ѹ҆пова́нїе сп҃се́нїѧ моегѡ̀.
И҆ па́ки: Ве́чери твоеѧ̀ та́йныѧ дне́сь, сн҃е бж҃їй, прича́стника мѧ̀ прїимѝ: не бо̀ врагѡ́мъ твои̑мъ та́йнꙋ повѣ́мъ, ни лобза́нїѧ тѝ да́мъ ꙗ҆́кѡ і҆ꙋ́да, но ꙗ҆́кѡ разбо́йникъ и҆сповѣ́даю тѧ̀: помѧни́ мѧ, гдⷭ҇и, во црⷭ҇твїи твое́мъ.
И паки: Вечери Твоя тайни днес, Свети Боже, приеми ме за причастник: не бо врагов Твоих тайни да имам, нито лобзания да дам като Иуда, но като разбойник се изповядвам Ти: помисли за мене, Господи, в царството Твое.