Влⷣко чл҃вѣколю́бче, гдⷭ҇и і҆и҃се хрⷭ҇тѐ бж҃е мо́й, да не въ сꙋ́дъ мѝ бꙋ́дꙋтъ ст҃а̑ѧ сїѧ̑, за є҆́же недосто́йнꙋ мѝ бы́ти: но во ѡ҆чище́нїе и҆ ѡ҆сщ҃е́нїе дꙋши́ же и҆ тѣ́ла, и҆ во ѡ҆брꙋче́нїе бꙋ́дꙋщїѧ жи́зни и҆ црⷭ҇твїѧ. Мнѣ́ же є҆́же прилѣплѧ́тисѧ бг҃ꙋ бл҃го є҆́сть, полага́ти во гдⷭ҇ѣ ѹ҆пова́нїе сп҃се́нїѧ моегѡ̀. И҆ па́ки: Ве́чери твоеѧ̀ та́йныѧ дне́сь, сн҃е бж҃їй, прича́стника мѧ̀ прїимѝ: не бо̀ врагѡ́мъ твои̑мъ та́йнꙋ повѣ́мъ, ни лобза́нїѧ тѝ да́мъ ꙗ҆́кѡ і҆ꙋ́да, но ꙗ҆́кѡ разбо́йникъ и҆сповѣ́даю тѧ̀: помѧни́ мѧ, гдⷭ҇и, во црⷭ҇твїи твое́мъ.
Master of mankind-lover, O Jesus Christ, my God, do not let me be judged with the sinner, for I am unworthy to stand before Thee: but in the cleansing and consecration of soul and body, and in the anointing with the oil of future life and glory. To Me it is good that Thou, O Good One, lay up my hope in Thee within Thee.
Again: Thy divine mysteries today, O Saviour, receive me as a partaker: for I will not reveal Thy secrets to Thine enemies, nor kiss Thee like Judas, but like a robber I confess Thee: remember me, O Lord, in Thy holy Communion.